Чтение онлайн

[e] 11. Известно мне также и о так называемой "огневке" из озера Больбы; {30} Гегесандр в своих "Записках" пишет о ней так [FHG.IV.420]: "Вокруг Аполлонии Халкидской протекают две реки, Аммита и Олинфиак. Обе они впадают в озеро Больбу. На берегу Олинфиака стоит памятник Олинфу, сыну Геракла и Больбы. В месяцы же Антестерион и Элафеболион, как рассказывают местные жители, Больба посылает Олинфу "огневку": в это время несметное множество рыбы [f] поднимается из озера в реку Олинфиак. Река эта мелкая, по щиколотку, однако рыбы по ней идет столько, что все окрестные жители заготавливают себе рыбу впрок, сколько нужно. Удивительно, что рыба не заходит далее памятника Олинфу. Местные жители говорят, что когда-то в Аполлонии был обычай совершать жертвоприношения умершим в месяце Элафеболионе, а теперь их совершают в Антестерионе; поэтому получается, что рыбы поднимаются по реке именно в те месяцы, когда почитают умерших".

{30 Больба — озеро в Македонии, на севере п-ва Халкидика, уже в те времена болотистое и поросшее камышом. В этих местах известны две Аполлонии: близ города Олинфа и Мигдонская (обе южнее Больбы). Мигдонская Аполлония, по-видимому, и есть та, о которой пишет Гегесандр. О Больбе, возлюбленной Геракла, матери Олинфа, больше ничего не известно.}

12. Так-то вот, господа рыбы! Вы собрали в кучу всё, что можно, и (335) кинули нас в пищу рыбам, а не рыб в пищу нам; и столько наговорили, что этого не смог бы ни мегарский философ Ихтис (Рыба), ни Ихтион, - это тоже имя собственное, оно упоминается Телеклидом в "Амфиктионах" {31} [Kock.I.212]. Из-за вас я теперь скажу моему рабу словами Ферекрата из комедии "Человеко-муравьи" [Kock.I.180]:

{31 «Амфиктионы» — об амфиктионах см. примеч. 16 к кн. VI.}

Больше, Девкалион, мне рыбы не подавай, хотя б и просил я.

Ведь и на Делосе, как пишет Сем Делийский во второй книге "Истории Делоса" [FHG.IV.493]: "...когда приносят жертвы Бризо , - это толковательница сновидений, ведь у древних значит поспать, например [Од.ХII.7]:

Сну предались в ожиданье восхода на небо денницы, -

[b] итак, когда делосские женщины приносят ей жертвы, то несут чаши, в которых есть всё, кроме рыб, потому что ей возносят моления обо всем на свете, в том числе и о спасении кораблей".

[Писатели-кулинары и гурманы]

13. Любезные друзья мои! За многое восхищаюсь я вождем Стой Хрисиппом, но более всего за то, что знаменитого кулинарного поэмой Архестрата он ставил на одну доску с той Филенидой, {32} которой приписывается непотребное сочинение о любовных утехах. Впрочем, ямбический поэт Эсхрион Самосский утверждает, что книжонку эту состряпал софист [c] Поликрат, чтобы оклеветать скромнейшую из женщин. Вот его ямбы ["Палатинская антология".VII.345]:

{32 Филенида — ср. 220e-f, где Филенида (Филения) упоминается в числе непристойных писателей.}

Я, Филенида, женщина с дурной славой.

Здесь обрела покой на склоне лет долгих.

Ты, плаватель, вдоль мыса моего правя,

Сдержи хулу, насмешку и поклеп вздорный!

Свидетель Зевс, свидетели сыны Зевса {33} -

{33 ...свидетели сыны Зевса... — Кастор к Полидевк. Вместо «Диоскуры» (, что значит «сыновья Зевса») в эпитафии буквально сказано «юноши, пребывающие в нижнем, т. е. загробном мире» . Согласно мифу, из двух братьев только один Полидевк был взят на небо. Однако он поделился бессмертием с братом, и с тех пор каждый из них, считалось, проводит часть времени в царстве мертвых.}

Я не была продажной и на блуд падкой.

