Чтение онлайн

— Ладно, так и сделаем, — решила Валеска, — Так… Рем! Бери Дитриха и Колычева за шкирки и тащи на палубу — от того, что вы будете сканеры глазами сторожить, они быстрее работу не закончат. Мы вам сейчас вон ту здоровую штуку подтолкнём, примете её и поможете дроидам её зафиксировать… Макс?

— С дроидами закончила, но помощь парней будет не лишней, — сообщила Максим.

— Отлично. Ярцев, Курт — за мной, — среагировала Йенч, — Слав — остаёшься на шарике… нет, в лабораторию его «закатывать» пока не надо, мало ли что. Жди здесь…

Конечно, целесообразнее было в лаборатории кого-то оставить «на шарике», чем здесь, снаружи, но тут теперь уж всё равно, что там — что тут, расстояние меньше двух сотен метров. Как заметил Курт — зубов бояться… уселась парню на лицо, так теперь либо наслаждайся, либо бойся, что за промежность зубами тяпнет. Боишься — нефиг садиться. Информации для обоснованных опасений… пятьдесят на пятьдесят, либо жахнет, либо нет.

Курт уже прикинул точки давления на «силовой захват», он рядом «плавал», в полукилометре. Тоже, кстати, безумно любопытная конструкция, не всё с ней так просто, как на сканерах казалось. Достаточно сложный конструкционно тороид, метров восьмидесяти во внешнем диаметре, метров шестьдесят — по внутреннему. Силовые связки так и «бродят» внутри», но на оружие и правда не похоже. Взрывная дестабилизация объекта практически маловероятна, в качестве оружия его использовать? — если только «ребром» уронить на кого-нибудь…

Разобрались по трём точкам давления, сориентировались, упёрлись, синхронизировали импульсы, надавили. «Бублик» неторопливо подплыл под борт нависшей громады корвета, дроиды и бригада «монтажников» его приняли, погасили смещение, начали крепить по расчётной схематике… нормально, много времени не займёт, закрепим в лучшем виде… млять, это ещё что такое!!?

— Насыщение энергетических плетений объекта! — проорал Колычев, — Смещение взаимодействия силовых контуров! Он начинает трансформацию!

— Рубим найтовы? — деловито осведомился Ярцев.

Он ещё прикалывается! Какие, нах, «рубим»? этот бублик встраивается в конструкцию!

— Объект провёл диалог с искином корабля, — напряжённо доложила Кайса, — длительность контакта двадцать восемь наносекунд, мы не успели вмешаться!.. вскрываю логи.

— Чупа!!! твою дивизию подруга! Что происходит! — взвыла Валеска.

— Он такой замечательный! Такой милый! — выдала искин, — Ну оставьте мне его, ну пожалуйста! Я с ним лучше выгляжу!

Что значит, «лучше выгляжу»? Охренела матерь её!?! Тоже мне, боевая подруга называется! Кто бы знал, что она «украшаться» вздумает. Надо было «мужика» управляющим искином брать! невзирая на боевые заслуги. Валеска заготовила гневную тираду, собираясь выяснить какого Адама Чупа творит на пару с этим «устройством», но не успела. Сбоку мелькнул Славик со вторым шариком в обнимку… он как здесь оказался?! я же приказала ему ждать!.. попытался затормозить, но не справился — сорок тонн, мать его, соскользнул в сторону. Шарик получил боковое смещение и, вместо лабораторного шлюза направился прямиком в бок пристраивающегося к палубе тороида.

Две секунды.

Две секунды Валеска оцепенев, наблюдала этот процесс. Сорок без малого тонн, тридцать три метра в секунду сближение… И сделать ничего нельзя. Слова «всем покинуть корабль!» — застряли в горле, смысла в команде всё равно не было. Что произойдёт, когда они «встретятся» — два объекта неизвестных технологических линий, даже придумать не получилось, фантазия спасовала.

Замерли все.

Шарик тюкнулся в борт тороида, который и тороидом быть уже перестал — трансформировался.

И прилип, как намагниченный. Корвет даже не дрогнул.

Сквозь тишину в эфире пробился сдавленный вскрик Браски Рысьевой:

— Чтоб меня больше никто… — она не договорила, но все и так знали, чем эта присказка кончается.

Шарик «повисел» секунду и, вдруг, «впитался» в бок тороида, ускорив и изменив процесс трансформации.

