Очень маленький земной шар
Шрифт:
— Я тоже хочу… — умоляюще просила она. — Я тоже хочу, но у меня нет рогатки.
— Ну, это не беда.
Я взял ее на руки, и мы пошли за кулисы.
Кащеем оказался веселый студент из театрального училища. Он смешил детей до слез и угощал конфетами. Режиссер ходил довольный, потирал руки, подмигивал мне: ко всему он относился как к продолжению спектакля. Я же чувствовал себя усталым, как после целого дня физической работы.
Людмила печально и добро глядела на злодея Шишкина.
— Ну вот, ребята, а теперь можете забирать свои рогатки, — бросил я их на стол.
Каждый осторожно взял свою. Шишкин подошел последним. Я кивнул Людмиле, чтобы она оставила нас вдвоем. Предстояло объяснение с Шишкиным.
Мы молчали довольно долго.
Потом Шишкин сказал, глядя в упор:
— Я знаю, она не всамделишная Яга, а понарошку… но зачем она Иванушку и Аленушку!.. — Он снова начал волноваться.
— Ладно, Шишкин, ладно. Успокойся! Ты же не будешь больше!
— Нет.
— А ребят ты подговорил?
— Я.
— А тетя Людмила тебе нравится?
— Когда она не Баба Яга — нравится, — улыбнулся Шишкин.
Втроем мы поехали за город, на левый берег Амура. Людмила потрошила рыбу, а мы с Шишкиным пошли собирать на длинной песчаной косе плавник и сушняк для костра.
— Павел, мы скоро поедем домой?
— Скоро.
— А тетю Люду мы возьмем?
— Не знаю.
— Я хочу, чтоб тетя Люда ехала с нами!
— Очень хочешь?
— Да.
— Тогда давай мне дрова, иди и сам скажи ей об этом!
Шишкин шел, приплясывая и напевая нашу песню, нашу с его отцом песню о ките:
Он просто жил, он просто жил. Хвостом мутил морскую воду. Еще китеночку любил В ненастную погоду!Шишкин сделал стойку на руках, перевернулся, побежал.
Он знал, что это неспроста, Ворчало сердце глухо. Любил от кончика хвоста До самой мочки уха!— Эй, Шишкин, рано тебе петь такие песни!
Людмила махала рукой, звала нас. Шишкин бежал к ней.
Из заднего кармана его джинсов выглядывала рогатка.