Чтение онлайн

– По рукам! Только, как его потом вернуть?

– А, не парься! Въедешь в город по одиннадцатому шоссе, сразу уткнешься в красный дом. Справа, – хотя махнул рукой влево. – Это почта, старейшая в Эйре, смекаешь? Оставь там. Скажи – Брадан из Килмор-Ки лисапед через неделю заберет. Меня там все знают.

– Ой, прямо весь Дублин знает тебя, шалопутный! – усмехнулась Мюрин, обнимая мужа за плечи.

– За весь Дублин я не скажу. Но на той почте точно все знают.

– Получается, ты целую неделю не будешь развозить письма, – удивился Лев. – Люди же возмутятся.

– Наоборот, спляшут на радостях. Наш народ не шибко жалует почтарей.

– Почему?

– Издавна так повелось. Красотулечка, может, нацедишь еще пивка? Байка-то выйдет аккурат на кружечку.

Хозяйка покачала головой, но пошла в погреб.

– Пользуешься моей добротой, – ворчала она.

– Издавна так повелось. Когда юноша хотел объясниться в любви, он не писал признаний, а сайгачил на луг, рвал там охапку вереска и горечавки, опосля чего топтался под окном девицы, пока та не выглянет. Ну, или пока отец красавицы не прогонит дубиной. Или, вишь ты, когда бабуля из соседней деревни поздравляла внучка с днем рождения, она посылала не телеграмму, а пару шиллингов. В наших краях народ не настолько богат, чтобы тратиться на почтовые марки. Письма отправляет государство. Поэтому соседи знают: почтарь – завсегда символ беды.

Он хлебнул из кружки и облизал губы.

– Прадед мой разносил похоронки в 40-е. Эйре в ту войну не вмешивалась, но сто тысяч парней ушли добровольцами в британскую армию. Они гибли на чужой земле каждый божий день. Даже по воскресеньям. На почту приходили пачки сообщений за подписью треклятого Уинни [8] . Прадед складывал их в сумку и раз в месяц обходил наш городок, семь окрестных деревень и полсотни далеких ферм. У старика не было правой ноги, только скрипучая деревяшка, потому ходил он медленно, постукивая протезом. Этот стук пугал людей до смерти. Матери и жены, заслышав издали жуткие звуки, закрывали окна. Молились: «Господи, пусть он пройдет мимо!» Мальчишки разбегались в ужасе, с криком: «Берегитесь! Траурный вестник идет!» Так его прозвали за черный мундир.

– Но ведь война кончилась!

– На континенте, может быть. А у нас на острове… Слыхал про «Шинн Фейн», «Кланн на Поблахта», ИРА? Отряды боевиков взрывали бомбы на севере, но среди них было немало парней с юга. Так что и моему деду пришлось разносить похоронки в 60-е и в 70-е. А еще повестки: матерей вызывали в суд, чтобы они давали показания против своих детей. Дед завел упрямого осла, который поминутно останавливался и орал благим матом, требуя жратвы. Пока скотина паслась, ощипывая придорожный чертополох, дурные вести не расползались по округе.

Ирландец надолго припал к кружке.

– Отец думал, что времена, наконец, поменяются. Но и на его долю хватило «писем из ада». В конце 80-х полыхнуло в Ольстере и Белфасте, британцы ловили наших парней сотнями, а в тюрьмах многие из них умирали. Люди снова начали шарахаться, едва завидев почтаря. Отец ездил на пикапе и заправлялся всегда на пару пенсов, чтобы машина непременно заглохла где-нибудь посреди полей. Там и сидел весь день, глядя на облака, а вечером возвращался в почтовую контору и говорил начальнику: «Ладно, до завтра подождут. Хоть эту ночь поспят спокойно!»

Он допил пиво, постучал по донышку, подгоняя последние капли.

– Мне, считай, дико свезло. Я всего лишь развожу штрафы, счета за электричество и прочие бумаги, которые не радуют соседей. Но если я задержусь на неделю, значит, люди чутка поживут без нервотрепки. За это стоит выпить еще, а?

– Ишь, чего захотел! – нахмурилась Мюрин. – Я-то, наивная, обрадовалась. Думала, позовем в гости культурного человека, а не твоих свинорожих собутыльников, хоть денек трезвым походишь. И чем все кончилось?! Нарезался, ирод, и, поди же ты, все мало!

Да уж, пора откланиваться, а бежать. Иначе угодишь под раздачу.

Лев встал из-за стола.

– Так в какую сторону, говоришь, ехать?

Лев Мартынов:-(крутит педали

20 апреля, 10:42

Где-то на дороге в Дублин, Ирландия

Доступно: всем

Ирландцы народ общительный, приветливо машут руками и смешными бесформенными шляпами. Крутят пальцем у виска. Не ясно – с чего бы?! Сами гоняют по проселку, как безумные, а человек спокойненько едет на велосипеде, правил не нарушает. Конечно, после темного пива в голове шумит, но не настолько же. Может в здешних краях красная рубаха – отличительный знак сумасшедших? Или язык жестов тут другой?

А, ну их всех в…

Лев свернул на шоссе и мгновенно протрезвел. Даже велосипед испугался, встал на дыбы. Автомобили, взрыкивая и сигналя, неслись прямо по встречной. В четыре ряда. Стадо бизонов, как в мультике «Король лев». Бессмысленное и беспощадное.

Эй! Вы совсем очумели?!

Нет, Левушка, это ты полосы попутал. На острове левостороннее движение. Вспомнил? Осознал? Хорошо.

Теперь замри.

Черный «Ниссан» просвистел мимо, оскорбительно гудя.

Увернись от «Тойоты»! Молодец. И хватит разглядывать блестящие значки на хромированных мордах. Разве важно, какая именно машина раскатает тебя по асфальту?

Лавируй!

Уходи вправо!

Вот крайний ряд начал притормаживать. Выпускают тебя, придурка.

Съезжай на обочину.

Так, дыши. Дыши, говорю! Руки трясутся? Правильно. Странно, что колени не дрожат. Ладно, успокойся. Главное – живой.

Катись, потихонечку. До столицы еще… Охохонюшки! Если верить указателю, 150 километров.

А с чего бы ему не верить?!

Зинаида Мартынова опубликовала видео «Танцуем джигу. Счастье!»

20 Апреля, 21:43

Дублин, Ирландия

Доступно: всем

Вечерний Дублин, прямо скажем, не впечатлял.

Окраины из серого и коричневого кирпича, сплошь заросшие спутанными космами плюща. Вороны. Везде вороны. Кружат над щербатыми тротуарами, чистят клювы о ветви вязов, сидят на телефонных будках – совсем не радостно-красных, как в соседней Англии, нет, здешние выкрашены в традиционный ирландский цвет, но выглядят до того мрачно, что сразу осознаешь: именно так и должна выглядеть тоска зелёная!

Самым ярким пятном здесь была его цыганская рубаха. Лев ковылял по улице, слегка пошатываясь. Нет, вы не подумайте, хмель давно выветрился. Он еле шел от усталости. После подобной велогонки и профессиональный спортсмен педали отбросит, даже если залит допингом по уши. Хорошо еще последние сорок километров подвезли жизнерадостные волонтеры Общества трезвости на раздолбанном автобусе. Подобрали изнемогшего и задыхающегося на обочине, в сумерках, еще чуть-чуть и пришлось бы ночевать в полях. Довезли до города. Помогли закатить «лисапед» на почту, грустно покачали головами на прощанье и уехали с проклятиями на устах.