Чтение онлайн

– Что это было?
– спросил Фрито.

– Это был древний плач на языке Стародавних Эльфов, - со вздохом ответил Гарфинкель.
– В нем повествуется о Юнисефе, о его долгих и горестных поисках чистой уборной в некой гостинице. "Что же у вас и удобств никаких тут нету?
– восклицает он.
– А где же ванная комната?" Но никто ему не ответил.

Так сказал им Гарфинкель и ввел хобботов в Дом Орлона. Они очутились в длинной с высокими стропилами зале, по середине которой тянулся бесконечный стол. В одном ее конце располагался огромный отделанный дубом камин, сверху свисали латунные канделябры, в которых с веселым треском горели ушного воска свечи. За столом расселось всегдашнее отребье Нижесредней Земли - эльфы, феи, марсиане, несколько лягвий, гномы, гоблины, небольшое число чисто условных людей, пригоршня кобольдов, несколько троллей в солнцезащитных очках, пара домовых, изгнанных из своих домов адептами Христианской Науки, и томимый смертельной скукой дракон.

Во главе стола восседали Орлон и Леди Лукра в одеяниях ослепительной светозарности и белизны. Мертвыми казались они, но мертвыми не были, ибо Фрито заметил, как мерцают, подобно мокрым грибам, их очи. До того обесцвечены были волосы их, что сияли, как цветы золотарника, лица же у обоих безупречностью кожи и яркостью уподоблялись луне. Вокруг них, подобно звездам, лучились цирконы, гранаты и магнетиты. Шелковые абажуры покрывали их головы, а на челе у каждого было написано много чего - и хорошего, и плохого - к примеру: "Натравите на них Чай-Кан-Ши" или "Жена женой, а ты мой птенчик". И тот, и другая спали.

Слева от Орлона сидел Гельфанд в красной феске, обличающей в нем Масона Тридцать Второго Калибра и Почетного Члена Тайного Храма, а справа - Топтун в белом (от Кардена) костюме Скитальца. Фрито указали на сиденье, расположенное в середине стола, между редкостной кривобокости гномом и эльфом, от которого несло птичьим гнездом, а Мопси и Пепси усадили за маленький столик в углу, за которым уже сидели Пасхальный Кролик и парочка фей, узких специалисток по заговариванию зубов.

Как и большинство мифических созданий, без явных средств к существованию проживающих в зачарованных лесах, эльфы питались весьма экономно, так что Фрито был несколько разочарован, обнаружив у себя на тарелке лишь горстку покрытых грязной кожурой арахисов. Впрочем, он, подобно всякому хобботу, обладал способностью съедать все, что удается протиснуть в глотку, хотя и хобботы тоже предпочитают иметь дело с блюдами, с которыми не приходится особенно бороться, ибо даже наполовину сваренная мышь способна уложить хоббота в двух раундах из трех. Едва Фрито покончил с орехами, как сидевший по правую его руку гном повернулся к нему и приветственно протянул чрезвычайно мозолистую ладонь. "Поскольку рука у него кончается этой штукой, - думал Фрито, нервно ее потрясая, - она, очевидно, должна быть ладонью".

– Гимлер, сын Героина, ваш всепокорный слуга, - произнес гном, кланяясь так, что стал виден горб на его спине.
– Да будете вы всегда покупать подешевле, а продавать подороже.
– Фрито, сын Килько, к вашим услугам, - с некоторым смущением представился Фрито, лихорадочно пытаясь припомнить как велит отвечать обычай.
– Да рассосется ваш геморрой безо всяких хирургов.

Гном принял его ответ с некоторым недоумением, но без недовольства.

– Так вы, стало быть, тот самый хоббот, про которого рассказывал Гельфанд, Носитель Кольца?

Фрито кивнул.

– И оно с вами?

– Хотите взглянуть?
– вежливо осведомился Фрито.

– О нет, благодарю покорно, - сказал Гимлер.
– У моего дяди была когда-то волшебная булавка для галстука, так он однажды чихнул на нее и, представьте, остался без носа. Фрито нервно погладил себя по ноздре.

