Чтение онлайн

— Бог с вами, — вздохнул Андрей, доставая стандартный бланк. — Только тут многовато будет, вот, сумма верная проставлена, — указал он на цифру.

— Так вы столько за котиков потерянных берете, Андрей Ильич, а во что я Лизонькино спасение оцениваю, то только мне решать.

Звягинцев понял, что спорить с ним бесполезно — знал он таких упертых. Ну и ладно! Потратит он лишние деньги на Герострата. Настрадался котик, да и был непосредственным участником спасения своей хозяйки. А у самой, верно, либо денег особых нет, либо сил по магазинам бегать, чтобы побаловать питомца. Еще и Мишенька этот… А ну как спросит у старушки за пироги? Впрочем… Он оглядел бодрейшего Доничева. Пожалуй, есть нынче кому вступиться за старушку, не стоит за нее волноваться.

— А можно вопрос, Аркадий Илларионович?

— Извольте-с, — отозвался… стариком его язык не поворачивался назвать теперь: в самом расцвете сил мужчина, ходит гоголем.

— У вас в вашей трости скрытый клинок имеется?

— Ну конечно, Андрей Ильич! — просиял историк. — Я все ждал, догадаетесь ли? — и тут в дверь робко постучали.

— Ох, отнял у вас время! — засуетился Доничев. — Пойду уже, — и, наклонившись почти к уху Андрея прошептал: — Я с утреца к Лизоньке наведался. Не прогнала! И, знаете, согласилась вечером мне пару в ресторации Сурепова составить. Надо подготовиться!

Андрей только головой покачал. А Аркадий Илларионович кивнул новому посетителю и за дверь выскользнул.

Вошедший мужчина был средних лет: четвертый десяток он явно разменял, а к пятому пока не подобрался. Вроде бы интеллигентное лицо в тонких очках выглядело помятым и грустным.

— Вы ведь сыщик? Андрей Звягинцев? Это же про вас в газете писали?

— Я, — кивнул тот.

— Дело у меня до вас, — сказал посетитель печально. — Часы у меня украли. Старинные. Вот прямо с каминной полки они исчезли. Вчера были — сегодня нет. А это память о супруге моей покойной, дорогая память. Полицейские, конечно, приходили, протокол составили и споспешествовать обещали. Но сколько у них таких дел? Сотни! А мне надобно, чтобы со всем тщанием…

Андрей кивнул, подивившись и порадовавшись тому, что искать теперь придется дорогие часы, а не кота или псинку диванную, и, подтянув поближе чистый лист, обмакнул перо в чернила:

— Хорошо, рассказывайте все по порядку…

Условившись с новым клиентом, что завтра с утра зайдет к нему и тщательно все осмотрит, слуг допросит и расследование начнет, Андрей бросил взгляд на ходики и поморщился. Спать все еще хотелось, но часа через полтора за Клюевой в гимназию ехать надо. Смысла уже нет ложиться. Лучше в околоток наведаться, узнать, как у Никиты дела продвигаются, о точном времени визита к Ланской условиться. Вчера же так толком и не договорились.

В околотке жизнь, как всегда, ключом кипела: кто-то ругался, кто-то плакал и умолял пощадить какого-то Сёмочку, куда-то спешили патрульные городовые и пишмаш-барышни со стопками бумаг. Мимо провели квелого мужика — вроде и интеллигент, но небрит и выражение такое… брезгливое ко всему миру. Неприятный тип почему-то показался Андрею знакомым, но вспомнить, откуда, сразу не удалось, а напрягаться не хотелось.

В дверь кабинета Сторинова он постучал, но приглашения дожидаться не стал — вошел сразу. Никита сидел за столом, но навстречу Звягинцеву поднялся и просиял.

— Андрейка! Ну ты вещий, сукин сын! Копнули мы информацию по Аверинскому дому да по застройщику его. И ведь прав оказался поганец Бурлаков! Проворовался Уваров. И, прикинь, и впрямь видел он те плошки шинджурские в окне дома на Карайского. Вот и решил делишки свои поправить, старушку ограбив. Вот только невдомек мне, где же он их все-таки видеть мог. Но, чует мое сердце, не врет Ланская, нет у нее сокровища этого.

— Не врет, — улыбнулся Андрей. — Я-то точно знаю, магией ее проверял.

— Эх… Мне бы таких специалистов! — погрустнел околоточный. — А может, и Уварова проверишь? Жаль, только что отправил его обратно в камеру. Да ты видеть должен был, отсюда его увели.

Андрей ошеломленно кивнул.

— А то мы как рыба об лед бьемся, махинации его финансовые копаем. Только чую, заберут у меня это дело, ой, заберут. Не по чину мне с деньжищами такими огромными разбираться. Так что, не будет мне ни награды, ни денег, ни кота.

— Кота? — окончательно растерялся Звягинцев.

— Да то я так, — Никита махнул рукой. — Детишки просят. Только где я им импер-куна достану? Даже если из Властинца везти, в очередь на два года вперед становиться надо. Ты это… Старшому моему обещал с котиком его познакомить, так уж не обмани. Чай, Ланская не откажет в малости Герострата ее в гости сводить.

— Ах, это… Конечно, завезу я твоим детишкам котика как-нибудь. Он теперь и сам, без ведома хозяйки, в гости ко мне захаживает, так почему бы нам вместе к твоему семейству не наведаться?

— Ну, добре, — слегка успокоился околоточный. — Ты на вот, бумаги глянь, пока у меня дело не забрали. Ну и гад этот Уваров, скажу я тебе! Сколько Ухарск потерял на его махинациях! Это ж уму непостижимо! А еще и похищение, за которое он надолго сядет. Тут уж даже Ланская его не отмажет, ежели ей дурь такая в голову взбредет. Это «Мишеньку хорошего мальчика» она, считай, выгородила, а этого — не выйдет! Сядет, сядет он. И надолго! А Бурлаков, как ни крути, выходит, что вместе со старушкой от Артурчика этого прятался.

— Под зонтиком! Зонтик странный был у него! — внезапно вспомнил Андрей.

— Под каким зонтиком?!

— Да шарился Артурчик у дома Ланской. Эх, раньше бы понять! Кстати, а вы пальчики-то его откатали? Вдруг как это он в квартире Ланской наследил?

Взгляд Никиты стал умоляющим.

— Звягинцев, будь человеком, проверь ты нам это. Ты ж понимаешь, нет у нас спеца по дактилоскопии. Эксперт-патологоанатом опытный есть, но Артурчик не труп. Пока еще.

И рассмеялся, довольный собственной мрачной шуткой.

Что ж, прав оказался Андрей в своих подозрениях: Артурчик в квартире Ланской и наследил. Перчатки надеть ниже своего достоинства посчитал, что ли? В который раз сыщик подивился наглости и бесцеремонности некоторых людей — глупых, тщеславных, самоуверенных. И как же иногда скромность мешает тем, кто действительно многого достоин и заслуживает в жизни!

С этими философскими размышлениями подъехал он на Покровскую площадь, оставил самоходку и пешком направился ко Второй женской гимназии, дабы ненароком снова на щелкопера не нарваться. А то ж опять разозлится, морду писаке набьет, фотокамеру разгрохает… Плати потом! Нет уж, обойдемся без такого надрыва, лучше от этого человечка подальше держаться. А если что, надобно прямо к редактору идти и жаловаться, чтобы начальство раз и навсегда господину Футикову охоту отбило о частном сыщике статейки кропать.