По прозвищу Геракл
Шрифт:
Виго сплюнул себе под ноги от неприятных воспоминаний.
– Так после Привнесения нас могут заставить говорить по определенному шаблону?
– Да.
– Как обновление в…
– А вот это лучше вслух не произносить.
– Почему?
– Обидно осознавать себя куклой в чужих руках. Поэтому держи свои мысли при себе.
– Хорошо, - Игорь кивнул, вспомнив, что его уже предупреждали на этот счет, - А можно еще вопрос?
– Валяй, Геракл!
– Виго хмыкнул, - И чего тебя, с такой комплекцией, потянуло на столь грозное имя?
– Друзья меня так раньше называли, - пояснил Игорь.
– Ну раз раньше называли, то тогда ладно. Я подумал, что алтарь тебе предложил.
– А он так может?
– Может. Алтарь вообще многое может. Поэтому и нельзя называть другим свое истинное имя. Поэтому Служители и не пускают вечников к алтарю.
– Если не пускают, то откуда известно о его возможностях?
– Разрушенные Храмы. Алтари сохранились везде. Но сам знаешь, отвечают они редко. Лишь один из десяти дошедших получает хоть что-то.
– И где можно найти эти Разрушенные храмы?
– Игорь подумал, что еще одно общение с алтарем, ему совсем не повредит.
– В библиотеке есть карты. Все известные отмечены на них. Но тебе рано об этом думать.
– Почему?
– Храмы не зря стали Разрушенными. Вокруг них никто не живет и лишь монстры бродят по округе. Меньше чем двухсотым, соваться туда бессмысленно. Ну или отрядом сотых.
– А ты там был?
– Мне ничего от алтаря не надо, - хмуро бросил вечник.
– Совсем ничего?
– Игорь пристально уставился на стражника, показывая что не верит ему.
– Пойми. К алтарям Разрушенных Храмов идут неудачники или наивные мечтатели. Кто-то хочет получить дополнительные жизни. Кто-то таланты. Кто-то могущество. Отдельной категорией идут желающие сменить свое имя. Так вот, успеха достигают только последние. Все остальное бред и пьяные россказни. Мне мое имя нравится. Я не откажусь от дополнительных жизней, но я не глупец и понимаю, что не получу их.
– А сколько у тебя осталось?
– Две жизни, - Виго не стал скрывать, хотя Игорь на его месте, на этот вопрос бы не ответил, хотя может это подействовал алкоголь.
– Умирал часто?
– Прожил долго. Мне все же больше пятисот лет.
– Так мы что? Стареем и умираем?
– Конечно, - стражник захихикал глядя на весьма удивленную физиономию своего собутыльника, - Стареем и умираем. Заболеваем и умираем. Натыкаемся пузом на клинок и умираем. А когда все жизни заканчиваются, то мы умираем насовсем.
– Значит когда жизней больше не осталось, то только один путь в Прислужники.
– Если тебе дадут это сделать, парень.
– В каком смысле?
– Понимаешь… Если вечник убивает другого вечника, то ему просто дается много опыта и случайный предмет. Добыча. Сразу говорю, добыча с вечников всегда дерьмовая, хотя и гарантированная. Но! Есть одно исключение. Если у убитого вечника больше нет жизней и ты убиваешь его насовсем, то добыча становится поистине королевской. В ней всегда присутствует камень Жизни, как напоминание о том, что ты забрал чью-то навсегда. А также один из талантов вечника, которые он имел на момент смерти. Сам понимаешь, охота идет на магов.
Виго плеснул в стаканы очередную порцию пойла и с сомнением посмотрев на солидно опустевшую бутылку, закупорил ее.
– И ты вот так просто сообщил мне что у тебя две жизни?
– Я мог и соврать, Геракл. И тебе советую так делать. Говори, что у тебя три, четыре, ну пять жизней. Это не вызывает недоверия и не вызывает зависти.
Игорь кивнул, благодаря за ценный совет, но вот его талант сообщал, что Виго не соврал ему, отвечая про две оставшихся у себя жизни. Силен мужик. Пусть и разбойник с большой дороги. Но уважения заслуживает.
– Но почему, если окончательная смерть так много дает, существует неписанное правило не убивать больше одного раза?
– Потому, что провернув это с кем-то один раз, ты всегда рискуешь оказаться на его месте в следующий. Не стоит играть с Миром. Он этого не любит. Но если узнаешь, что кому-то грозит окончательная смерть, бей без раздумий. Тоже одно из правил Мира, пусть и нигде не написанное. Пощадишь и бед не оберешься. Вообще не щади врагов. Плохо кончается.
– Так значит… - Игорь до крови прикусил губу, сообразив, что его проблема с Шустрым оказывается имеет не только бытовой характер.
– Понял, что Шустрый от тебя не отстанет, пока ты не умрешь?
Игорь затравленно кивнул.
– Я и говорю — беги из города. Тебе никто не поможет. Ну или умри. И проблема решится сама собой. Можешь даже прийти к Шустрому сам. Он тебя убьет и возьмет под свое крыло. Воры в одиночку не выживают.
– А к кому я могу податься из тех, кто с Шустрым на ножах?
Виго задумался. Почесал нос, с сожалением посмотрел на бутылку, оценивающе окинул взглядом гостя и снова задумался.
– Тамара тебе нужна, - наконец выдал он, - Только она не сдаст тебя Шустрому, парень.
– Глава Убийц?
– Почти, но не угадал. Гильдию Убийц возглавляет Царица, - Виго мечтательно зажмурился, - Потрясающая женщина. А Тамара, она посредник.
– Посредник?
– Ну не все могут обратится к убийцам напрямую. Да и опасно это. А вот придти к Тамаре и на кого-то пожаловаться, это безопасно.
– И что потом?
– Потом надо сделать пожертвование в ее сиротский приют. И вскоре того, кто тебя донимал, обязательно найдут мертвым.
– И где мне искать эту чудо-женщину?
– На улице Ткачей. Ее приют тебе каждый покажет. Она одна заботится о сиротах.
– Понятно. А не подскажешь, чем можно зарабатывать, если я воровать не хочу?
Виго опять засмеялся и укоризненно посмотрел на Игоря.
– Парень. Ты ничего не умеешь, кроме как воровать. На работу тебя никто не возьмет. Убивать или охотиться ты не можешь. Быть на побегушках у более опытных воров, вот твоя альтернатива. Поэтому если красть не хочешь, то выбирай себе профессию из смежных. Наводчик. Перекупщик краденного. Букмекер. Идея понятна?