Чтение онлайн

Наташа смотрела на окружающий мир большими глазами. Теперь при дневном свете город показался во всей красе. По улице сновал народ в старинных платьях. Бродили бородатые мужики в кольчугах, подпоясанные мечами и топорами.

Трактир предстал перед Наташей спертым воздухом и приветливым лицом толстого хозяина. Сев за стол в середине зала, она ждала, когда Алия сделает заказ, внимательно наблюдая за ней.

Воительница вернулась, сев напротив студентки. Из кухни вышла разносчица, и вскоре на столе появилась аппетитно пахнущая курица, заплесневевшая бутылка вина, горячие оладья и пористый кусок сыра.

Дверь в торце зала открылась и вместе с запахом деревенского сортира оттуда вышел толстенный мужик с колючей бородой.

— Эй хозяин! — обратился он громким голосом. — Не пора ли чистить выгребную яму, а то говно скоро из дыры полезет?

Трактирщик пожал плечами, ничего не ответив.

— А вот у нас в деревне, — добавил мужик, сидящий недалеко от Наташи, — в трактир пришел маг Воды. Так он призвал фекального голема. Говно само вылезло из выгребной ямы и ушло в лес.

— Хорош своим говном аппетит портить! — рявкнул другой мужик, сидящий рядом. На нем звенела кольчуга, голову закрывал шлем.

— Уже и сказать нельзя! — буркнул первый.

— Когда я ем, я глух и нем, — вгрызаясь в курицу мужик в кольчуге.

— А я не ем, я пью! — отозвался первый.

— Может быть хочешь я тебе морду набью? А то утро без драки, это совсем не весело, — отложив куриную ножку ответил второй.

По полу пробежала крыса.

— Ути-пути! — дед, сидящий с краю, протянул ей кусочек хлеба. Крыса, тряся длинными усами, понюхала хлеб и схватив его убежала.

— Тьфу ты, таракан в хлебе! — мужик у входа вытащил из хлеба черный кусок.

— Вот мне вчера в хлебе мышь попалась, — заметил кто-то.

— Таракан в хлебе, как муха в пиве, — отозвался богатырь напротив, — много не съест.

— Главное, чтобы не было мышиного дерьма в печенье, — продолжил мысль мужик у входа.

Несмотря на отвратительную атмосферу и полнейшую антисанитарию, голод брал свое. Обычная вареная курица показалась Наташе удивительно вкусной, как и остальные блюда.

Позавтракав, они вышли из трактира.

— Отвратительное место! — заметила студентка. Она несла четыре бутылки вина, купленные Алией Ирит. На вопрос Наташи «Зачем?», она ответила: «А что мы будем пить в дороге?».

— А по мне, так один из лучших трактиров города! — пожала плечами Алия. Узкая улица свернула, уводя их к конюшне. Деревянные дома поражали однообразием. Девушки прошли среди разношерстных людей, подходя к высокому одноэтажному зданию

Послышалось ржание лошадей.

— Мы уже близко, — воительница расправила плечи.

Наташа почувствовала, как наступила во что-то густое и липкое. Этим чем-то оказался лошадиный навоз.

— А, кстати, — Алия шла вперед, — не наступи в лошадиное дерьмо. Здесь у конюшен, его поболе будет, чем на других улицах.

— Уже слишком поздно! — студентка осмотрелась, вокруг лежало множество лошадиных куч. — Как много здесь навоза.

— Ты еще не была в нашей столице, — усмехнулась героиня. — Вот там все центральные дороги просто покрыты слоем из конского говна.

— Их разве не убирают?

— Подожди меня здесь, — Алия подошла к забору. — Я скоро приду.

Наташа осталась одна в незнакомом городе. Она вспомнила, что потеряла сумку в которой был новенький Айфон. Но разве это имеет значение теперь? Что будет с ее родителями, когда они узнают, что она исчезла? Девушка похолодела. На спине выступил холодный пот.

Ее размышления прервались, когда из ворот вышла Алия, ведя под уздцы белого жеребца, оседланного и в сбруе. Поравнявшись с Наташей, она залезла на него.

— Садись.

Наташа, открыв рот, посмотрела на конскую задницу, не понимая, как можно вообще залезть на это животное.

— Куда садиться? — она взглянула на коня большими глазами.

— На круп коня за моей спиной, — улыбнулась Алия. — Только не говори, что ты никогда не ездила на коне?!

— А я думала, что мы пойдем пешком.

— Долго бы идти пришлось, — рассмеялась всадница.

Наташа вздохнула и подошла к коню.

***

Деревня приближалась. Зерно вокруг дороги исчезло, уступая место луговой траве. Силуэты деревянных домов светили квадратами окон. Поравнявшись с крайними постройками Алиса услышала музыку. Большинство крестьянских домов спало, но в некоторых горели окна. В центре деревни перед площадью шумел двухэтажный дом. Во всех окнах первого этажа там горел яркий свет. Внутри плясали тени, слышались крики и музыка.

Алиса подошла к нему. В нос ударил запах скошенной травы. «Интересный сон», — подумала она. Обшарпанная дверь по центру приглашала войти. Девушка дотронулась до холодной ручки и потянула за нее. Лучи яркого света ударили в глаза. На посетительницу полился шум танцев и гам голосов. Нос почуял запах выпивки и перегара. Алиса прикрыла глаза рукой и вошла внутрь.

Это трактир, она догадалась сразу. В просторном зале пило и смеялось десятка три захмелевших мужиков. Играла музыка — пьяные музыканты сидели в глубине зала. У стойки улыбался трактирщик.

— Что такое? — Алиса подошла к человеку за стойкой.

— К нам сюда приехал герой — Дирок Асель, — ответил трактирщик. — Бросил на стол кошелек с золотыми и сказал, чтобы я поил всех в его честь и славу.

— Вот такой вот хороший герой! — прокричал крестьянин с соседнего стола.

— Хочешь и тебе налью вина? — трактирщик подмигнул. — Сегодня всё за счет героя.

— Какой хороший герой! — заговорил еще один крестьянин. — Не то что Пильдрат Омори. Он только помылся, трахнул дочь мельника и уехал.

— Да, не то что, — подхватил кто-то из зала.

— А где сейчас наш герой? — с трудом произнес чей-то голос.

— Трахается наверху, — ответил трактирщик.

— У героев одно занятие рубиться и трахаться, — выкрикнул кто-то из зала.

— То есть, два занятия, — поправили его.

— Хотел бы я быть героем, — заметил в доску пьяный мужик.

— Да ты бы наложил полные штаны от одного только вида троглодита или злого глаза, — рассмеялся кто-то.

«Что это за бред? — размышляла Алиса, потягивая вино из литровой кружки. — Какие еще герои? И кто эти мужики? Кто раздает деньги просто так? Мне невозможно понять это! Кто такие троглодиты и злые глаза? И что тут твориться, в этом ужасном феерическом бреде? Однако, все же вкусное вино».