ПАРМА. В кольце Змея
Шрифт:
Радужный мост из привычной оптической иллюзии превратился во вполне материальный путь, и теперь искрился в лучах невесть откуда взявшегося солнца, словно приглашая прогуляться.
Само плато Пляшущих образов, избавившись от довлевших над ним чар, превратилось в обычную каменистую равнину под синими небесами, и за последний час кое-где даже начала пробиваться молодая травка.
Один поднялся с места, оглядел присутствующих.
— Что ж, дети мои, пора нам вернуться в Асгард. Что бы там ни произошло за прошедшие века, он был и остаётся нашим домом.
Асы поднялись на ноги, готовые к отправлению. Но Один ещё не закончил.
— К сожалению, сегодня с нами нет многих. Тех, кто отдал могущество и память в обмен на возможность когда-нибудь вернуться домой, — он строго посмотрел на Локи. — Думаю, будет только справедливо, сын, если именно ты займешься поисками остальных асов и приведешь их в Асгард.
Локи обречённо склонил голову.
— На всё твоя воля, Всеотец.
Один ободряюще похлопал его по плечу.
— Я верю в тебя, сын мой, как всегда верил.
Локи резко кивнул и отвернулся. С одной стороны, наказание могло быть куда суровее. Но с другой… Он в шаге от Асгарда, в шаге от места, куда шёл много-много лет. Но путь закрыт, и бесполезно умолять и унижаться — Всеотец не изменит решения. Но где эти спящие асы, как их найти?
Тимур с Блейкомом переглянулись и одновременно шагнули к Локи.
— Эй, помощь нужна?
Тот ответить не успел, за него это сделал Один.
— Тимур может идти с Локи. А Блейком возвращается в ПАРМУ.
— С какой радости? — недовольно буркнул тот.
— Отдашь Локари эсбэшникам, а дальше по обстоятельствам. Ты же не позволишь этой братии сожрать твоего друга Сэта?
— Подавятся, — отозвался Блейком и повернулся к Тиму. — Давай сюда эти грёбаные бумажки!
Грегмар неотрывно смотрел на Хель, только Богиня смерти почему-то решительно не замечала его взгляда. Словно и не было его здесь, и договоренности между ними тоже не существовало. А он всё выжидал удобного для разговора момента, но тот никак не наступал. И только когда Хель вместе с отцом и братьями направилась к Радужному мосту, он не выдержал.
— Кела! — крикнул он, назвав привычным для пантеона Гардкхаста именем. — Ты ни о чём не забыла?
Богиня остановилась, окинула Грега жестким взглядом.
— Зачем тебе мёртвая? — строго спросила она.
— Я люблю её. И ты обещала.
— Люди всё-таки на редкость неразумные создания, — бросила она раздражённо и взмахнула рукой. В противоположную от Радужного моста сторону пролегла черная дорога. — Иди. Но через реку Забвения тебе придется нести её на руках. Оступишься, и никто из вас никогда не сможет вернуться. Ты понял?
Грег слегка наклонил голову, и Хель отправилась догонять родичей, уже ступивших на мост. В следующий момент асы исчезли в яркой вспышке.
Локи, до крови закусив губу, старательно смотрел в другую сторону. Хотелось бежать как можно дальше, но Говорящие всё никак не могли распрощаться. Эжиенн возвращалась в Гардкхаст, к отцу, которому предстояло узнать, что Грегмар окончательно отрекается от власти, и Эрик теперь — единовластный правитель целого мира. Тимур бы с радостью пошёл вместе с девушкой, но уже пообещал составить компанию Локи.
А Грегмар уже был не здесь. Взмахнув на прощание рукой, он ступил на чёрную дорогу. Туман заклубился вокруг, отрезая его от реального мира, вселенная наполнилась шепотами, от которых непроизвольно начинали шевелиться волосы на затылке. Сжав в каждой руке по мечу Картежника, Грег шёл вперёд, и мягкий свет, исходивший от стали клинков, разгонял туман, освещая путь. Он шёл и шёл, а перед глазами всплывало дорогое лицо с угольно-черными глазами в обрамлении смоляных прядей. Женщина, благодаря которой он узнал, что значит не только любить, но и быть любимым. Женщина, ставшая для него единственной. Он шёл, твердо зная, что его путь закончится у дверей маленького домика в горах, где его любят и ждут. И если вдруг Кхала не захочет возвращаться в мир живых, значит они навсегда останутся там. Какая разница где, главное, что вместе.
***
Блейком стоял возле раскрытого окна в директорском кабинете и вдыхал жаркий, плавящийся воздух августовского полудня. К тому, что кабинет уже три дня официально принадлежит ему, а на дверях даже появилась новая табличка: "Директор НИИ ПАРМА Кузнецов Алексей Владимирович", привыкнуть пока не получалось.
С исхода первых асов прошло почти пять месяцев, и всё вроде бы устаканилось. Катастрофа, которой грозилась богиня Гардкхаста так и не грянула, система параллельных миров не нарушена, и даже переходы между плоскостями перестали быть проблемой. Въедливые СБшники, изрядно попортив крови всем и вся, всё же отступились. Не последнее слово в этом деле сказал Каримов, тобто Один, намекнув, что не в интересах конторы портить отношения с расой богов. Он же выторговал для самого Блейкома эту завидную должность, отказавшись иметь дело с кем-либо ещё. Эрик, теперь уже официальный правитель Гардкхаста, поддержал коллегу — определённо, сговорились — и отбивавшемуся руками и ногами Блейкому не оставалось ничего, кроме как смириться с ситуацией.
Впрочем, если станет слишком уж невмоготу, всегда можно оставить институт на Петрушина и свалить на недельку в Ильхамен. Кроме Шьеда, Дашеда и окончательно прописавшегося там Сэта, с которыми всегда можно выпить и поговорить по душам, там теперь ещё и Грегмар со своей странной дамой обосновался. Мол, Кхала ни в какой другой мир не хочет, а здесь всё равно кто-то должен с вернувшейся магией разбираться. Странный тип. Сменял корону на девчонку, и вполне доволен жизнью.
Да, жизнь налаживается, всё возвращается на круги своя. И только неуловимый Цой в компании Локи и Ведьмака-Тюра, который сбежал из Асгарда через три дня после возвращения, всё ещё носится по всем плоскостям, разыскивая оставшихся асов. Кажется, на прошлой неделе оставалось ещё трое.
Блейком отошёл от окна, уселся за стол, зачем-то переложил с места на место бумаги. У директора, конечно, работы много, но сегодня вроде как нет ничего срочного. И если в ближайший час не произойдет никакого форс-мажора, можно будет уйти домой пораньше. Хоть жену в кино сводить, пока ребенок у бабушки.
— Блейк… Алексей Владимирович, — раздался из селектора голос новенькой секретарши, — к вам Цой. Примете?
— Пусть заходит, Вика. Лёгок на помине.
— Я — Ника, — недовольно отозвалась девушка.
Блейком вздохнул — Вика, Ника… Надо на лбу написать, чтоб подсматривать. Толковая девочка, только ему дико не хватало Инги. Вот кто бы мог предположить, что несменная секретарша Каримова окажется той самой Фригг, супругой Одина? Да уж, этот их Орлог развлекается как может.
Тимур объявился на пороге, обвел кабинет оценивающим взглядом, поднял вверх большой палец.
— Неплохо смотришься, — подмигнул он новому директору и присел к столу, — трубки не хватает. Для полноты картины.