Чтение онлайн

– Извините, - вымученно улыбнулся он.
– Мы вынуждены кое-что проверить. Вы - Алекс Комаров?

– Я, - ответил Алекс, пытаясь понять, что случилось.
– Проходите, садитесь, пожалуйста. Вас что, соседи вызвали?

Миротворец в штатском сел на указанное ему кресло, а двое других встали у него за спиной. 'Штатский' положил принесенный с собой портативный компьютер-ноутбук на колени, открыл крышку с экраном, включил.

– А что случилось с соседями?
– повел бровью 'Штатский'.

– Ничего, - помотал головой присевший на диван Алекс.
– Но они могли подумать, что что-то случилось со мной.

Думаю, мне не удалось убедить их в том, что они ошибаются.

– А что случилось с вами?
– заинтересовался 'Штатский'.

– Запросите мой медицинский файл и узнаете, - загадочно ушел от ответа Алекс.

– А...
– 'Штатский' понимающе кивнул.
– Понятно.

Через секунду он сказал с прежней интонацией, как телевизор, переключившийся с одного канала на другой, а потом обратно:

– Я забыл представиться. Меня зовут Владимир Медведев. Я представляю отдел Миротворцев, занимающийся проблемами устройства выпускников наших интернатов.

– Так вы мимо!
– Алекс успокоился.
– Я неплохо устроился.

– Да?
– огляделся Медведев.
– Это дом ваших родителей?

Алекс кивнул головой.

– Не староват ли он для вас? Не будете продавать?
– поинтересовался старший миротворец.

– Старый, это верно, - медленно произнес Алекс, садясь на диван.
– Но он мне дорог, как память. Он мне вместо памяти. Я ведь совсем не помню родителей. Не знаю, надо ли его продавать. Может просто поставить новую бытовую технику. Там подкрасить, здесь заделать...

– Но документы на дом в порядке?
– спросил Медведев.
– Вам их уже передали?

– Конечно!
– все еще слегка напуганный Алекс хотел вскочить и принести бумаги, но повелительный жест Медведева остановил его:

– Не нервничайте так. Посидите спокойно, а наш сотрудник принесет их. Скажите только, где они.

– В кабинете есть сейф, - Алекс кивнул в сторону одной из дверей.
– Но я не знаю комбинацию к нему, поэтому пока все лежит у меня в чемодане. Чемодан я еще не распаковывал... Он наверно на втором этаже, в спальне, но там слегка... не прибрано.

– Это ничего, - Медведев одним кивком головы отправил человека за документами.

Миротворец, стоявший по правую руку от него сорвался с места и бодро поскакал вверх по скрипевшей под его весом лестнице. Алекс облегченно вздохнул и с мыслью: 'Скоро все это закончится!' перевел взгляд на улыбающегося Медведева. Однако тут же раздался страшный грохот, перекрытый воплем миротворца, который возвестил, что лестница в доме Алекса теперь обойдется без последней секции перил, а Миротворцы - без одного из миротворцев. Не выдержав нагрузки, декоративная перекладина, укрепленная на не менее декоративных стойках, отправилась в свободный полет, увлекая за собой и незадачливого патрульного.

– Сидите!
– Медведев предостерегающе вытянул руку вперед, преграждая путь Алексу, который искренне хотел помочь упавшему.
– Медицинскую помощь миротворцу может оказывать только миротворец или уполномоченное им лицо.

Второй напарник 'Штатского' уже склонился над коллегой. Тот свалился за лестницу, поэтому Алексу с дивана была видна только неестественно вывернутая ладонь несчастного.

– Мертв, - ровно и спокойно с интонацией выносящего мусор произнес Второй.

– Как же это...
– Алекс снова собрался встать, но Медведев опять предупредительно оградил его от неприятного зрелища:

– Сидите!
– произнес он еще громче и строже.
– Осмотр тела миротворца, погибшего при исполнении служебных обязанностей, так же не входит в вашу компетенцию.

Медведев обратился ко Второму:

– Что с ним?

– Травма черепа. Очень сильный удар, - сухо пояснил тот.

– Это я виноват!
– всплеснул руками Алекс.
– Надо было мне самому...

Он запнулся, потому что рука, плетью опущенная на подлокотник дивана мизинцем задела очень знакомую поверхность. Чемодан.

– Ой!
– вырвалось у Алекса.

Он вспомнил, что когда вчера вернулся с выпускного бала, нес на второй этаж не совсем чемодан, а вернее совсем не чемодан, который на самом деле переждал всю бурную ночь в самом укромном месте гостиной. Алекс осторожно выдвинул предмет поиска на обозрение Медведеву:

– Вот, - робко произнес он и снова добавил:

– Это я виноват!

Казалось, что уже вот-вот Алекса бросит в слезы, как ребенка, но Медведев успокоил его:

– Не расстраивайтесь так. Вы ни в чем не виноваты. Несчастные случаи не редкость для нашей службы. Каждую минуту мы готовы рисковать жизнью ради сохранения Мира. По этому мы и называемся Миротворцами. Это случайность.

Издав бесформенный сожалеющий звук, Алекс продолжал следить за вторым напарником Медведева, который зачитывал над телом какую-то молитву, едва шевеля губами. Возможно, это было обычное 'Покойся с миром', но вполне могло оказаться, что для погибших миротворцев есть свое, особенное прощание.

'Какой ужас!
– проносилось у Алекса в мозгу, пока он вглядывался в торчавшую из-за лестницы кисть руки мертвого человека.
– Ведь если бы я вспомнил про чемодан, то тогда бы ничего этого не случилось. Он был бы жив!' Алекс встал и, качнувшись, словно совсем обессилел, шагнул в сторону упавшего миротворца. Медведев попытался преградить ему путь, но Алекс упрямо двинулся вперед:

– Я хочу посмотреть...

– Вам нельзя...
– повторял Медведев, - Нельзя!

Алекс налег посильнее и Медведев, отшатнулся в сторону на манер открывающейся двери.

– Я только хочу посмотреть...
– Алекс сделал еще шаг, отбиваясь, от Медведева.
– Ведь это я...

Прямо перед ним вырос мускулистый Второй.

– Пустите!
– Алекс двинулся вперед.
– Я хочу видеть, если это из-за меня...

Каменное лицо Второго давало однозначный ответ на просьбу.

– Пустите!
– крикнул Алекс и рванулся вперед, пытаясь свернуть в сторону гору мышц, но гора неожиданно нависла над ним, и в следующую секунду мир вокруг свернулся в точку.

Судья перелистывал очередное дело, присланное по электронной почте, вглядываясь в буквы на экране монитора совсем недавно прооперированными глазами. Какие все-таки замечательные люди эти врачи! Особенно когда возникают проблемы с законом. Собственно, все становятся добрыми и услужливыми, когда им что-то нужно от судьи. Если о тебя зависит хоть что-то, значит, от тебя зависит все.