Чтение онлайн

Возможно, сыграло свою роль то обстоятельство, что Икс время от времени напоминал Умарову: «Тимур, ты мне малость обязан…»

Дальше пошел фрагмент записи, очень заинтересовавший приятелей.

«И. – Есть еще одна просьба к нашему уважаемому гостю… Тут к нам в тыл повадились ваши ходить. Диверсии у нас на коммуникациях устраивают, людей воруют. Скорее всего спецназ ГРУ… Работали под позывными «Эльбрус» и «Джейран», мы дважды засекали их переговоры. Оч-чень вредный народ. Боюсь, как бы они на «коридор» не наткнулись, когда по нему транспорт идет… Могут рассекретить наши дела, и вообще… Короче, нам нужна информация. На данную спецгруппу. Пятьдесят тысяч баксов – только за информацию! За голову командира… сто тысяч не жалко! И в два раза больше, если подскажете, где и когда состоится следующий рейд гэрэушников!

У. – Согласен! Надо их давить! Меня чуть не повесили! Представляете? Да, хотели вздернуть! И кого – меня?! И мою просьбу уважь, дорогой…

X. – Я подумаю, посмотрю, что можно здесь сделать.

У. – Помнишь, что я тебе говорил? Среди них есть верзила за два метра ростом! Я тебе за один только его домашний адрес «шестисотый» готов презентовать! А за командира ихнего… Не забыл, какую сумму я тебе за него пообещал?!

X. – У меня хорошая память. Попробуем выполнить и эту вашу заявку, но наперед ничего не гарантирую.

И. – Нюх мне подсказывает, что надо с гэрэушниками разобраться! Хотя бы с этими, о которых мы только что говорили. Их контора пытается сломать наш бизнес! Так что для вас, для вашего ближнего круга, они тоже представляют угрозу… Ну все, кажется? Шамиль пока еще не вернулся, так что переговоришь с ним в следующий раз. Пойдем, Тимур, проводим дорогого гостя…

У. – Мне тоже надо до утра отсюда выбраться.

И. – У меня будет к тебе еще разговор. Потом, когда надумаешь ехать обратно, я дам тебе сопровождение».

Мокрушин усмехнулся:

– М-да… Дешево эти уроды мою голову ценят. Всего-то сто тысяч?! Интересно, во сколько твой башкарик оценили? Почем нынче такие птички, как Кондор, на чеченском рынке?

– Лучше пусть их вонючие деньги так и останутся при них, – поморщился Бушмин. – А наши головы – на плечах.

Эта история могла бы показаться забавной, если бы речь не шла о драгоценных жизнях двоих сотрудников ГРУ. Еще забавней было то, что очень скоро оба приятеля сами наведались в гости к Исмаилову. Вместе с «верзилой» и другими «вредными» мужичками. Устроили небольшой дебош на Минутке, расфигачили исмаиловский штаб, отобрали у супостата своих ребят, живых и мертвых, после чего убрались восвояси.

«Горец», Славянин, Икс…

«Судьба расставила свои таинственные знаки…»

Обостренная интуиция подсказывала Бушмину, что с этими персонажами ему еще придется столкнуться.

Шувалов вновь наведался в свой служебный кабинет, но на этот раз он уже был не один.

Бушмин не сразу признал визитера, поэтому поднялся со стула с небольшим опозданием. Как и Рейндж, которого, видимо, тоже смутил нынешний облик «Мерлона».

– Ну вот, повскакивали, – пряча усмешку, сказал гость из столицы. – Зачем? Что я, генерал вам какой-то, чтобы передо мной по стойке «смирно» стоять?!

– Вы круче любого генерала, Игорь Борисович, – сказал Бушмин, обмениваясь с ним рукопожатием. – Рад вас приветствовать.

– Генералов у нас много, а вы один. – Мокрушин тоже пожал руку гостю. – Думаю, Эйнштейн вам и в подметки не годится.