– Извините, что перебиваю, - произнес сидящий слева эльф, метко сплевывая прямо в левый глаз гнома, - но я невольно подслушал вашу беседу с этим Квазимодо. Вы и впрямь притащили сюда упомянутую безделушку?

– Впрямь, - ответил Фрито, борясь с внезапно напавшим чихом.

– Не угодно ли?
– произнес эльф, предлагая уже неудержимо чихающему Фрито кончик Гимлеровой бороды.
– Я Ловелас, из эльфов Северной Заморочки.

– Эльфийская собака, - прошипел Гимлер, выдирая бороду из рук Ловеласа.

– Гном свинячий, - парировал Ловелас.

– Игрушечник.

– Землекоп.

– Потаскун.

– Прыщ корявый.

– Может, хотите, услышать какую-нибудь смешную историю, или песню? спросил встревоженный Фрито.
– Вот, знаете, был один такой бродячий дракон и вот он однажды забрел на ферму, а фермер...

– Лучше песню, - единогласно произнесли Гимлер и Ловелас.

– Ну, хорошо, - сказал Фрито, и с трудом выковыривая из памяти скверные вирши Килько, пискливо затянул:

Жил в старину эльфийский Царь

Сатранап, могучий и гордый,

На Веселом Болоте он урков разбил

Смирив Сыроедовы орды.

В подмогу себе он гномов призвал,

Коротышек и рудокопов,

Но те, когда грянул ужасный бой,

Предпочли отсидеться в окопах.

Припев: Чистопыр, метрекол, лаворис и хором:

Предпочли отсидеться в окопах.

Прогневался могучий Царь,

Да так, что небо померкло.

"Ну, попадитесь вы мне, - он сказал,

Трусливые недомерки".

Но гном, сколь ни был бы он труслив,

Еще и хитер, зараза!

И Король Желтозад, чтобы шкуру спасти,

Решился эльфов подмазать.

Припев: Ремингтон, террикон, городуль и туз.

Решился эльфов подмазать.

"Чтоб нашу лояльность вполне оценить,

Сказал Желтозад Сатранапу,

Прими от нас этот гномовский меч,

Как говорится, на лапу.

Меч Чистопыр прозывается он,

Продолжил лукавый гном,

Прими его в дар и о прошлом забудь,

Пусть прошлое кажется сном."

Припев: Кадиллак, брик-а-брак, Эздель, кокаин.

Пусть прошлое кажется сном.

"Я принимаю ваш чудный дар,

Вы, гномы, парни что надо",

Ответил Царь и принял меч,

И в лапшу изрубил Желтозада.

И с той поры народ говорит,

А также поет и пишет:

"Верь эльфу и гному лишь в степени той,

В какой он уже не дышит."

Припев: Оксилол, геритол, кукуруза, трикс.

В какой он уже не дышит.

Стоило Фрито закончить, как Орлон вдруг проснулся и знаком потребовал тишины.

– Столы для лото накрыты в Эльфийской Гостиной, - объявил он, и пир на этом закончился.

Фрито направлялся к столику, за которым сидели Мопси и Пепси, когда из-за росшего в горшке фикуса протянулась и схватила его за плечо костлявая рука.

– Следуй за мной, - сказал, отводя ветку, Гельфанд и повлек удивленного хоббота через зал в небольшую комнату, в которую почти невозможно было затиснуться из-за огромного, накрытого толстым стеклом стола. Орлон с Топтуном уже расположились за ним, и Фрито, усаживаясь рядом с Гельфандом с удивлением увидел, как в комнату вошли и сели подальше друг от друга его соседи по пиршеству, Гимлер и Ловелас. Сразу за ними появился крепко сколоченный человек в переливающихся всеми цветами радуги зауженных у щиколоток брюках и остроносых полуботинках. Последним вошел коротышка в крикливой рубашке, с вонючей эльфийской сигарой во рту и с доской для скрабла подмышкой.