Чтение онлайн

– Я не люблю суп с буковками, - тихонько сказала Триш.

– Полюбишь, - пообещал Тоби. Тут его улыбка вернулась, только теперь она повисла на губах кривовато.
– То есть... Эмма готовит "алфавитный" суп лучше всех в городке.

Карла была больше не в силах смотреть пареньку в глаза. Она отвела взгляд. Дверь открылась; в кафе вошли двое. Седовласый мужчина в комбинезоне и тощая девушка с грязными светлыми волосами и личиком, которое, если его отмыть, возможно, оказалось бы хорошеньким. Лет двадцать-двадцать пять, подумала Карла. На девушке были покрытые пятнами слаксы защитного цвета, розовая, зашитая во многих местах блузка, а на ногах - пара "топсайдеров". От девушки дурно пахло, а в запавших голубых глазах застыло потрясенное, испуганное выражение. Уинслоу отвел ее к стулу за другим столиком, и она уселась, что-то бормоча себе под нос и уставясь на свои грязные руки.

Ни Карла, ни Джо не могли не заметить распухшие укусы, которыми было изрыто ее лицо, рубцы, уходившие вверх к самой границе волос.

– Господи, - прошептала Карла.
– Что... что с ней стряслось...

– К ней Мэйс забегал, - сказал Тоби.
– Сохнет он по Мисс Нэнси, вот что.

Уинслоу уселся за отдельный столик, раскурил трубку и попыхивал ею в мрачной тишине.

Вышла Эмма с подносом. Она несла глубокие тарелки с супом, небольшие пакетики картофельных чипсов и сэндвичи. Подавать она начала с Тоби.

– Совсем скоро придется съездить в бакалейную лавку, - сказала она. Мы уж почти все приели.

Тоби принялся жевать свой сэндвич и не ответил.

– У меня на хлебе корка, - прошептала Триш матери. К личику девочки льнул пот, а глаза были круглыми и испуганными.

В кафе стояла такая духота, что Карла теперь с трудом это выдерживала. Блузка молодой женщины пропиталась потом, а от запаха немытой Мисс Нэнси к горлу подкатывала тошнота. Карла почувствовала, что Тоби наблюдает за ней, и вдруг обнаружила, что ей хочется истошно завизжать.

– Простите, - удалось ей сказать Эмме, - но моя девчурка не любит есть хлеб с коркой. У вас нет ножа?

Эмма заморгала и не ответила; рука, ставившая перед Джо тарелку с супом, нерешительно замерла. Уинслоу тихо рассмеялся, но в этом смехе не было радости.

– А как же, - отозвался Тоби и полез в карман джинсов. Он вытащил складной нож, раскрыл лезвие.
– Давай, я сделаю, - предложил он и принялся срезать корку.

– Мэм? Ваш суп.
– Эмма поставила перед Карлой миску.

Карла знала, что не сумеет проглотить ни ложки горячего супа... в этом уже полном влажного пара кафе - ни за что.

– А нельзя ли... нельзя ли попить чего-нибудь холодного? Пожалуйста.

– Ничего нету, одна вода, - сказала Эмма.
– Морозильник сломался. Ш-ш-ш, кушайте суп.
– Она отошла обслужить Мисс Нэнси.

И тогда Карла увидела.

Под самым своим носом. Написанное буковками, плававшими на поверхности "алфавитного" супа.

Мальчишка сумасшедший.

Нож трудился - резал, резал...

В горле у Карлы было сухо, как в пустыне, но, несмотря на это, она сглотнула, следя глазами за лезвием, двигавшимся так страшно близко от горла ее дочурки.

– Сказано же, ешьте!
– Эмма почти кричала.

Карла поняла. Она погрузила ложку в миску, помешала, подцепила всплывшие буквы, чтобы Тоби не увидел, и отхлебнула, чуть не ошпарив язык.

– Нравится?
– спросил Тоби у Триш, держа нож у лица девочки.
– Глянь, как сверкает. Скажи, красивая вещь...

Он не закончил фразу - горячий алфавитный суп в мгновение ока полетел ему в глаза. Но это сделала не Карла. Это сделал очнувшийся от дурмана Джо. Тоби вскрикнул, навзничь повалился со стула. Джо хотел перехватить нож, они схватились на полу, но и ослепнув рыжий мальчишка не подпускал Джо к себе. Карла сидела и не могла двинуться с места, точно приросла к стулу, а драгоценные секунды убегали.

– Убейте его!
– визгливо крикнула Эмма.
– Убейте гаденыша!
– Она принялась охаживать Тоби подносом, который держала в руках, но в суматохе большая часть ударов доставалась Джо. Как цепом молотя по воздуху рукой с зажатым в ней ножом, Тоби зацепил футболку Джо, пропоров в ней дыру. Тут уж вскочила и Карла. Мисс Нэнси пронзительно вопила что-то нечленораздельное. Карла попыталась схватить мальчишку за запястье, промахнулась и попыталась снова. Тоби вопил и корчился, физиономия рыжего мальчишки превратилась в жуткую, перекошенную пасть, но Джо держал его изо всех своих убывающих сил. "Мама! Мама!" - плакала Триш... а потом Карла наступила на запястье Тоби, пригвоздив руку с ножом к линолеуму.

Пальцы разжались, и Джо подхватил нож.

Вместе с матерью он отступил, и Тоби сел. В его лице бушевала вся ярость Ада.

– Убейте его!
– кричала Эмма, красная до корней волос.
– Проткните его злобное сердце, этим самым ножом проткните!
– Она хотела схватить нож, но Джо отодвинулся от нее.

Уинслоу поднимался из-за столика, по-прежнему хладнокровно дымя трубкой.

– Ну, - спокойно проговорил он, - давай. Раз, два - и готово.

Тоби отползал от них к двери, протирая рукавом глаза. Он сел, потом медленно поднялся - сперва на колени, потом на ноги.

– Он совершенно ненормальный!
– сказала Эмма.
– Поубивал в этом проклятом городишке всех до единого!

– Не всех, Эмма, - откликнулся Тоби. Его улыбка вернулась.
– Еще не всех.

Карла обнимала Триш, и ей было так жарко, что она боялась лишиться чувств. Воздух был спертым, тяжелым, а Мисс Нэнси, ухмыляясь ей в лицо, теперь тянулась к ней грязными руками.

– Не знаю, что здесь творится, - наконец проговорила Карла, - но мы уходим. Есть бензин, нет ли - мы уезжаем.

– Да? Взаправду?
– Тоби вдруг набрал воздуха и издал протяжный дрожащий свист, от которого по коже у Карлы поползли мурашки. Свист все звучал. Эмма визгливо крикнула:

– Заткните ему рот! Кто-нибудь, пусть он заткнется!

Свист внезапно оборвался на восходящей ноте.

– Уйди с дороги, - сказала Карла.
– Мы уходим.

– Может, уходите. Может, нет. Осиное лето, леди. Они, оски-то, прям-таки всюду!

Что-то коснулось окон кафе. Снаружи по стеклу, разрастаясь, стало расползаться темное облако.

– Вас когда-нибудь кусали осы, леди?
– спросил Тоби.
– Я хочу сказать - сильно, крепко вас жалили? До самой кости? Так больно, чтоб ты криком изошла, только бы кто-нибудь перерезал тебе глотку и страданья кончились?

За окнами темнело. Мисс Нэнси заскулила и, съежившись от страха, полезла под стол.

– Осиное же лето, - повторил Тоби.
– Я зову - оски и прилетают. И делают то, что я хочу. Я ж по-ихнему говорю, леди. Есть во мне что-то такое... приманчивое.

– Господи Иисусе, - Уинслоу покачал головой.
– Ну, давайте, не тяните!