Чтение онлайн

– Ну, наконец-то! Какой же ты у меня молодец! – обняла его мать. – А куда именно ты хочешь, ты уже определился?

– Да. Думаю подавать документы в историко-архивный институт.

– Ну, вот и славно! Будто гора с плеч! – радостно воскликнула та и мечтательно закрыла глаза.

Но тут разговор прервал телефонный звонок. Лагунов взял трубку.

– Это снова я, – сказал Корзухин мрачным голосом. – В Москве произошло убийство.

– Что случилось? – глухо спросил тот.

– Об этом сообщил Валентин Сергеевич. Оказывается, он прислал мне письмо, но его по ошибке кинули в чужой почтовый ящик и оно там валялось. Мне только что передали конверт. Валентин Сергеевич пишет, что в столице объявился вампир!

_______

* Песня «Комарово», музыка – Игорь Николаев, слова – Михаил Танич, исполнитель – Игорь Скляр.

«На недельку до второго я уеду в Комарово…» – напевала радостная мама.

– Что-то случилось? – забеспокоилась она, заметив, что сын, положив трубку, изменился в лице.

– Нет, все в порядке.

– Но мне показалось, что ты расстроился. Кто звонил?

– Все в порядке, тебе показалось. Звонил одноклассник, спрашивал про экзаменационные билеты.

Мать успокоилась и продолжила:

– Сынок, как же я счастлива! Надо сегодня испечь праздничный пирог, отметим твое решение насчет института.

– А не рановато ли праздновать? – улыбнулся Валерка.

– Потом, когда ты сдашь вступительные экзамены, мы отметим еще раз. Уже по-настоящему. И вообще, мне хотелось бы сделать тебе приятный сюрприз. Мне кажется, было бы замечательно поехать нам всем вместе куда-нибудь отдохнуть. Ты не находишь? Конечно, не в Комарово… Хочется туда, где теплое море и солнце! Сынок, а помнишь, как мы когда-то ходили в поход вдоль Волги? Ставили палатку на берегу, разводили костер, ловили рыбу, варили уху… М-м-м…

Но Лагунов уже не слышал это веселое щебетанье, он глубоко задумался о том, что ему сейчас сообщил Игорь: «Неужели началось? Но ведь это произошло не здесь и не с нами. А на обычных, если их можно так назвать, вампиров Валентин Сергеевич охотится по всей стране. И если что-то случилось, пусть даже убийство, то это еще не значит, что объявился новый могущественный стратилат и готовится собирать свою армию…»

Но тут сквозь эти мысли раздался мамин голос:

– Сынок, а ты меня вообще слышишь?

– Да-да, – очнулся от своих мыслей Валерка.

– Ты знаешь, а что если нам, после того, как ты поступишь, махнуть в августе на машине в Крым?

– Да, но… – попытался возразить он, а сам с ужасом подумал: «А как же я на пляж пойду? В плавках и с комсомольским значком?!»

– Ты еще сомневаешься?! – удивлению родительницы не было предела. – Мы будем купаться в море и загорать на пляже! Как здорово было бы проехать по всему южному берегу, через всю большую Ялту, от Гурзуфа до Фороса! Заедем и в Ливадийский дворец, и в Массандровский, и в Воронцовский. Мы же так давно мечтали об этой поездке! А помнишь, как ты в первом классе мечтал забраться на вершину Аю-Дага? Может, правда, махнем в Крым? А, сынок? – мать просто светилась от счастья, узнав, что сын взялся за ум.

Но тут ее взгляд снова упал на экран телевизора. Там, в новостях, начался репортаж о том, как в Москве идет подготовка к XII всемирному фестивалю молодежи и студентов.

«Это грандиозное событие состоится в столице нашей родины с двадцать седьмого июля по третье августа, – воодушевленно объявил диктор. – Фестиваль пройдет под лозунгом: «За антиимпериалистическую солидарность, мир и дружбу». Ожидается, что гостями станут двадцать шесть тысяч участников из ста пятидесяти семи стран мира».

– Сынок, ты слышал? Представляешь, сколько молодежи приедет?! Это что-то невероятное! Похоже, действительно состоится грандиозный праздник! – воодушевленно воскликнула мама. – Если бы я была студенткой, я была бы просто счастлива оказаться там! Молодежь из разных стран, красивые парни и девушки, веселятся, общаются, танцуют…

Она задумалась, а потом вдруг сказала:

– И знаешь, что? Крым мы пока отложим. Сынок, ты только не удивляйся. Предлагаю тебе после экзаменов, в конце июля и начале августа, остаться в Москве.

Лагунов удивленно посмотрел на родительницу.

– И тогда ты тоже окажешься среди участников фестиваля, – пояснила та. – Хорошенько развеешься там. Уверяю тебя, что эти впечатления станут самыми незабываемыми на всю жизнь!

– Ты права. Развеюсь… – побормотал вампир, а сам мысленно усмехнулся: «Впечатления были бы действительно незабываемыми, если бы я в самом деле оказался летом в Крыму, на пляже, под палящими лучами солнца!»

***

Друзья отправились втроем навестить отца Павла, чтобы сообщить ему о своих дальнейших планах и заодно посоветоваться.

Пока ехали в автобусе, Рита всю дорогу, молча и задумчиво, смотрела в окно. Новость о переезде в Москву вампирша восприняла спокойно. И даже вроде бы обрадовалась.

– Ты действительно согласна ехать с нами в Москву? – спросил ее Корзухин.

– Ну, так куда же мне деваться, – улыбнувшись, развела она руками. – Куда же я без мясокомбината?

– Это понятно, что тебе требуется «еда» и ты поедешь за ней хоть на край света, лишь бы быть поближе к новому пищеблоку. Но нам с Валеркой надо знать, нравится ли тебе сама идея ехать учиться в Москву. Или тебе придется сделать это по не воле, а на самом деле ты хотела бы остаться в Куйбышеве? – уточнил Игорь. Ему важно было это знать, чтобы убедиться в правильности своего выбора.

– Не волнуйся, мне нравится идея с Москвой. Можно сказать, что я очень даже рада, – успокоила его Рита. – Как по мне, в Куйбышеве все давным-давно стало как-то слишком обыденно. Такое тихое болотце. Короче, приелось. Мне давно хочется чего-то нового, яркого. А в столице жизнь кипит, особенно студенческая. Уж там я точно не заскучаю! Тем более, Валерка сказал, что скоро фестиваль молодежи и студентов начнется. Главное сейчас, суметь поступить в институт. Ведь мне не светит золотая медаль, как Валерке!

Шарова снова умолкла и уставилась в окно. Все это время Рита, конечно же, помогала друзьям искать какие-то сведения, необходимые, чтобы попытаться вызволить Лагунова из рядов стратилатов. Но делала это довольно пассивно: выполняла просьбы, рылась в библиотеках и архивах, но сама никакой активности не проявляла.

Шарова боялась. Но об этом своем страхе никому не сообщала. А боялась она того, что в один прекрасный день у них вдруг все получится. Надежды на это, конечно, было крайне мало, можно сказать, почти никакой. Но вдруг?