— Зафиксирован диалог «микромодуля» с кораблём и «тороидом «захвата», — сообщила Кайса, — Устройства в процессе трансформации продолжают общение с искином. Вскрываю логи. Пока мало что понятно… Чупа, дай дешифровку процесса.

— Чупа? Что происходит? — сдавлено проговорила Валеска.

— Сейчас… секундочку, я закончу… — рассеянно отозвалась искин.

— Дурацкая авария, кажется отменяется, — заметил Ярцев.

— Ожидаем результатов трансформации, — Согласился Колычев, — Слав, будь другом, придумай себе наказание сам.

— Пусть «вручную» куски астероидов из пояса на переработку потаскает, — буркнула Валеска и добавила мстительно, — Вместо выходного. Физик-сержант Колычев — проследить!

— Есть.

… не будет груз терять… и девушек пугать — у нас беременные есть… и меня. У меня тоже нервы не стальные канаты.

Вновь приобретённый комплекс закончил трансформацию через пару минут, пожалуй даже — «изящно» — верное слово, встроившись в структуру корвета. Не пренебрёг ни силовыми, ни энергетическими зависимостями, вписался в конструкцию как «родной». И превратившись в достаточно вместительный трюм, оборудованный «силовым захватом»… Адам с ним, пусть так называется, хоть такое словосочетание, применённое к погрузчику, нежный слух десантника режет. И энергии на свой функционал забрал совсем чуть-чуть — Валеска вскрыла расшифрованные Чупой лог-файлы, просмотрела. Ловко… мы теперь до четырёхсот тонн дополнительного груза забрать сможем. Прямо так, из космоса подобрать, и затянуть в этот трюм не покидая борта. Лихо, однако!.. Мозги начали закипать, силясь просчитать перспективы и возможности, и оценить «оборотную сторону медали». Сыр — вижу, где мышеловка? На боевом функционале корвета отразится?… отразится, куда же без этого… но ничего фатально-необратимого вроде бы нет. Мы сами недельку над кораблём поколдуем… может быть парней Наумова привлечём, и все отклонения компенсируем. Единственно что — если этот трюм набьём до отказа, на ходовых характеристиках по любому скажется — четыреста тонн не шутка. Но: боевые маневры и лифты Петрова в нашем арсенале даже с таким грузом останутся возможными — система масс-компенсации груза действительно хороша. Тут правда всплывает ещё один вопрос. И очень неприятный, кстати. А именно: этот Зелёный каким-то образом определил, что у нас ничего похожего на это устройство нет. И вычислил, что мы не только от него отказаться не захотим, то есть примем как платёжное средство — нам такая штука действительно весма кстати. И не только на корвете пригодиться, думаю наши технари её ещё много куда скопируют. Чего-то принципиально нам непонятного в этом «силовом захвате» скорее всего и нет — Чупа, вон, общается с новыми системами напропалую. Но. Он заранее определил технологическую совместимость оборудования, вот что настораживает! Это что получается? Он в состоянии увидеть и понять «из чего мы состоим»? Или наугад «пульнул», типа, вдруг дикарям понравится? Или просто от ненужного хлама избавился? Всё, чем в состоянии «порадовать» нас наши сканеры при изучении Зелёного, относится к категории догадок и предположений.

— Ну!?! Как я вам?! — торжественно вопросила Чупа, вывесив изображение корвета в свободный доступ.

Сразу с нескольких ракурсов и разной подсветкой, она явно красовалась, довольство и радость из акустических систем прямо выплёскивались.

— Красавица! — подыграла Макс Зеленцова.

— Ну — вот, ты у нас теперь дамской сумочкой обзавелась, — метнула свои тридцать серебряников Грановска, — А у меня с ними всегда проблемы были, с сумками… ещё на Земле, никак не могла подобрать! А тебе повезло!

Изображение корвета пошло цветными пятнами и начало медленно вращаться. Валеска растерялась вконец, никак не могла сообразить, как реагировать на это на всё.

— А можно мне и второй микромодуль забрать? — чуть не взмолилась Чупа.

И такое прям девчачье вожделение в голосе! что возражения в горле застряли.

— Ну-ну, — буркнул Колычев, на большее его не хватило.

— Да ты подруга, не промах! — развеселилась Грановска, — То есть тебе к сумочке ещё и перстенёк подавай!