Чтение онлайн

для размышлений на эту тему. Не существует фактов, подтвержда ющих врожденность страха смерти либо его развитие в качестве обязательной составляющей поведения, связанного с умиранием. Наоборот, в тех культурах, где к смерти относятся спокойно, рас сматривая ее как часть процесса жизни, страха смерти нет. В жиз ни животных ничто не говорит о том, что смерть является одним из стимулов, вызывающих реакцию инстинктивного избегания или дистресса. Когда молодые шимпанзе достигают определенного воз раста, они безо всякого указания извне или какой-либо специаль ной тренировки начинают избегать контакта со змееподобными объектами. У них есть врожденное свойство страшиться стиму лов, способных ассоциироваться с опасностью, однако я не знаю ни одного животного с врожденным страхом самой смерти.

Конечные стадии цикла, предваряющие наступление клини ческой смерти, одинаковы как при мгновенной, так и при медлен ной смерти. Если умирающие больные имеют достаточно времени для того, чтобы справиться со своими страхами и примириться с неизбежностью смерти, или получают соответствующую помощь от окружающих, то они нередко начинают испытывать состояние по коя и умиротворенности.

Таким образом, процесс умирания, по-видимому, является самостоятельной фазой развития человека с собственной последо вательностью событий, определенными поддающимися описанию переживаниями и способами поведения. Доказательством того, что эти фазы присутствуют не только у людей, умирающих в ре зультате несчастных случаев или заболеваний, является искус ственное вызывание тех же стадий умирания у физически абсо лютно здоровых людей. Исследование восемнадцати убийц, ожи дающих смертной казни в тюрьме Синг-Синг, показало, что от рицание смерти (при помощи которого сводились на нет многие проблемы) сменялось гневом или страхом и, наконец (у тех, кто имел достаточно времени), спокойной медитативной отре шенностью.

Возможно, кому-то это покажется натяжкой, однако мы счи таем, что в ходе истории наше отношение к смерти повторяло последовательность стадий умирания. В нашей истории было вре мя отрицания смерти, время, когда люди отказывались верить в то, что смерть представляет собой естественное состояние, предпочи тая возлагать ответственность за нее на какие-либо одушевлен ные или неодушевленные силы. Это отчетливо проявляется в по гребальных обрядах цивилизаций. Затем наступает период при нятия смерти как реального, завершающего жизнь события, ха рактерного для иудейско-эллинских цивилизаций. Далее следует стадия отрицания смерти, попытки преодолеть ее реальность. Апостол Павел выразил это христианское отношение отважным

возгласом: "О смерть, где твое жало^" И наконец, как и при па дении с высоты, сегодня наша цивилизация настолько приблизи лась к краю пропасти, что трансценденция является ее един ственной защитой от гибели.

Новейшие исследования в области биохимии мозга, проводив шиеся в процессе умирания, также свидетельствуют о существова нии четырех поддающихся четкому определению стадий. Профес сор Неговский из Академии медицинских наук СССР называет их шоком, предагональным состоянием, агонией и клинической смертью. Данная классификация основана главным образом на экспериментах, в ходе которых проводилось наблюдение за соба ками, умирающими от кровопотери вследствие повреждения бедренной артерии. Первая стадия начинается через две-три минуты после того, как из организма вытекла примерно поло вина крови и артериальное давление существенно упало. Это означает, что поступающей в мозг крови недостаточно для обеспе чения его нормальной потребности в кислороде и сахаре, на это мозг отвечает .включением компенсаторных механизмов: сужением сосудов и освобождением запасов крови из кровяных депо. Эти экстренные меры ненадолго срабатывают, и содержание сахара в крови, поступающей в мозг, увеличивается.

Наше тело накапливает энергию в виде гликогена, хранящегося в печени и гладких мышцах, до тех пор, пока он вновь не понадо бится. В аварийных ситуациях адреналин повышает артериаль ное давление и обеспечивает быстрое превращение гликогена в сахар, его поступление в кровь и немедленное использование. В считанные секунды мозг получает массу питательных веществ и начинает работать в повышенном режиме. Эта биохимическая стадия прямо соответствует ментальной отрешенности и возвра щения к прошлому у падающего альпиниста, которая следует за первой стадией сопротивления.

Вторая стадия, которую русские называют предагональной, характеризуется резкими химическими изменениями в мозге. Активность мозговой коры достигает наивысшей точки, и потреб ление сахара превышает его поступление. Активность мозга реа лизуется преимущественно в виде высокочастотных колебаний по типу быстрого бета-ритма, время от времени перемежающихся единичными всплесками пролонгированного альфа-ритма. Извест но, что точно такое же состояние мозга развивается в процессе ме дитации и сопровождается ощущением счастья и трансценденции, о которых рассказывали стоявшие на краю гибели люди.

