Чтение онлайн

– Постоянно живущие у нас братья и сестры сами выращивают овощи и фрукты, – объяснил Ратибор. – Часть, конечно, идет на продажу, а часть мы едим сами. Ирочка, сейчас я познакомлю тебя с тем, кто вчера вместе со мной приходил за тобой. Он будет твоим куратором на первое время, чтобы ты во всем разобралась…

Ратибор сделал размашистый жест, плеснув свободным рукавом рубашки, и к нам, оторвавшись от ближайшей грядки, подошел невысокий коренастый человек в грязном балахоне до самых пяток.

– Вот, Ирочка, это Серый Брат, он позаботится о тебе, – заключил Ратибор.

Я уставилась на Серого Брата во все глаза. Во-первых, его балахон был хоть и грязным, но не серым, а явно голубым. Во-вторых, в нем самом тоже не было ничего серого: он походил на представителя каких-то южных народов. Иссиня-черные жесткие волосы, черная курчавая бородка и глаза как маслины, только нос не орлиный, а прямой и идущий почти изо лба, как у греческой статуи. Кожа у него была смуглой и не особо ровной: все лицо в каких-то шрамах или оспинах. Возраст – старше меня лет на 5-6. Кого-то он мне напоминал, но я так и не поняла кого.

– Серый Брат, ахиати Ира будет жить с тобой в соседней келье, – тем временем сказал Ратибор. Чернявый мужик почтительно кивнул и произнес высоким голосом с явным акцентом:

– Канечна, гаспадин.

– Серый Брат, я же просил меня так не звать, – кокетливо сказал Ратибор, еле удерживая расползающуюся по лицу улыбку. Сектант молча смотрел на него и, судя по всему, ждал того же, чего и я: когда тот уберется. Это Ратибор и сделал – ему кто-то позвонил на мобильный, и он удалился быстрым шагом, кивнув мне на прощание.

Мы с Серым Братом снова уставились друг на друга. Я молчала, думая, какой взять тон. Вид у парня был крайне напряженный и запуганный, будто не меня тут заслали в секту, а его. Даже руки сложил перед собой, плотно сцепив пальцы. Пытаясь убедить его в своей безопасности, я растянула губы в улыбке и елейно сказала:

– Приветик, я Ирочка. У вас тут так чудесно!

– Добро бажаловать, сэстра, – выдавил он из себя почти таким же елейным и весьма ненатуральным голосом, опуская глаза. – Байдем со мной в келья.

– Ага. А вас что, Сережа зовут? – непонимающий взгляд. – Ну, раз вы Серый Брат, значит, Сергей…

Он покачал головой, но имя свое так и не назвал. Я решила прикинуться идиоткой и, идя за ним по пятам в сторону барака, задавала вопросы дальше:

– А скажите, братья других цветов у вас есть?

– Што?

– Ну вы вот Серый Брат, а есть Синий, Зеленый, Красный?

– Есть, – пришиб он меня кратким ответом.

– И где они?

– Вот там, на грядках… – Серый Брат ткнул пальцем вбок. Я прищурилась и действительно увидела несколько человек, пропалывающих, судя по всему, свеклу. Одеты они были кто во что: некоторые – в балахоны, другие – в штаны и рубашки вроде Ратиборовых. Они о чем-то болтали и пересмеивались. Среди них было несколько узбеков и таджиков, но такой экзотической внешности, как у Серого Брата, я больше не увидела.

– Ты новая? Приветствуем тебя, ахиати! – радостно крикнул один из братьев и помахал мне граблями. Лицо его, несмотря на возраст больше двадцати лет, казалось каким-то совсем детским, как и у его товарищей. Я тоже помахала им, улыбнулась, перевела взгляд на Серого Брата и увидела вполне по возрасту морщинистую физиономию и напряженно-внимательные глаза. Впрочем, он тут же изменил выражение на скромно-благостное и заспешил вперед. Гм…

Как я и ожидала, приветливый Ратибор решил сунуть меня в барак на самом отшибе. Ряд крошечных комнатушек, в которых были только стол, тумбочка и кровать, действительно хотелось назвать скорее кельями, чем комнатами. Туалет, конечно, был один на весь барак, а душа не было вовсе.

– Ира, ты будешь жить здэсь, – не слишком порадовал меня Серый Брат. – В этой келья. Я буду бомогать тибе.

– Спасибо, – пропищала я и плюхнула рюкзак на продавленную кровать с панцирной сеткой. С плеча соскочила крыса – наверное, решила размяться.

– А! – иностранно удивился Серый Брат. – Эта что?

– Моя крыса. Ее зовут Иштар… – я осеклась, увидев выражение то ли безмерного изумления, то ли ужаса, мелькнувшее на его лице. – Что такое? Она не кусается, не бойся.

– Нишево, я не боюсь, – соврал Серый Брат.

– Ну ладно, – сделала вид, что поверила ему, я. – Что я должна делать?

– Дэлать? – переспросил он, будто очнувшись. – Сичас помоги бриготовить обэд для аху и ахиати. Ботом иди в басэйн. Сидэть.

– Ой, хорошо, я с радостью! А меня будут учить слушать Мать-Вероятность?

Серый Брат посмотрел на меня, и впервые я увидела на его лице что-то, кроме испуга и напряжения. Кажется, он усмехнулся.

– Ти ее слышишь, – сказал он. – Уже.

– Нет, ну все-таки! – я забеспокоилась, что меня запрут тут в хозяйственных делах и не пустят на сектантские собрания. – Я бы хотела научиться лучше! Ратибор или Навуходоносор наверняка проводят занятия?

– Ратибор нэмного, – Серый Брат позволил себе быструю пренебрежительную улыбку. – Навуходоносор… нэ знаю. Рэдко.

– Ну и что же мне тут делать! – возмутилась я почти своим нормальным голосом.

– Бодожди. Можэт, потом научу тебя входить в Сад, – пообещал Серый Брат и пошел восвояси, путаясь шлепанцами в подоле балахона.

Я немного подождала, но он канул куда-то и не возвращался. Зато за мной пришел другой парень – тот, что махал граблями, – и сказал басом, но снова с абсолютно детским выражением :

– Ахиати Ира, пошли готовить обед! Я Синий Брат.

– А зовут тебя как? – спросила я для эксперимента.

– Костик.

Этот, значит, ответил. Та-ак.

Обед готовили в отдельной дощатой кухне с большой плитой – слава богу, хоть газ тут был. Костик поставил меня и еще двух ребят, Женю и Саида, чистить картошку. Сестра, девушка с таким же детским личиком и широким носом, по имени Катя, притащила корзинку кривобоких зеленоватых помидоров.

– Это брак из теплицы, вот полакомимся! – сказала она радостно. – Ирочка, тебя уже посвящали в ахиати?

– Нет…

– О, значит, будет церемония! И танцы! И подарки! Мне знаешь сколько всего подарили, когда посвящали? У-у-у, очень много. И книжку с отводными молитвами, и платье, и конфетки! Саид принес. Я со всеми поделилась, конечно, ты не думай. У нас в детском доме нас сразу приучали…

– Нас тоже, – хором подтвердили братья рядом со мной. Я захлопала глазами:

– Вы что, все были в детском доме?

– Ага, почти все. Только не в одном, а в разных. Нас всех забрали, потому что мы можем слышать Мать-Вероятность. Мы давно уже тут живем, в нашей общине. Ты не думай, тут очень хорошо! Просто работаешь – и можно жить, молиться и кушать!