Чтение онлайн

— Да какая разница где взрывать? — явно не понимая что к чему спрашивает Белка.

— У солдат, есть такой интересный параметр, — закурив улыбаюсь ей. — Боевой дух. И если его сломить, солдаты, как правило, значительно хуже сражаются. А теперь представь. Непобедимая германская армия. Солдаты на передовой прессуя совков верят в свою непобедимость. И тут… Идущий со снарядами состав, который грузом своим сейчас подтвердит непобедимость, вдруг взрывается на глазах у всех. Вера в непобедимость рушится. Мораль и боевой дух стремительно падают. Если поезд просто не доедет… Да, эффект будет, но не тот. А если взорвать его на передовой… Ну, вы понимаете.

— Нам нужен план, — кивает Роза.

План разрабатываем там же. И если следовать этому гениальному во всех смыслах плану, то сейчас мы тихо и без шума зачистим многострадальную станцию. Оставим в живых начальника, нескольких офицеров и допросим. Но сначала, небольшая тренировка для нашей основной ударной силы.

Устраиваем засаду, садимся за ствол упавшего дерева, Ветрова наметает на нас снега, ждём и стучим веточкой по стволу. Через пятнадцать минут, практически на нас выходит патруль. Или же два солдатика и собакен. И тут… Новая сложность. Комиссар Рекс на поводке, хоть и не видит нас, да и запах учуять не может, явно ощущает наше присутствие. Скулит, жмётся к ногам хозяина, нервничает и поджав хвост отказывается идти дальше. Рвётся с поводка, но не к нам, а в обратную сторону. Иногда замирает, прижав уши рычит и клацает зубами.

— Роза, давай.

Вокруг солдат и пёселя, появляется едва заметный пузырь. Все трое задыхаются, один успевает выстрелить. Но звук в вакууме не распространяется. Очень быстро все трое падают и тут… Созданный Розой вакуумный пузырь уплотняется и раздавливает патруль. После Роза взмахивает рукой, трупы заметает снегом и всё… Никаких следов.

— Более чем отлично. С меня…

— Хочу как ты с Серафиной, — слегка покраснев улыбается Ветрова.

— Будет. Теперь к делу. Пошли…

Идём к станции. Роза летит над нами и тихо устраняет патрули, после чего создавая вихри засыпает тела снегом. Наши следы заметает подобным образом.

Добираемся, садимся за камень. Съедаю несколько наиболее крупных кристаллов арданиума, чувствуя как тело наливается силой киваю Розе…

Заморачиваться Ветрова не собирается. Взлетает вверх и раскинув руки создаёт вакуумный купол над всей станцией. От чего часовые падают с вышек. Солдаты хватаясь за шеи ложатся.

— Держи, надо чтоб они сдохли. Важные люди…

— Важных вырублю, — рычит Ветрова. — Потеряют сознание, потом допросим.

Купол держится десять минут, по прошествии которых Роза опускается на снег, устало зевает, но получая от меня подзарядку быстро приходит в себя. Правда мне, от таких фокусов, мягко сказать не по себе. Энергии Ветрова вытягивает — упасть готов. Но, пара осколков кристаллов и я снова в норме. Не уран, конечно, но и не «Первопричина.»

Зайдя на станцию сразу утаскиваем трупы. Часовых не упавших с вышек оставляем. Прикрепляю их путём создания металлических конструкций, дабы стояли и в нужный момент даже «зигануть» проходящему поезду смогли. Дальше идёт поиск выживших, коих Роза оставила аж четверых. Начальника станции и троих высших офицеров. Эту братию стаскиваем в кабинет начальника, привязываем к стульям. Пока Роза приводит их в себя методом повышения в кабинете кислорода «съедаю» пару автоматов и винтовок. Создаю на себе маску, аналог брони, в основном защищающей живот, грудь и бёдра. На пальцах выращиваю когти. Смотрю в зеркало…

— Нда, жутковато.

— Это из-за рук, — хихикает Белка. — Слишком длинные.

— Это чтобы до фашистов дотянуться, дитя моё. Роза, буди начальника.

Роза будит, просто наступает на яйца пожилому, толстому немцу. От чего он кашляет, морщится, охает…

— Приве-е-е-ет, — наклоняясь к нему тяну. — По русски шпрехаешь?

— Nein…

— А если так? — спрашиваю и сжав голову сидящего рядом офицера раздавливаю её.

— Да, — кивает начальник. — Господин партизан… Я всего лишь начальник станции. Я мало чего знаю…

— Вы слышали? Господин партизан. Значит так, мужеложец, мне многого не надо. Скажешь что везёт поезд, я тебя не убью. Договорились?

— Снаряды… — морщится начальник. — Снаряды с газом.

— Что за газ?

— Не знаю. Какая-то производная «Первопричины.» Южнее и севернее уже применили. Советы отступают. Теперь на этом участке. Я больше ничего не знаю.

— Точно? — схватив за голову второго офицера и медленно вводя когти в его черепушку спрашиваю.

— Есть ещё… Фрау Марту, начальницу лагеря. Её скоро заменят. Она сошла с ума. Докладывает о всякой чертовщине, американских диверсантах.

Через десять дней для расследования приедет Аненербе и её смена. Это всё.

— Нет, не всё. Когда был последний сеанс связи?

— Полчаса назад, господин партизан… — часто кивает начальник.

— Это мы удачно зашли. А следующий?

— Через пять с половиной часов, господин партизан. Не убивайте, прошу.

— Спасибо, получается у нас целый вагон времени! Как и обещал, не убью. Сам. Белочка, он твой.

Белка тут же вытягивает руку и серией мощных разрядов убивает начальника. Сжимает дымящийся кулак, поворачивается и смотрит на меня.

— Вот как… Уже и химоружие в дело пошло. Плохо…

— Если не доедет…

— А если чуть-чуть не доедет? Если снаряды взорвутся на позициях немцев? Роза, ты небольшой ураган организовать сможешь? Так чтобы газ над позициями фашиков покружился?

— Думаю да. Но это ведь самоубийство?

— И да, и нет. Нам с Белкой дышать необязательно. А ты взлетишь повыше, или пузырь вокруг себя сделаешь.

— А пули? — спрашивает Белка.

— А люди? Представь сколько солдат погибнет. А без них, гражданское население уедет в Идельштайн. Представляешь что с ними там будет. Ты была на медицинском, видела что там происходит. Я вас не заставляю, если сомневаетесь, пойду один…