Чтение онлайн

«Ничего, потерплю немного, зато, потом ты будешь мне впору, и я больше с тобой не расстанусь!»

[1] В переводе с древне-эксихорского языка «Дар возмездия».

[2] Морспирус — Темный бог хаоса, лжи и ненависти.

[3] Сиера — Светлая богиня домашнего очага, доброты и справедливости.

[4] Псовелл — Темный бог искусства, развлечений и воровства. Считается красивейшим богом пантеона.

[5] Отрома — Темная богиня смерти. Считается, что в ее просторные дворцы в Загробном мире попадают только добропорядочные и хорошие люди.

[6] Остров с единственным городом-столицей Мидояром. Тут много курильных и развлекательных домов, где обслуживают самые искусные наложницы и наложники континента. Эсра' (госпожа) Есель — управляющая городом, пристально следит за порядком. Все работники проходят обучение, тщательно следят за здоровьем и платят налоги. Работать им разрешается только с совершеннолетнего возраста.

[7] Нафисьерра — Светлая богиня любви, красоты и наслаждений. Главная покровительница о. Полумесяца.

[8] Существует пять Магических Отрядов: Анианты, Шпионы, Ведуны, Менталисты, Кинеты.

[9] Инзур — Темный бог клятв, возмездия, мести и обещаний.

[10] Маврита — Светлая богиня судьбы. Даже находясь в Бесконечных Пустынях, может влиять на жизни людей.

[11] Бесконечные Пустыни — место пребывания детей богов после смерти. Они не живут вечно, как их родители и не являются высшими существами. Однако людьми и магами их назвать тоже нельзя.

[12] Остров Сотуус — земное пристанище бога Морспируса. Истинные размеры острова — неизвестны, кроме того, туда невозможно попасть простому человеку или магу без приглашения самого бога хаоса. Он окружен дрейфующими скалами, способными потопить любой корабль. Жрецы с о. Мират говорят, что Морспируса не было в земном пристанище уже много лет.

[13] Это кровопролитное время известно в народе, как «Скорбные недели».

[14] Хеольса — Светлая богиня мудрости.

[15] Нулапп — Светлый бог мироздания и созидания. Супруг богини Хеольсы.

[16] Роя'л — крупная денежная единица Эксихоры в виде золотых монет.

[17] Маритания — небольшое государство на севере Эксихоры, которое славится своей мануфактурой.

[18] Гафтор — маленькое государство на северо-западе Эксихоры.

[19] Тартис — Светлый бог виноделия, развлечений и плодородия. Его всегда изображают рядом с бочкой эля и яблоком в руке.

Мы с Иби шли по оживленным улочкам города, приветливо здороваясь с каждым знакомым. Мои легкие наполнялись ароматами свежеиспеченного хлеба, корицы, цветов и лимона. Каждый дом, каждая торговая лавка пахла по-особенному, и, даже, с закрытыми глазами, я могла безошибочно определить, где именно мы идем. Я очень любила Батигар и считала его своей родиной. Хоть я и родилась в раксаранской Долине Псив, на границе опасного Леса Гарпий, всю свою жизнь я провела здесь. Свой отчий дом я не помню, разве что рисую его в своем воображении со слов тети Алдоры. А вот в этом городе я знаю все. Тут я произнесла первые осмысленные слова, пошла в школу, познакомилась с друзьями, впервые сломала руку, подралась, поругалась, посетила городской праздник, взяла меч в руки, влюбилась, поцеловалась, занялась любовью, научилась мечтать, и именно тут, в Батигаре, в небольшом городке на западе Волисоля, я стала взращивать свою месть. Как самый заботливый травник или цветовод смотрит за своими растениями, так же и я ухаживаю за ней, полирую и подпитываю, не дав ей утихнуть.

Да, я определенно любила Батигар и его людей. Вот мы проходим мимо дома семьи Сузар — они относятся к магическому отряду Кинетов. Эср Муран и его жена эсра' Лизана, управляют стихиями. Кстати, именно они и приходят к нам каждые два месяца, чтобы зачаровать наш водяной насос. Лизана, управляющая водой, обеспечивает нам ее бесперебойную подачу, Муран, управляющий огнем, делает ее теплой. А вот дом и мастерская эсра Коулза, он тоже из отряда Кинетов. Обладая магией льда, помогает нашему местному кузнецу — Дармуро, создавать железные ледяные ящики, в которых продукты хранятся дольше. Кстати, Дармуро — обычный человек, но он прекрасно чувствует пламя и металл. Его оружие по качеству уступает, разве что, раксаранскому, выкованному великим кузнецом Фитром. Следующей по пути оказывается лавка Паулиты — она супруга Хольса и относится к Магическому отряду Менталистов, ее дар телепатия. Она умеет читать мысли, но никогда не пользуется этим даром в корыстных целях, во всяком случае, так утверждают она и Хольс. Ее родители были изначально против, что она выходит замуж за обычного человека, ведь ее предкам испокон веков покровительствовали Темные боги, и все, как один, обладали редкими способностями. Паулита не стала никого слушать, вышла замуж за любимого мужчину и открыла свою лавку с косметическими средствами. Сурьмой для глаз, пигментами для губ, век и щек, и еще кучей других кремов и бальзамов мы обязаны ей. Одним словом, в Батигаре кипела жизнь, ничем не хуже, чем в столице Волисоля — Охъяре.

