Отель Perla Rosa
Шрифт:
День близился к вечеру. Поблагодарив Алекса за всё, Вита ушла. В гостевом домике ее ждал почти собранный чемодан. Девушка лежала на кровати глядя в потолок. Что её ждёт дальше? Она понимала, что так как раньше уже не будет. Из Perla Rosa Вита уезжала другим человеком. Найдётся ли ей место в её старом мире? Или придётся строить новый? Она этого не знала. Может и к лучшему. Ведь жизнь, если мы не сопротивляемся ей, может вывести нас туда, куда сами мы бы никогда не отважились пойти. Об этом Вита решила подумать позже.
В заполненном под завязку чемодане места почти не оставалось. Ви тщетно пыталась запихнуть туда шкатулку с сокровищами, которые Матео подарил ей на том пляже. Взгляд упал на лежащие сверху туфли, те самые универсальные бежевые лодочки. Интересно чем они ей так нравились раньше? Никакие ведь. Ни плохие, ни хорошие. И нравились ли вообще? Не долго думая, она достала их и покрутила в руке.
— Как там говорят? Чтобы впустить в жизнь что-нибудь новое, нужно отказаться от чего-то старого?
Поместив на освободившееся место шкатулку с сокровищами, Вита отправилась в путь.
Эпилог
Месяц после отпуска пролетел незаметно. Вита готовилась к переезду в Милан. Нужно было собирать вещи. Её действительно повысили, как и обещали. Причём предложили должность гораздо более интересную, чем ту, на которую она рассчитывала. Вопреки ожиданиям, после Perla Rosa, город не показался таким уж отвратительно холодным и бездушным. Как оказалось решает вовсе не место, а состояние. Мысли о Матео не покидали голову Виты ни на минуту. Она с этим больше не боролась. Просто любила. Хотя написать ему так и не решалась.
От сборов Виолетту отвлёк запищавший домофон.
— Доставка, — послышалось из трубки.
Передав нежно-розовую коробку, перевязанную ленточкой, курьер спешно удалился. То, что Ви обнаружила внутри, её поразило до глубины души.
Невероятной красоты туфельки, ручной работы, расшитые серебряной тесьмой и розовым жемчугом. О таких она даже мечтать никогда не смела. И небольшая записка.
«Всё сокровища мира к твоим ногам, моя Афродита.»