Третьей стадии, называемой русскими агонией, падающий с высоты человек достигает после удара о землю. Дыхание останав ливается, глазной рефлекс исчезает, активность мозга снижает ся почти до нуля. У собак агония начинается, когда органическая

кислота полностью разрушает накопившиеся в мозгу продукты глюкозы, отравляя его. Полное выключение мозга русские рас сматривают как клиническую смерть, но даже на этой последней стадии при условии восстановления нормального кровоснабжения мозга возможно возвращение организма к жизни. Если же не про исходит своевременной компенсации возникшего в мозгу дисба ланса (выяснилось, что для человека этот период не должен пре вышать шести минут), наступает четвертая необратимая в совре менных условиях стадия, означающая смерть организма.

Эти исследования выявили еще один важный момент. Как вы яснилось, продолжительное умирание, например при заболеваниях легких, приводит к сильному истощению энергетических ресурсов организма уже на ранних стадиях, поэтому мозг способен восста новиться лишь при условии очень короткого периода клинической смерти. Если же смерть наступает мгновенно либо в результате несчастного случая, энергетический потенциал организма оста ется высоким, обеспечивая его способность к выживанию после продолжительного полного отключения мозга. Способность к вос становлению после такой остановки полностью зависит от пред шествующего состояния метаболических процессов в организме. В эксперименте с собаками обнаружилось, что вероятность выжи вания животных, находившихся перед смертью в состоянии силь ного возбуждения, была крайне мала; если же в начальной стадии умирания они были спокойны или спали, то вероятность их выжи вания существенно возрастала. Таким образом, состояния отре шенности и транса, в которых человек расслабляется и созерца ет Тадж-Махал или вспоминает прошедшую жизнь, имеют боль шое значение для его выживания. В этом состоянии падающий с высоты человек имеет значительно больше шансов уцелеть после серьезной травмы или даже клинической смерти по сравнению с теми, кто все время кричит и сопротивляется.

Таким образом, фиксированная последовательность изменений, происходящих в ходе умирания, целесообразна, хотя и может быть нарушена практически на любой из стадий. Кроме того, она может стать короче под влиянием боли и страха. Бывает даже, что достаточно сильный страх на начальной стадии умирания не посредственно приводит к заключительной стадии клинической смерти. Мы недаром говорим "испугался до смерти" или "умер от страха". Такое действительно случается.

Австралийские колдуны носят с собой заточенные бедренные кости гигантской ящерицы с привязанным к ним пучком человечес ких волос. Если при произнесении колдуном смертельного закли нания одна из этих костей укажет на какого-либо человека, то жертва вскоре заболеет и умрет, и ей не помогут ни опыт, ни воз можности современной медицины. Африканские знахари исполь

зуют в тех же целях кисти от свиных или телячьих ножек, евро пейские колдуны изготовляют деревянных кукол или восковые фи гурки, карибские жрецы-шаманы приносят в жертву белых пету хов, а в Греции достаточно одного сглаза. Какие бы средства ни применялись, их действие на видевшие амулет или просто знавшие о его использовании жертвы подтверждены документально.

Проведено несколько клинических исследований людей, умира ющих среди полного здоровья от колдовства. Ни в одном из слу чаев врачам не удалось выделить микроорганизмы или обнаружить повреждения, вызвавшие резкое ухудшение физического состо яния этих пациентов,- им оставалось лишь регистрировать симп томы. Под влиянием колдовства дыхание жертвы учащалось, а сердце начинало биться все быстрей, пока не наступало его пол ное сокращение, ведущее к остановке. Показатели, полученные в процессе умирания, продемонстрировали быстрое сгущение крови в результате выхода жидкой части крови из кровеносного русла в мышечную ткань. Как будто жертву резали невидимым ножом настолько наблюдаемые симптомы напоминали сильный шок, вы званный хирургическим вмешательством.

В других случаях, констатируя смерть от колдовства, врачи применяли такие формулировки, как "внезапная гемодинамичес кая перестройка" или "пароксизмальная вентрикулярная тахикар дия", которые, по существу, являются синонимами диагноза "оста новка сердца". Другие считали причиной смерти "гиперрефлекс, направленный на поддержание определенного уровня кислорода в крови", либо "каталепсию, развившуюся вследствие кислород ного голодания". Диагноз не имеет принципиального значения. Во всех случаях главной причиной смерти было поражение мозга, вызванное кислородной недостаточностью вследствие не поступления в него крови. Это, однако, ничего не говорит о причи нах выявленных функциональных нарушений. Без сомнения, даже такие сильные телесные изменения могут иметь психосоматичес кую природу. Стивен Блэк сообщает о больном из Лагоса с раком кожи, диагностированным при помощи биопсии, которого вылечила мазь, изготовленная местным лекарем-колдуном. Анализ этой мази, сделанный в Лондоне, выявил в ее составе лишь мыло и древесную золу. Однако термин "психосоматика" слишком час то используется для объяснения природы заболевания в тех слу чаях, когда врач не способен выявить его истинную причину. В конечном счете никакое состояние не может быть расценено как чисто психосоматическое, если не доказано, что для снятия его симптомов достаточно одной психотерапии; в тяжелых же слу чаях, связанных с действием колдовства, времени на такую терапию не остается. Можно, конечно, пренебречь обсуждением этих явлений, отнеся их "к сфере сознания", как будто такой