Чтение онлайн

— Я тоже откажусь. — Проговорил Буй. — Не привык я к званным ужинам, мне столик в каком-нибудь кабачке милее, да и капитану Тар надо помочь. Времени мало, скоро в Гариопей двинемся.

— Сайморол, Мапус, а вы?

Могучий Мапус на это стыдливо опустил взгляд на палубу и прикусил нижнюю губу. Сайморол закачал головой:

— Нет! Мы с Мапусом решили в "Галсе" посидеть. Там должно быть много знакомых сегодня. С вами то мы виделись из-за дня в день и ничего нового не увидим и не узнаем, а с ними пару месяцев, а то и больше не видались. Так что в другой раз.

— Ты думаешь, будет другой раз? — Спросила Мариа, на что незамедлительно получила решительный ответ Сайя:

— Конечно! Не последний же день живём!

— Хотелось бы верить. — Печально произнесла Мариа.

— Что-то ты хмурая, подруга. Что печалишься? — Фук похлопал девушку по плечу. — С тобой пока ещё Фук Арубатур, а значит, нет повода для грусти!

— Вот поэтому и не стоит идти с ними. — Шепнул тут же на ухо Мапусу Сайморол. — По-моемому, с ним нет повода для веселья. От этого Фука голова болит сильнее, чем от черудеи.

— Ну что ж. — Громко сказал Семион. — Думаю, не стоит устраивать долгих расставаний! Мне было приятно прожить это время со всеми с вами. Вы помогли мне многое осознать и переосмыслить. Да сопутствует вам всем удача!

Он попрощался с каждым кто оставался на корабле рукопожатием и направился к трапу. За ним двинулись Дик с Элифер. Чуть погодя Ентри с Мариа. Орион долго не решался развернуться. Он старался запомнить последние мгновения, когда он видит Оливию и как мог, продлевал их.

— Прощай Орион. — Тихо произнесла Оливия, обхватив его за плечи. — Я верю, у тебя большое будущее. О тебе будет говорить весь Дириус, капитан Орион Хьюди!

В последних её словах уже не было той издёвки как раньше, сейчас она произнесла "капитан Орион Хьюди" гордо и величественно. Ориону отчего-то захотелось вдруг заплакать, комок подкатил к горлу и глаза наполнились слезами. Он резко отвернулся и потёр глаза.

— Я знаю, тебе сейчас тяжело, но и мне не легче. Так будет лучше для всех…

— Оливия, я хотел вам отдать вот это… — Орион повернулся, его глаза покраснели и он старался не смотреть на капитана, ибо стеснялся своих слёз. Он достал из-за пазухи тетрадь в кожаном переплёте. — Я хочу, чтобы она хранилась у вас!

Оливия медленно взяла тетрадь в руки.

Корабельный журнал галеона "Империя"

— Ты всё это время хранил его?

— Да. Теперь я хочу, чтобы вы хранили его. Последние слова капитана Крикса в нём адресованы вам.

Оливия дрожащими руками, быстро, нервно, открыла журнал. Перелистнув несколько последних страниц написанных рукой Ориона, она, наконец, нашла последнюю запись Крикса:

"7 ренра(апреля)2902 г.

Кажется, это последний день "Империи".

Мы сели на мель у "Неизвестных земель" и сейчас ожидаем прилива.

Чудище, извергающее воду, вот-вот спуститься и мощь воды одним ударом может разбить судно. Надежд мало, но паники на корабле нет. Все моряки-герои. Большинство спустилось в трюм, наверху осталась только штормовая бригада и я(капитан Дуилер Крикс).

Мы опять так близки от земель, сулящих богатства и опять на грани смерти. Но на сей раз, я чувствую, это конец, я вижу смерть, я слышу её дыхание.

Оливия, прости, что тебя любил!"

Оливия молча прочла запись, закрыла журнал и посмотрела на Ориона.

— Спасибо тебе, Орион. Я буду хранить его как память о Дуилере и о тебе.

Орион посмотрел ей в ответ и взгляды их пересеклись. " Сейчас! Или сейчас, или никогда!". — Пронеслось в голове Ориона и он резко развернулся и быстрым шагом поспешил с корабля. Как же ему хотелось обернуться, вернуться к Оливии, но он шаг за шагом удалялся от неё. Он чувствовал её взгляд на себе, чувствовал, как слёзы опять выкатились из глаз, но настойчиво шёл с корабля, не оборачиваясь.

Оливия настойчиво смотрела в след уходящему Ориону и задавала себе вопрос: правильно ли она поступает? Правильно ли, что отпускает его? Сейчас она колебалась, боялась совершить опять ошибку, оттолкнув от себя человека любящего её. " Позови его! Останови его и он останется с тобой! Только позови его!". — Билось в голове Оливии, но она молча провожала Ориона, пока тот не сошёл на берег. К борту чтобы помахать друзьям на прощанье она так и не подошла, а склонив голову, спустилась к себе в каюту и открыла корабельный журнал "Империи". Долго в каюте горела одинокая свеча, бросая тусклый свет на страницы журнала.

— Как больно, когда надежда умирает не последней. Дуилер, прости меня! — Прошептала она и от её слов вздрогнула свеча на столе и погасла.

Добираться до замка Лавариона долго не пришлось. Нужды задерживаться в порту у путешественников не было и они, наняв у ворот порта двоих извозчиков, погрузились в их повозки и тронулись в путь, туда, откуда, по большому счёту, и началось их приключение.

В первой ехал сам Лаварион, Дик и Элифер, которая осматривала в уже сгустившихся сумерках город.

— Ты в Ливуде первый раз? — Спросил Семион.

— Да! — Ответила Элифер. — Мой отец был здесь несколько раз, а я кроме Кишурбаха нигде не была.

— Ну, Кишурбах- это столица! Ливуду до него далеко.

— Нет, почему, здесь тоже красиво.

Дик поглядел на улочку, по которой они сейчас проезжали: узенькая, с плотной стеной одноэтажных каменных домов, с маленькими оконцами, редко за которыми горел свет и с одинаковыми, черепичными крышами. Если бы не вывески над входами, то можно было легко запутаться в них.

— Ты наверное просто льстишь? — Улыбнулся Дикин.

Элифер на это ничего не ответила, а молча продолжила рассматривать проезжаемые ими улочки и переулки.

Во второй повозке ехали ребята и вежливо выпровоженный из первой Фук. Ребята ему тоже не очень были рады, но деваться им было некуда.

— Э-ге-гей! Встречай своих героев Ливуд! — Крикнул Арубатур как только повозка тронулась с места. Его крик напугал бродячих собак, рыскающих у ворот порта в поисках пропитания, те, поскуливая, ринулись в рассыпную и редких прохожих, которые посмотрели на повозки с большим изумлением. Извозчик, от неожиданного крика вздрогнул, обернулся и посмотрев пристально на Арубатура, покрутил пальцем у виска. — Что такие кислые, друзья! Мы вернулись! Все ваши злоключение закончились! — Продолжал кричать Фук.