Мы с Иби свернули в один из пустынных проулочков, которые вели к мастерской Хольса. Из-за угла показалась Каризма — длинноволосая пепельная блондинка с ярко-голубыми глазами, которая разглядывала себя в отражении стекла одной из лавок, торгующей тканями и прочими принадлежностями для шитья. Девушка улыбалась себе и поправляла лиф небесно-голубого платья, стараясь, как можно ниже опустить его и продемонстрировать миру бо'льшую часть своих маленьких грудей. Она была магом из отряда Менталистов, ее способностью была иллюзия. С нее можно было бы писать картины: высокого роста, примерно сто восемьдесят пять сантиметров, стройная девушка, с длинными ногами и изящными тонкими пальчиками, лицо в форме сердечка, россыпь веснушек, невероятно большие глаза и чувственные розовые губы, которые она всегда красила грязно-розовой помадой. По своей красоте она могла бы сравниться с Иби, только если моя сестра была теплым шоколадным напитком, который тебя обволакивал и согревал, то Каризма была кусочками льда, о которые легко пораниться. К ее божественному очарованию добавлялся самый сучий характер, а по отношению ко мне она еще и испытывала еле сдерживаемую ненависть, и причиной тому был Воис.

Ее противостояние со мной началось еще десять лет назад. В то время Воис только начал осознавать свою мужскую красоту и умело ей пользоваться, и мы, две тринадцатилетние девочки, попали под его очарование. По глупости, он как-то раз сказал Каризме, что возьмет ее в жены, когда она станет старше. Я была разбита, а моя окрыленная соперница серьезно вознамерилась выйти за Воиса замуж. Однако спустя четыре года, батигарский повеса не вспомнил о своем обещании и закрутил роман со мной. Как же я тогда злорадствовала! Сердце Каризмы было разбито, как и мое когда-то, а я стала ее главным врагом. По сей день, она считает, что именно я — единсвенная преграда на пути к ее счастью с любимым мужчиной. Из женской солидарности я бы могла сказать ей, что между нами нет ничего серьезного, никаких чувств и обязательств, и, если она желает, может его забрать себе, но у меня тоже был сучий характер. Каждый раз, когда она видела меня с Воисом, она приветливо здоровалась своей лживой улыбкой, а я разве что не облизывала парня с ног до головы. Мне доставляло невероятное удовольствие наблюдать за ее озлобленным раскрасневшимся лицом. Что касается Воиса, он поддерживал в отношении нее нейтралитет: был вежлив при встречах, но на флирт не поддавался. Когда я у него спросила, не слеп ли он на самом деле, потому что другого объяснения его отказа от Каризмы у меня не было, он ответил, что она красива, но он предпочитает эмоции и формы, а не холодную глыбу льда с телом богини. Обидел он меня или сделал этим комплимент, я так и не поняла.

Заметив меня с Иби, блондинка смерила нас презрительным взглядом, словно мы были червяками, а не людьми, вздернула носик и прошла вальяжной походкой от бедра. От ее высокомерного выражения моя кровь вскипела за секунду. Ветер, словно почувствовав мое гневное состояние, начал опасно трясти деревянную вывеску над лавкой, гласившую, что тут продаются самые лучшие ткани, привезенные из Гафтора.

– Милая Каризма, ты не здороваешься со мной потому что сейчас рядом нет Воиса, или потому, что сегодня рядом с ним буду только я?
– пропела я нарочито сладким голосом, обуздав свою ярость.

Иби прыснула от смеха. Каризма медленно развернулась, в ее глазах кипела холодная ненависть и ярость. Она могла бы меня ослепить, нагнать любую иллюзию, но это было против правил, внегласно установленных в Волисоле. За их нарушение можно было даже предстать перед городским судом. Мы не были с Каризмой на данный момент спарринг-партнерами, и я не представляла для нее прямую угрозу жизни, поэтому любое ее воздействие на меня было под запретом, тем более что у меня не было никаких магических сил.

– Ну, что ты, Ламара! Просто не обращаю внимания на ничтожество!
– выпалила она.

– Странно, - я притворно нахмурила брови, словно пыталась решить какую-то сложную задачу.

– О чем ты?
– недоуменно спросила она.

– Говоришь, что не обращаешь внимания на ничтожество, а минуту назад разглядывала себя в отражении. Какое досадное противоречие, - я театрально вздохнула.

Каризма уже была готова выцарапать мне глаза своими тоненькими пальчиками.

– Да как ты смеешь?!
– заверещала она.
– Ты безродная девка, просто шлюшка, которую трахает Воис!