Чтение онлайн

Я сильно краснею и смотрю на него.

— И я думаю, ты знаешь, куда тебе следует пойти и умолять меня дать тебе еще одну порцию, когда ты поймешь, что это был самый запоминающийся поцелуй в твоей жизни.

Николай просто ухмыляется мне. — Посмотрим, кто первый сломается.

— Полагаю, что так, — резко отвечаю я.

Он пожимает плечами. Я делаю вид, что не замечаю, как его взгляд скользит вверх и вниз по моим голым ногам. Я немного дрожу, когда он возвращается в свою комнату, оставляя обе сломанные двери широко открытыми.

— Эй, ты не против, если я буду голым?

Я ахаю, резко переводя взгляд обратно на дверь. Николай стоит там и ухмыляется мне, все еще без рубашки, но все еще одетый ниже пояса.

Я съеживаюсь, когда понимаю, как сильно я только что вляпалась, и густо краснею. Он ухмыляется. — Бля, это будет слишком просто.

— Иди на хуй, — рявкаю я.

Он пожимает плечами, ухмыляясь мне. — Эй, если ты настаиваешь, принцесса. Ты знаешь, где меня найти.

Он уходит обратно в свою комнату, оставляя меня томиться и тлеть от жара. Я влипла по уши. Я играю с огнем.

Я действительно, действительно не хочу останавливаться.

Девять лет назад:

— Эй, Нико!

Саманта, старшая медсестра онкологического отделения в госпитале Св. Марии, улыбается мне. Она всегда так делает, поскольку я был здесь почти ежедневным гостем в течение последнего месяца.

— Эй, Саманта, — бормочу я. Это последний раз, когда я ее вижу. По крайней мере, на долгое-долгое время.

Она хмурится. — Эй, ты ведь скоро собираешься вступить в ВМС или куда-то еще, да?

— Морские пехотинцы.

Это никогда не было планом. Большой или нет, "План" состоял в том, чтобы продолжать драться в Нью-Йорке, пока у меня не будет солидного послужного списка. Затем я бы начал подавать титульные бои, сражаясь лучше своего класса так долго и так сильно, как это требовалось, чтобы достичь вершины.

Как я уже сказал, это был большой план. Но он не включал в себя вступление в гребаную морскую пехоту.

Но это было до того, как агрессивный рак груди забрал мою маму в прошлом году. Это было до того, как мои размеры и сила начали привлекать внимание не той публики, и я начал связываться с тупым дерьмом. Это было до того, как я чуть не попался на ограблении винного магазина, которое посадило бы меня в тюрьму минимум на пять лет и положило бы конец моей борьбе за титул.

Вот тогда-то мистер Палмер и усадил меня на хардкорную беседу "приди к Иисусу". Не то чтобы он давил на меня или даже хотел, чтобы я присоединился к службе. Но услышать о том, как тяжко было, когда он поднимался, и как вера спасла его задницу от неминуемой тюрьмы? Это все, что мне нужно было услышать.

Плюс, мистер Палмер тоже был морпехом. К кому еще, черт возьми, я мог присоединиться?

— А, вот и отлично. — Она улыбается. — Ну, тебе придется дать мне знать, когда ты пойдешь на базовый курс!

Я прочищаю горло. — Э-э, завтра, вообще-то.

Ее глаза расширяются. — О? — Она выглядит грустной. — Ну... черт, Нико, — улыбается она. — Мы будем скучать по тебе, здесь.

— Эй, я вернусь.

Она улыбается. Мы оба знаем реальность.

— Он проснулся?

Она кивает. — Да, он проснулся. Сегодня днем он чувствует себя неплохо.

Я просто киваю. — Спасибо.

— Ты подойди и скажи "до свидания", прежде чем уйти, ладно?

Я ухмыляюсь. — Будет сделано.

В конце коридора я стучу в дверь мистера Палмера.

— Заходите!

Он ухмыляется, когда видит меня. — Эй, малыш.

— Как у нас дела, мистер Палмер?

Он закатывает глаза. — Ну, мне больно, когда я мочусь, а лекарства заставляют меня мочиться все время, черт возьми. Так что это весело.

Я ухмыляюсь. Он ухмыляется в ответ.

— Ты все собрал?

— Да, сэр.

Он усмехается. — Сэр? Что это за дерьмо "сэр"?

— Практика для сержантов-инструкторов.

Он смеется, а затем хрипит и держится за бок. Но он отмахивается от меня, когда я приближаюсь к нему.

— Нет, я в порядке. В порядке. — Он кивает на мой рюкзак. — Ты принес кассеты?

— Ты же знаешь, что да.

Он ухмыляется. — Да, черт возьми. Кого мы посмотрим в первую очередь?

— Тайсон против Фергюсона, очевидно, — ухмыляюсь я, направляясь к видеомагнитофону в углу.

Мистер Палмер стонет. — О, да ладно, опять это дерьмо?

Я закатываю глаза. — Это один из его лучших боев. Точка.

Он вздыхает. — Ты правда собираешься заставить умирающего смотреть на чертового Тайсона?

Я замираю. Я пытаюсь отыграться, но мистер Палмер ловит меня.

— Расслабься, малыш. Я не собираюсь сегодня на тот свет.

Я оглядываюсь на него. — Знаешь что? К черту. Я привез Али против Фрейзера.

— О, вот это гораздо лучше!

Мы смотрим все это на старой зернистой VHS-кассете. Когда мы заканчиваем, уже поздно. Я знаю, что давно уже просрочил часы посещений, даже если Саманта всегда обходит правила ради меня.

— Я зайду завтра, прежде чем сяду в автобус.

Мистер Палмер кивает. Он хмурится и опускает взгляд.

— Эй, это же просто. Если я мог следовать твоему чертовому маршруту с утяжелителями для лодыжек и этой чертовой диете с сырыми яйцами и кайенским перцем, я могу сделать что угодно, верно?

Он ухмыляется. Но он все еще выглядит... мутным.

— Ты в порядке?

Он смотрит на меня. Затем он указывает на шкаф в углу. — Можешь взять оттуда черную коробку из-под обуви?

Я хмурюсь. — А, да, конечно. — Я беру ее с верхней полки и отношу обратно. Мистер Палмер долго смотрит на нее. Он стучит по крышке, но потом качает головой.

— Знаешь что? Забудь об этом.

— Что это?

— Ничего, малыш.

Я хмурюсь. — Мистер Палмер...

— Я ошибался. Сейчас не время, поверь мне. — Он криво усмехается. — Это может подождать.