Однажды в феврале
Шрифт:
– А та, с которой ты сюда припёрся, значит вся такая чистая и непорочная леди студентка из Кембриджа? – паясничает Андж, жестикулируя руками. – Да на её миловидной мордашке написано, что она обычная сопливая шлюшка! – агрессивно выкрикнула Андж, подскочив с дивана.
– Не суди других по себе! – рявкнул я и толкнул Андж обратно на диван.
– Ладно, давай мы сейчас оба просто успокоимся, – тяжёлое дыхание Андж синхронизировалось с моим, и я сел в кресло напротив неё.
Она нервно сминала пальцы и определённо чувствовала себя виноватой, но вопрос в том, насколько искренне? Хотел ли я подойти и коснуться той, которая вскоре должна была стать мне женой? Нет. Провинись она в любой другой ситуации, разумеется, я бы проявил снисходительность, но, увы, она выбрала аморальный жизненный путь и хотела от меня это скрыть…
Мы познакомились с ней в том же баре «Магнетик Филд». Тогда мне было двадцать четыре. Я заявился туда уставший и хотел снять напряжение. Эффектное появление Андж во время выступления шоу-гёрлз заставило меня в наглую открыть рот, и я запал на неё как озабоченный тинейджер.
Встреча за встречей. Сблизились Поначалу я не осуждал её деятельность, поскольку сам не особо блистал достижениями в Саратоге. Но чуть позже, когда на службе стал достигать высот, то, чем занималась Андж, мне было уже никак не под стать. Сделал предложение, надеясь, что Андж оставит бар. Но она своим поступком и обещаниями решила обесчестить всё.
– Что ты от меня хочешь? – спросил я, наблюдая, как движутся её губы неестественного объема, обколотые ботоксом, словно спрашивая разрешения начать разговор.
– Обещай, что выслушаешь от начала и до конца, – попросила она и я кивнул, наблюдая, как она достаёт какие-то бумаги из своей сумочки, похожие на документы.
– Это ещё что за дерьмо? В приватной комнате с членом во рту подписала контракт на порно проект? – не выдержал я.
– Ты обещал выслушать… – её руки немного дрожали, а взгляд полон напряжения. Она приютила бумаги на своих коленях и обратилась ко мне не без волнения в голосе:
– Да. Так и есть. Это копия контракта. На съёмки… – глухо слетело с её губ, а я вскинул бровями, бросив удивленный взгляд.
– И? На какие? – едва сдерживал я очередное оскорбление, подозревая какова там её главная роль.
– Послушай. Ты можешь оставить службу. Мы не будем нуждаться ни в чём. Я и ты в «Digital Playground». Сейчас туда набирают именно парочки. Твоя подпись и мы улетаем.
У меня начался нервный тик. Её наглости нет предела. Мало того, что Андж пала уже ниже некуда, так ещё и меня хочет утащить за собой в мир блядских вакханалий.
– Ты совсем уже охренела? – взбесился я на её «деловое» предложение и подскочил с кресла.
– А что тебя вообще интересует в этой жизни, кроме твоей военной службы?!
– Уж точно не секс и деньги, как этим одержима ты! – в порыве гнева тычу на неё пальцем.
– Эта студия производит не только порно ролики, как ты думаешь, а фильмы, сериалы и многое другое… – внезапно она замолчала.
– …Исключительно порнографического содержания, договаривай Андж, чего стесняться то, – ухмыльнулся я и снова сел в кресло.
– Неважно. В каждом фильме сюжет. За день съёмок там зарабатывают столько, сколько тебе за год не заплатят в твоей долбанной Саратоге Спрингс!
– Конечно… конечно… Дай почитаю хоть что ли… – маню пальцем, чтобы Андж передала мне бумаги, что в следующее мгновение и происходит. Даже не взглянув на содержание, я разорвал блядский контракт и швырнул его Андж в лицо, выкрикивая:
– Ты больная дура, одержимая только сексом и деньгами! Тебе лечиться надо!
– Дин! Нет!
– Без меня. Ещё я членом на весь мир в кадре не светил. Конченая идиотка…
– Ты понятия не имеешь, отчего отказываешься!
– Да неужели?!
– И перестань уже делать вид, что ненавидишь меня! Ни за что не поверю, что у тебя нет больше ко мне никаких чувств! Мы могли бы начать всё заново, работать вместе, и не считать сколько денег у нас в кармане! Только ты и я!
– У меня всё отлично, Андж. Есть служба, есть статус и соответствующий ко всему доход, а главное – чувство собственного достоинства! А туда, куда ты меня тащишь – прямым рейсом дорога только тебе. Хватит, я устал от твоей сраной фальши, от грандиозных предложений и тупых обещаний! Сыт по горло! Меня выворачивает от тебя наизнанку, понимаешь? – выдав ехидный оскал, я просканировал с ног до головы свою бывшую пассию и направился к выходу из комнаты. – Всего хорошего, Андж.
Я не мог больше находятся с ней в одном пространстве. Анджелина за наш последний период отношений, стала для меня страшнее неизведанных артефактов.
– Я умоляю тебя, давай уедем… Начнём всё сначала, ну прошу тебя, – истерично кричала она мне вслед и, снова заплакав, подскочила с дивана, отчаянно бросившись ко мне. – Я признаю, что облажалась тогда и очень сожалею о том, что натворила! Ведь каждый имеет право на ошибку, Дин! – прохрипела она сквозь слёзы, цепляясь за мои руки, но я оттолкнул Андж.
– За тобой ошибок уже столько, что ни один священник не замолит твои грехи. Желаю удачи тебе и твоей порно актёрской карьере… – ответил я Андж в лицо и оставил её одну, громко захлопнув дверь комнаты.
Мелисса Уэсли
Луиза и Одри сидели друг напротив друга и о чём-то трепались пока одна из них не подскочила от резкого шума, когда Дин с психом открыл дверь и вылетел из комнаты, как будто только что покинул поле боя. Запустив пальцы в волосы, он начал мерить комнату шагами.
– Что уставилась?! – рявкнул он грубым басом на Одри, и Джеймс закатился в заразительном смехе. – Желаешь принять участие в кастинге «Digital Playground»? Вперёд! Одна уже прошла!
Луиза с Одри тут же подскочили в сторону комнаты, откуда доносились плачущие вопли их подруги.
– А, по-моему, ты бы не плохо смотрелся в кадре… – начал Джеймс, протягивая Дину рокс с виски. – Популярность росла бы с бешенной прогрессией, – снова не сдержал Джеймс смех. Казалось, что этот виски сейчас окажется на его же весёлом лице.
– Джеймс, заткнись, или завтра на эсминце тебя будет ожидать самое худшее утро в твоей жизни.
– Эй, да ладно тебе, я же просто пошутил. Не бери в голову.
– Я вижу, шутник хренов… Ладно, мы пойдём, – добавил он другу. – Мел, одевайся, я тебя провожу, – скомандовал Дин.
Не усугубляя и без того напряжённую ситуацию, я молча кивнула. Испанский стыд. От услышанных подробностей мне стало даже как-то неловко.
***
Ветер утих. Крупные хлопья снега осыпали Центральный парк, беззвучно ложась на землю. И только где-то там, за небоскрёбами, на дорогах слышался шум и сигнальные гудки городских машин. Опускался вечер, и на улице зажигались тысячи ярких огней, погружая жителей, как всегда, в привычную для них атмосферу мегаполиса.