Чтение онлайн

Было, в общем-то, не до таких мелочей. Гильденстерн, опираясь на ксенокультурные данные, что сумел раздобыть в сидском мобильном бункере, прогнозировал ввод на планету войска Альянса — ради того, чтоб плотнее сцепиться с Сидом. Этого, кстати, до сих пор так и не приключилось.

А внимание-то отвлекло. Факт.

4

А потом для Бенито пришёл привет от Папаши Гиба. Тот передал через Олафа, что имеет какую-то ценную информацию. Так не скажет, а только наедине. Ибо, конечно, желает лично что-нибудь выторговать. Более этого: хитрый Папаша попытался назначить встречу Бенито Родригесу на конкретное время.

Ишь чего, подумал Бенито. Делать, мол, больше нечего: появляться там и туда, как решит дурачок-информатор. Кто кого вербовал: ты Бенито, или Бенито тебя? Нет уж, приятель, ты сам, будь любезен, поскучай за своей неумытой стойкой, а когда у начальника будет свободное время — вот тогда-то и состоится встреча.

И Бенито выдержал время. Безмятежно и хладнокровно. Уж ему-то, начальнику Службы безопасности, постоянно бывает, на что отвлечься.

Да, отвлёкся. Съездил с Олафом в Новый Джерихон. Опросил там Альвареса, что слышно об ассасинах. Оказалось, практически ничего. Если кто и остался из этих ребят, то умело спрятался. После нанесенного удара самый разумный выход.

Разумеется, к разговору с Альваресом подход был особый. Полного доверия бывший космогатор не заслужил, это значит, присутствие Призмы служило гарантией правды. Но привезти артефакт в Новый Джерихон, в поселение главным образом воровское, было бы слишком уж смело и, прямо скажем, чревато. Действие Призмы, похоже, не экранируешь. Там же, где каждый живёт лишь с того, что был ловок и где-то кого-то подставил, не к добру широко распахивать двери шкафов со скелетами. Джерихону не пережить подобной волны покаяний — непременно начнётся массовая резня.

Потому-то Бенито поехал на вездеходе, на пару с водителем Олафом, а не сам, как бывало, на лёгком своём моноцикле. Когда едешь вдвоём, предъявление Призмы устроить намного проще. Собственно, проще простого: не доезжая до Нового Джерихона, вездеход сворачивает с дороги, Олаф выходит — и пешком (пусть ему это и непривычно) добирается до посёлка, где разыскивает Альвареса. В это время Бенито сидит в вездеходе, изображая, типа, крутого начальника, но на самом-то деле сторожит артефакт. Призму трудно надёжно припрятать, ведь по особому (карартическому, что ли) воздействию её можно засечь на большом расстоянии — где-то за сорок шагов.

И Альварес, приведенный Олафом, подошёл к вездеходу. И, пребывая под действием Призмы, честно признался, без тщетных попыток что-либо не договаривать:

— Собственно, в Джерихоне у нас всё по-старому. Ассасины притихли, их влияние на посёлок более не ощущается, отчего и градоначальник Эрнандес очевидно повеселел. На меня выходить не пытались. Надо думать, уже догадались, что со мной контактировать вредно, но наверное не скажу.

Успокоительный спич. Иного Родригесу и не хотелось. Ездил-то не вскрывать подрывной нарыв, а скорее, удостовериться, что хоть откуда-то можно покуда скорых ударов не ждать.

Как бы и всё на джерихонскую тему.

А на обратном пути собирался приехать на Дальнюю шахту. Тем же составом: Родригес, Олаф и Призма. Стоило бы навестить питейное заведение, ведь Папаша, поди, заждался, он-то думал, что встретит Бенито ещё третьего дня. Думал, Родригес примчится за той информацией, на которой Папаша нынче решил заработать...

А вот не слишком-то много веры было Папаше Гибу, да его информации. Правда, это не значило, что не стоит её получить. Даже напротив: если к ушам недоверчивым прилагается Призма…

Призму, однако, к чему-либо приложить так и не получилось.

Потому что пивная Папаши Гиба превратилась к тому моменту в эпицентр волны зомбаков.

5

Не доезжая до Дальней шахты, Олаф свернул с основной дороги на боковую, которой мало кто пользовался, после чего съехал на обочину и без больших затруднений укрыл вездеход за большими камнями.

Что ж, молодец. А Родригесу-то казалось, тут всё на виду.

Сообразно всё той же методике применения Призмы, что нашла перед тем применение в Джерихоне, Олаф вылез из вездехода и пошёл подозвать информатора. Именно так: чтобы Гиб шёл к Бенито, а не Бенито к нему. Если бармен так уж хочет продать свои сведения, то найдёт себе и заместителя, чтоб постоял за стойкой, и, как миленький, явится, куда позовут. С теми из информаторов, кто набивал себе цену, стоило себя вести только так. Авторитетно.

Олаф ушёл, но очень быстро вернулся. Выглядел он удивлённым. Проговорил:

— Там… Вездеходы идут колонной. Людей — как руды. Целую смену везут к Бабилону из Дальней шахты…

— Вроде, не кончилась смена? — прикинул Бенито.

— Это да, самая середина… Эвакуация по чрезвычайке, похоже на то.

В шахте авария? Надо взглянуть самому.

— Олаф, садись-ка. Посторожи Призму.

Спрыгнув с подножки, Бенито протиснулся между скалой и бортом машины, дальше, покинув каменное укрытие, прошёлся по пустырю к основной дороге.

Тех вездеходов, которые встретились Олафу, и след-то простыл. Но дорога не пустовала: небольшие групки людей в пыльных горняцких робах в пешем порядке спешили в сторону Бабилона. Сразу видать: вездеходов на всех не хватило.

Кстати, завидя подходящего к ним Родригеса, несколько человек откровенно шарахнулись. Но присмотрелись, расслабились. Ишь ведь какие тревожные.

— Эй, что у вас там случилось? — окликнул Бенито шахтёров из группы, поравнявшейся с ним. В группе было человек восемь.

— Зомбяки, — кто-то подал голос. Остальные молчали.

— Где, на шахте? — спросил Бенито.

А в ответ:

— Попросили не разглашать.

Да, подумал тогда Бенито, всё понятно про «попросили». Для кого эти просьбы не внятны, тех найдут и задавят штрафами.

— Я начальник Службы безопасности всей горнорудной колонии! — объявил Бенито на всякий случай.

— Знаем, — уныло признались. — Но, не серчай, говорить ни о чём не будем. Лучше другого кого расспроси.

Тут подошёл и другой. И поддержал говорившего:

— Мы, почитай, ничего и не видели. Смену отмаялись, вовремя нас не подняли. После подняли, велели садиться по вездеходам. Только на них уже никакого места: новая смена, козлы, заняла все места! Ну так и прёмся теперь в Бабилон пешкодралом. Это всё.

— А что с шахтой?

— Да ничего ей не будет, шахте. Вот пивная сгорела. Это, конечно, жаль.

В этот момент Бенито впервые подумал, что с информатора Гиба вряд ли ему суждено будет снять хоть какие-нибудь показания. Даже если удастся отыскать его тело. С тела порою что-то возможно снять, но показания — нет, никак невозможно.