Чтение онлайн

Его сознание не выдержало и угасло…

Когда он вновь пришел в себя, боль стала глуше. Вокруг по-прежнему клубился густой мрак, из трех лучей остался только один. Антон чуть пошевелился, не отдавая отчета в сделанном движении, и вновь застонал, не в силах вынести волну внезапной боли. Луч встрепенулся и опять превратился в солнце.

— Антон… — позвал его мрак.

Ослепительный шар распался рассеянным светом, и он увидел человеческую фигуру в скафандре, стремительно склонившуюся к нему. Антон подумал, что все происходящее — лишь плод воображения, агония погибающего рассудка. За прозрачным стеклом гермошлема он смутно различил знакомые черты! Это была Эллис!..

Она опустилась на колени, приподняла голову Антона, склонилась к нему так, что стекла их гермошлемов соприкоснулись.

— Живой… Живой… — горячо шептала Эллис. Ее осунувшееся лицо скрывал неяркий теперь свет, исходящий от закрепленного на гермошлеме фонаря, и поэтому оно казалось нереальным, далеким.

— Эллис… — прошептал он, пугаясь собственного хрипа, отчаянно пытаясь поверить, что это действительно она, а не рожденный его воображением призрак.

— Антон, это я! Я!.. Успела, успела в последний момент…

Он бессильно затих, отдав одному слову и нескольким движениям весь запас жизненных сил.

— Но как?.. — все же выдавил он.

— Молчи! — Голос Эллис дрожал. Связь не работала, и слова, переданные через материал соприкоснувшихся гермошлемов, звучали глухо. — Нет, скажи, как нужно управлять твоим аппаратом жизнеобеспечения? У тебя сильные ожоги… — Она была готова расплакаться, признаваясь в собственном бессилии. — Я пробовала манипулировать с сенсорами панели управления, но, по-моему, система не реагирует…

Антон вспомнил два впившихся в него энергетических луча, и ощущение нестерпимого жара от расплавившегося в местах попаданий керамлита. Насколько он помнил, система поддержания жизни его скафандра была введена в автоматический режим. Возможно, цепи управления повреждены температурным воздействием? Но ведь что-то привело его в чувство!

— Какие… сочетания сенсоров… ты пробовала… активировать?.. — Он едва шевелил пересохшими, растрескавшимися губами, и потому с них слетал лишь прерывистый шепот.

— Я перевела переключатель автоматического режима в позицию «ручное управление». Затем использовала сенсорные кнопки верхнего ряда.

«Так… Значит, на внешнюю команду отреагировал лишь подвижный реанимационный модуль». — Мысленные усилия давались Антону с таким же трудом, как слова. Это прикосновения модуля и инъекции стали первыми ощущениями возвращающейся жизни. Крошечный аппарат передвигался под гермокостюмом, а сейчас, исчерпав свой ресурс, попросту отключился.

— Сенсор… с красной индикацией… в нижнем ряду… — едва слышно произнес Антон. Собрав все силы, он продолжил, стараясь говорить четко и связно:

— Не пугайся, после активации подсистемы я могу снова потерять сознание. Ты должна соединить наши скафандры гибким шлангом, он в клапане на твоем предплечье. Там же кабель прямого обмена данными. Подключается к шейным кольцам гермошлемов. Соединишься — ложись рядом и не шевелись. Твоя система жизнеобеспечения сама произведет нужные операции.

Эллис кивнула и, отпустив его голову, встала.

Антон чувствовал, что опять проваливается в плотные объятия возрастающей боли, и неосознанно сопротивлялся ей, не желая терять ни одной секунды новой, внезапно обретенной жизни.

Боль стала нестерпимой. Антон воспринимал реальность как нечто далекое, подернутое густым кровавым туманом. Наконец он почувствовал короткий укол инъектора, напрягся от непроизвольного, конвульсивного сокращения мышц — введенный препарат действовал стремительно, он гасил сознание, одновременно освобождая все скрытые резервы организма для борьбы с травмами.

Тело Антона выгнулось, он застонал, чувствуя, как меркнет невыносимая боль, а сознание вновь проваливается в бездну небытия.

На этот раз его возвращение в мир было резким и почти безболезненным. Антон открыл глаза и с наслаждением сел, почувствовав, как натянулись соединявшие его и Эллис гибкие шланги. Она повернула голову и встревоженно спросила:

— Все?!

— Да, — сипло произнес Антон, осторожно отсоединяя свой скафандр от системы жизнеобеспечения Эллис, затем встал, протянув ей руку. Боль уже окончательно покинула тело, под гермошлемом, отзываясь на движение, натянулась еще не набравшая полной эластичности регенерированная кожа.

Эллис легко поднялась на ноги, и он прижал ее к себе.

Они были одни, во всеобъемлющем мраке пространства, и лишь рассеянный свет от ее фонаря скупо освещал их лица. Мужчина двадцать восьмого века и женщина двадцать первого, они были сейчас друг для друга единственной желанной и возможной реальностью. Антон молчал, он медленно тонул в ее взгляде, чувствуя даже сквозь материал скафандров, как дрожит Эллис. Он не знал, выберутся ли они когда-нибудь из недр инопланетной конструкции, но в эти мгновения безвыходность ситуации отступила на второй план, покоряясь древнему человеческому чувству. Антон не шевелился. В эпицентре страшных событий он внезапно обрел новый смысл жизни, понял, как много человеческого отнимали у него холодные безучастные звезды…

— Зачем ты ушел? — тихо спросила Эллис.

— У меня не было выхода, — ответил Антон. — Я хотел спасти тебя, думал, что сумел понять смысл происходящего. — Он горько усмехнулся собственным мыслям. — Но, как видишь, ошибся…

— Неужели ты думал, что я приму жизнь, обретенную ценой твоей смерти?

— Я не исключал фатального исхода, но не собирался умирать.

— Не понимаю… — Она слегка отстранилась, чтобы лучше видеть его лицо.

Секунда тишины…

— Я и сам теперь ничего не понимаю… — признался он. — Поведение силы, управляющей Н-объектами и этой конструкцией, выглядело нелогичным. Они атаковали «Арго», но не уничтожили десантный корабль. Я вспомнил твои слова, сопоставил все известные факты и понял — мы не заметили очевидного. Мы искали проявление разума, а в поведении Н-объектов отсутствует именно разумное начало. Они лишь исполнители, холодные и безучастные ко всему, что происходит вокруг.

Эллис вздрогнула.

— Почему ты не сказал об этом в своем послании?

— Я уже не доверял себе. Цепь моих ошибок, моя самонадеянность погубила «Арго», — мрачно признал Антон. — Вывод относительно Н-объектов и их базы мог оказаться таким же ошибочным. Я не имел права навязывать его тебе и тем, кто придет следом. Существовал лишь один способ проверки — десант. Если бы я оказался прав, то обитатели станции не причинили бы мне вреда, просто проигнорировали бы мое появление на борту, как прошли мимо «Антея», не замечали наших АРК, не реагировали на попытки наладить контакт.