Это был Мануилов собственной персоной. Игорь Борисович Мануилов, он же И.Б.М, «АйБиЭм», «человек-компьютер», один из лучших системных аналитиков страны, ведущий специалист Информационно-аналитического управления Совета безопасности Российской Федерации, умница, каких поискать.

Ему еще нет сорока. Худощавый, рост немного выше среднего, обычно одет в добротный костюм, носит дымчатые очки.

Потому и не признали сразу, что сейчас он – в армейском камуфляже, правда, без знаков отличия. А вместо очков вставил контактные линзы.

Что ни говори, военная форма может очень изменить облик любого человека, причем в лучшую сторону.

Расселись вокруг стола, после чего три пары глаз уставились на «столичного товарища».

– Понимаю, друзья мои… – Мануилов извлек из кармана белоснежный носовой платок, но, вспомнив, что очки нынче не носит, засунул платок в карман.

– В связи с последними событиями появились вопросы, верно? Лично у меня их накопилась чертова прорва. Начнем, пожалуй, с Умарова… Андрей Михалыч, вы что, в самом деле намеревались вздернуть его на виселицу? В вашем рапорте, кстати, об этом эпизоде нет ни слова.

– Кхм… – Бушмин откашлялся в кулак, пытаясь собраться с мыслями. – Ну как вам сказать, Игорь Борисович…

– Лучше сказать правду. Я все прекрасно понимаю, но в нашем случае рекомендую, и не только вам, говорить всю правду, ничего не искажая и не утаивая. Обещаю, на мелкие ваши грешки мы будем глядеть сквозь пальцы. Если даже что-то было, постараемся прикрыть и покрыть.

– Лучше обойтись без проколов, – позволил себе реплику Шувалов. – А грешки, конечно, у нас есть. Потому что работа у нас такая.

– Согласен, Сергей Михалыч. Но речь сейчас идет о другом. Важно, чтобы вы и ваши сотрудники не утаивали какие-то события. Возможно, те или иные детали и подробности кажутся вам второстепенными, но это не так. Что-нибудь упустим из виду, какую-нибудь важную деталь, потом из-за этого начнутся неприятности. На будущее, раз мы возобновили наше сотрудничество, прошу это учесть… Ну как, Андрей Михалыч? Вы уже прокашлялись?

Бушмин криво усмехнулся. Черта с два от Мануилова что-нибудь утаишь. Мужик с виду хлипкий, мирной наружности, но кажется, что сквозь стены видит и чужие мысли читает легко, как по написанному.

– Каюсь, Игорь Борисыч, было такое дело. Вешать, конечно, по-настоящему я его не собирался. Действуя по ситуации, решил пойти на имитацию сцены казни. Мне нужно было вышибить из него… Простите, я хотел сказать…

– Не нужно подстраиваться под меня, – усмехнулся Мануилов. – Можете использовать привычную для вас терминологию.

– Да, мне нужно было выбить из него кое-какие сведения. По правде говоря, я и сам не знал, что такого важного он может сообщить. Просто сработала интуиция, понимаете? Поэтому я и дал понять «Горцу»: если он не развяжет язык, вздерну его на осине… А что оставалось делать? Пытки применять нельзя. Женевские конвенции мы свято чтим… Вот и приходится как-то выкручиваться.

Мануилов озабоченно покивал головой:

– Хорошо, что сказали правду. Теперь мы будем знать, что за словами Умарова действительно что-то стоит, что это не пустые угрозы… У него репутация человека, который никому не спускает своих обид. Будем иметь это в виду. Так… Признаюсь, поначалу мы намеревались отправить вас в столицу, подальше от очага напряженности. Но передумали, во-первых, у вас сохранился высочайший статус: «элита» и «неограниченный допуск». У нас таких специалистов, если считать Сергея Михалыча, сейчас только пятеро. Леон и Тихий загружены на других участках работы. Остаетесь только вы, Кондор и Рейнджер, под чутким руководством господина Ланселота. Во-вторых, сразиться всем нам предстоит с многоголовым чудищем, и кое-какие кончики и хвосты этой гидры на ваших глазах уже вылезли наружу.