Ошибка сказочника
Шрифт:
Правая штанина у него была разорвана, и от вида разбитого в клочья колена Маргариту слегка замутило. Дозорный лежал, закрыв глаза и сцепив зубы, весь в испарине, стараясь изо всех сил держаться, чтобы не орать от боли.
Около раненого, опустившись на колени и внимательно осматривая разбитую ногу, стояла Марья. У стола переминался Коломна и бросал встревоженные взгляды то на царицу, то на царевича.
– Дозорные, мать вашу! – цедил Иван с плохо скрываемым бешенством. – Задрыхли, небось, все; одного Прошку оставили караулить!
– Да кто ж знал, царевич! – виновато бубнил один из дозорных. – Может, он вообще не из озера, а какой-нибудь тать коневой? Прохор не говорил, что он из озера. А, Прохор?
Прохор, не открывая глаз, помотал с усилием головой.
– Ну вот, – обрадовался его товарищ. – Кабы это был наш гость, его бы водой выкинуло, мы бы его и приняли, пока он без чувств. А так…
– Закрой рот! – холодно приказал царевич. – По-твоему, местные тати будут разбивать царские дозоры? Ты это мне хочешь сказать, Тимофей?!
– Нет, я… я не… – опять потерялся Тимофей. – Я просто…
Царица, не оборачиваясь, подняла руку, призывая всех умолкнуть. В наступившей тишине Маргарита слышала дыхание Лики, вставшей у неё за плечом, и хриплые стоны раненого. Замерев, она смотрела, как царица, сосредоточенно нахмурившись, распрямляет правую ладонь над разбитым коленом, держит её пару секунд, и…
Маргарита от неожиданности охнула и отшатнулась, едва не упав. Из развороченного колена в руку царицы выскочила застрявшая в ране пуля. Раненый дёрнулся, вскрикнул и снова затих. Царица переложила пулю в левую руку, опять распрямила ладонь над раной, и Маргарита с изумлением смотрела, как срастаются разбитые кости, мышцы, сухожилия, затягивается кожа и смывается кровь. Через пять секунд колено дозорного было целым и невредимым.
Прохор выдохнул с облегчением, открыл глаза, согнул и разогнул ногу. Сел на кушетке, спустив ноги, посмотрел на царицу.
– Спасибо, государыня! Думал уж, конец мне, ногу потеряю…
Марья жестом остановила его.
– Так, сегодня тебе поменьше ходить, так что вы, – она повернулась к стоящим дозорным, – забирайте Прохора – и в казармы.
Дозорные резво подхватили товарища, не слушая его возражений, что он сам дойдет, и быстро покинули кабинет, ёжась от холодного взгляда царевича, не предвещавшего ничего хорошего.
Царица протянула пулю Ивану.
– Это не из наших, – спокойно произнесла она. – У нас такие ещё не делают. Даже в Вестлане. Это гость с их стороны.
Она в упор взглянула на Маргариту. Царевич посмотрел пулю на свет, подкинул в руке и тоже недобро уставился на неё. Теперь на Маргариту смотрели все, даже Лика.
Маргарита растерянно молчала, не зная, что сказать. Пуля была их, тут без вариантов. И это значит… это значит…
– Значит ли это, что ваш напарник нарушил договоренности? – царица не столько спрашивала, сколько констатировала.
– Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! – Маргарита запустила пальцы в волосы, ошалело покрутила головой. – Чёрт, Никита, что ж вы там натворили?! Нам же теперь здесь полный трындец!
* * *
Вот теперь Маргарита испугалась по-настоящему. Мало того, что Никита запорол их последний (ладно, предпоследний) шанс на возвращение, так ещё и выставил её бессовестной лгуньей. Она же клялась царице, что напарник появится на третий день и только ради Обмена; она согласилась задержаться здесь, лишь бы Костя вернулся обратно. А теперь получается, что и Костя никуда не вернётся, и Никита здесь явно не с мирными целями, и ей самой больше нет никакого доверия.
Маргарита плохо понимала, что происходило дальше. Что-то обсуждали царица с Коломной, куда-то вышел царевич. Её саму из кабинета вытянула за руку Лика, но далеко увести не смогла. Маргарита села на ступеньках первой же лестницы и, опять запустив пальцы в волосы, принялась размышлять. Лика пыталась её поднять, куда-то увести, но в конце концов сдалась и села рядом.
Мимо сновали слуги, гонцы, вооружённые люди. Пару раз проносился Баюн. Маргарита не обращала внимания и почти никого не замечала, пытаясь понять, что произошло и что задумал Савостьянов.
Да нет, это не Савостьянов. Не пошёл бы Никита на такое самостоятельно, не посоветовавшись и не получив одобрение у начальства. Шмидт был в курсе, это определённо. Скорее всего, он и послал Никиту сюда. Но зачем?
Очевидно, их насторожило то, что не вернулся Костя. Бессмертный же говорил, что мальчик вернётся в обмен на ушедшего, а он не вернулся, и Шмидт…
Стоп! Шмидт тоже не стал бы так рисковать и, очертя голову, отправлять агента неизвестно куда. Он знает про этот мир не больше Никиты, то есть, в сущности, ничего. Зато у него есть тот, кто знает всё. И если Никита пришёл сюда не с целью обмена, значит, с какой-то другой целью. И значит, они заручились поддержкой и подсказками Бессмертного, потому что без этого отправляться в самостоятельный переход по здешнему миру было бы форменным безумием.
Маргарита приободрилась. Раз Бессмертный на нашей стороне – а, видимо, на нашей, у него же свои счёты с царицей – значит, не всё так страшно и безнадёжно, как ей показалось сначала. Наверняка он отправил Никиту за помощью или каким-нибудь волшебством, которое вернёт их всех обратно.
– Слушай, Лика, – вспомнила Маргарита про заскучавшую царевну, – а есть ещё какой-нибудь способ перейти в другой мир? Вообще, прецеденты были? Кто-нибудь ещё, кроме Бессмертного, переходил из вашего мира в наш?
Лика укоризненно посмотрела на Маргариту.
– А что посложнее не спросишь? Да откуда же я знаю, Марго! Я тебе Велизарий, что ли, на такие вопросы отвечать?!
– Велизарий? – живо заинтересовалась Маргарита. – А кто это?
– Ну ты даёшь! – Лика посмотрела на Маргариту уже даже не укоризненно, а чуть ли не возмущённо. – Что ты тут делаешь, если вообще ничего не знаешь?!
Маргарита, против воли, почувствовала стыд. Действительно, попасть в русскую волшебную сказку и ничего про неё не знать – это прям позор какой-то. Костя, вон, сказки читал, знает тут, наверное, всех вокруг. А она не то, что книгу Бессмертного, она даже детские сказки почти не читала и всё перезабыла. В памяти сидело смутное воспоминание о смерти Кощея, которая в какой-то игле, а игла вроде в яйце, а яйцо в утке, а утка в сундуке, а сундук на дереве на каком-то острове. Или на горе – Маргарита не помнила точно. В любом случае, сказки она знала из рук вон плохо, а ведь наверняка в них должен быть этот загадочный Велизарий.
Конец ознакомительного фрагмента.