[d] Афинский Поликрат, хитрец и лжец тертый,

Что написал, то написал. И пусть; я же

Не знала и не знаю о делах этих.

Однако дивный Хрисипп всё же пишет в пятой книге "О Благе и Наслаждении": "И книги Филениды и "Гастрономия" Архестрата, и средства, возбуждающие к любви и соитию; и рабыни, обученные нужным позам [e] и движениям, готовые в них упражняться". И еще: "Они крепко заучивают вещи такого рода и приобретают всё, что написано об этом Филенидой, Архестратом и тому подобными сочинителями". И в седьмой книге: "Точно так же незачем заучивать сочинения Филениды и "Гастрономию" Архестрата, как будто они ведут к лучшей жизни". 14. Вы же только и толкуете об этом Архестрате, наполняя наш пир непотребством. Из всего, что есть разрушительного, ничего не упустил этот доблестный [f] поэт. Как никто, он рвался жить по примеру Сарданапала, {34} сына Анакиндаракса, который, как пишет Аристотель [fr.67], был глупей, чем даже имя его отца. Хрисипп говорит, что на его могиле было написано [Палатинская антология. XVI.27]:

{34 ...по примеру Сарданапала... — О надписи на могиле Сарданапала, которая находилась поблизости от киликийского города Анхиала, основанного этим ассирийским царем, говорят и другие греческие авторы (Страбон. XIV.672; Арриан. .5). Хрисипп передает не саму эпитафию (написанную, как говорит Арриан, стихами, но «по-ассирийски»), а ее греческую переделку, принадлежащую поэту Херилу Самосскому (V в. до н.э.). Сам Афиней пишет обо всем этом подробнее в книге XII.}

(336) Зная, что смертным родился, старайся питать свою душу

Сладостной негой пиров - после смерти ведь нет нам отрады.

В прах обратился и я, Ниневии великий властитель.

Только с собой и унес я, что выпил и съел и что взято

Мной от любви; вся же роскошь моя и богатства остались.

[Мудрости это житейской мое поучение людям.

Пусть накопляет кто хочет несметные горы златые.]

[b] И о феаках {35} говорит Поэт [Од.VIII.248]:

{35 ...о феаках... — У Гомера феаки — сказочный народ, живший счастливо и беззаботно на несуществующем острове Схерия (в древности считалось, что это Керкира у западного побережья Греции). Царем феаков был Алкиной.}

Любим обеды роскошные, музыку, пляску,

Свежесть одежд, сладострастные бани и мягкое ложе.

Есть и еще сочинитель, Некто другой, подобный Сарданапалу, предложивший глупцам такой совет [TGF2. 858; ср.: Еврипид. "Алкеста". 788]:

Желал бы я всем смертным посоветовать

Приятно провести жизнь быстротечную.

Ничто умерший, он лишь тень подземная:

Пока ты жив, короткой жизнью пользуйся.

[c] И комедиограф Амфид говорит в "Причитании" [Kock.II.242]:

Любой из смертных, тот, кто наслаждения

Прибавить к быстрой жизни не старается,

Предоставляя ей идти иным путем,

По моему и многих мудрых мнению -

Пустой болван, навек богами проклятый.

И в комедии "Власть женщин" он пишет в том же духе [Kock.II.238; ср.125b]:

Веселись и пей! Жизнь смертна, краток век наш на земле,

Смерть одна бессмертна, стоит только раз лишь умереть.

И некий Бакхид, проживший жизнь подобно Сарданапалу, написал на [d] могиле:

Пей, ешь и предавайся всем желаниям!

Смотри, взамен Бакхида, камень, я стою.

15. Поэт Алексид в пьесе "Наставник в распутстве" (так утверждает Сотион в сочинении "О силлах {36} Тимона"; но сам я нигде не нашел этой пьесы, хоть и перечел, делая выписки, более восьмисот пьес Средней комедии, {37} - я даже не знаю никого, кто бы удостоил включить ее в [e] каталог: {38} ее нет ни у Каллимаха, ни у Аристофана [Византийского], ни у составителей пергамских каталогов), - так вот, Сотион говорит, что в этой пьесе раб Ксанфий проповедует товарищам-рабам науку сладострастия такими словами [Kock.II.306]: