Чтение онлайн

В кабинете Северцева солнца не было, но не было и прохлады.

"Нервы пошаливают, - думал Сергей, - устал я. И бравирую опасностью, а излучения дают себя знать. Где же Константин Петрович?"

У Ирины тихо. Сергей спустился в столовую и у самых дверей столкнулся с Северцевым,

– А-а... жених... Пойдем...

Константин Петрович взял Сергея под руку, и они вышли на террасу.

Летом темнота наступает сразу. Перекликаются женщины и дети в деревне. Сохнущим сеном пахнет вечер.

Профессор и Сергей молча курили. Им хорошо вдвоем, хорошо даже молчать. Они любили друг друга.

Сергей встретил Ирину три года тому назад, когда она была еще худенькой девочкой с тугими косичками. А он учился на третьем курсе института ядерной энергетики. В тот год начал им читать теорию ядерных сил профессор Северцев.

Константин Петрович говорил увлеченно, страстно. Но никогда не забывал о слушателях. Он выбирал одного, который наиболее чутко воспринимал его мысли. Профессор как бы проверял на этом человеке убедительность своих доводов. Смуглое лицо Сергея Батарова, проникновенный взгляд-сразу же привлекли внимание профессора. Две-три беседы наедине, и Сергей оказался в числе сотрудников Северцева.

Однажды ранним летом, уже перед самыми экзаменами, Сергей приехал к профессору на дачу. Луна медленно выползла из-за леса. Сергей подошел к дому профессора. Кто-то играл старинный вальс.

Окна распахнуты в сад. Очень слабо освещена большая, почти без мебели комната. За роялем полная женщина, белокурые пряди волос на затылке выбились из прически.

А по комнате, сливаясь с темпом музыки, двигалась девушка в коротеньком белом платье. В ее движениях - трогательная угловатая грация подростка и профессиональное мастерство почти настоящей балерины.

Сергей вошел в дом, растроганный виденным, в ожидании чего-то необыкновенного. Терраса - маленький коридор - и дверь...

Сергей оказался в той же комнате. Музыка теперь звучала отчетливее. А девушка все так же продолжала танцевать, как будто не замечая его, или она просто не хотела отвлекаться.

И в ушах Сергея еще звучал последний низкий аккорд, когда женщина у рояля спросила:

– Вы что хотите?

– Константин Петрович просил меня прийти.

– К папе?
– девочка стояла перед ним.
– Пойдемте, я провожу вас.

Он следом за ней поднялся по узенькой лестнице и оказался в кабинете профессора, освещенном только настольной лампой. Теперь Сергей почему-то боялся смотреть на девушку. Но он знал, какая она, знал навсегда, на всю жизнь.

– Садись, Сергей, - указал ему глазами на стул Константин Петрович.

Ирина вышла. Вскоре звуки внизу возобновились.

– Так ты хочешь работать со мной?

Сергей молчал. Это был вечер в конце мая, вечер распускающейся зелени и поющих голосов.

– А что тебя привлекает в науке?
– спросил Северцев. Почему ты решил стать физиком? Это, может быть, самое сложное, самое трудное. Которое берет не только мысли, все время, но и здоровье... а может быть, и жизнь...

– То, что отнимает у одних здоровье, может дать его другим, то, что может превратить в пустыню целый мир, - повторил Сергей слова самого Константина Петровича, - то может сделать его еще прекраснее... если...

Сергей шагнул к окну. Над рекой, над лесами, над туманами повисла луна. А снизу на простор рвалась музыка, и звуки набегали друг па друга.

– ...если только он может быть краше, - тихо окончил Сергей.

– Костя! Где ты?
– послышался голос Софьи Андреевны. И она сама выплыла на террасу.
– Вот вы где... А гости одни.

– Женя Звягинцев пришел?
– спросил профессор.

– Нет, Жени нет. А что, разве без него не будем начинать?

– Нет, будем. Он подъедет.

– Что с Женей?
– удивился Сергей.

– Я звонил ему. В 17.33 началась очень сильная вспышка на Солнце.

И тише добавил:

– Ты понимаешь, что такие наблюдения Женя никому не мог перепоручить, даже если бы это была его свадьба.

Они прошли к гостям.

Справа - праздничные столы. У радиолы хозяйничала подруга Ирины Дина Вайнер, очень смуглая девушка с тяжелыми косами. Три пары кружились в вальсе. Остальные, стараясь не мешать, столпились у стен.

– Надо идти за невестой, - громко сказала Софья Андреевна.
– Диночка, сходи ты... И вы, девушки...

Дина с серьезным неулыбающимся лицом пошла из комнаты, за ней девушки.

Все присутствующие встали у входа, ожидая появления невесты.

– Песни обрядовые будем петь?
– шепнул Константин Петрович.
– Кто будет? Никто! Тогда я один запою!

И вдруг раздался голос Дины:

– Ирина! Ирина! Где же ты?

Торопливые шаги Дины, и она одна появилась в дверях. На ее лице недоумение.

– Ее там нет...

– Как нет?!
– Софья Андреевна, тяжело дыша, взбежала по лестнице.

– Ирина! Ирина! Перестань дурачиться!

Но ответа не последовало.

Тогда и сам профессор и гости поднялись наверх. Константин Петрович выглянул в окно.

– Ирина! Ирина! Слышишь? Прекрати свои шутки!

Профессор забеспокоился. Каждой шутке есть граница. А кроме того, Ирина совсем не склонна к озорству.

– Ирина!

И опять не получил ответа. Профессор вспомнил о сыне.

– Юрий! Юра!
– крикнул он.

Только эхо замерло вдали.

Константин Петрович сел на подоконник, перегнулся в темный сад и снова позвал детей. Он тревожно взглянул на жену. Софья Андреевна изменилась в лице.

– Куда он девался...
– прошептал профессор, - сегодня он должен быть дома. Непонятно, куда они могли запропаститься!

В этот момент появился Женя Звягинцев. Вид у него был довольно странный. Маленький и щуплый, с пышной шевелюрой, растрепанной еще больше, чем обычно, он торопливым движением поправлял очки. Очки были большие, в темной роговой оправе, а нос маленький и острый. Сам Женя производил впечатление человека не только совершенно растерянного, но просто ошеломленного. Приехал он в рабочем костюме, без галстука. Видимо, в минуту сильного волнения он хотел расстегнуть воротник рубашки, но не смог и прямо "с мясом" вырвал пуговицы. Однако на Женю никто сейчас не обращал внимания. Ирины и Юрия не нашли и в саду.

Гости растерянно столпились на террасе. Никто не решался шутить, но и тревоги не было: очень спокойно все вокруг.

– Я к Лене пойду, - сказал профессор жене, - они всегда вместе хулиганят.

И, обращаясь к гостям, добавил с улыбкой:

– Пожалуйста, веселитесь. Дина, включи радиолу.

И, когда он подходил к дому напротив, где жил Юрин друг Леня, томный голос старательно выводил: "Лепестки фиалки опадают, словно хлопья снега на ковер..."

На вопрос, дома ли Леня, профессору ответили: