По снегу босиком вместе
Шрифт:
– Тебя может выкинуть метрах в тридцати. Постарайся со скалы в океан не свалиться, если вдруг что не так – падай рысью, так точно надежнее. Ты готов?
К такому готовым быть разве можно, скажите? Но первый шок от происходящего уже точно прошел. Линкс снова был воином, сосредоточенным перед прыжком. Искристый полог одноразового портала мигнул, и он шагнул туда, не оглядываясь и не прощаясь, лишь засунул за щеку себе артефакт вызова.
– А теперь спать, дорогая моя. И никаких возражений. Сегодня у нас… как обычно. В расписании ратные подвиги, спасение мира и полная жуть. Тебе нужно опять быть готовой. Иди сюда.
Лер растянулся у пламени, приглашая под бок к себе. Девушка прильнула послушно, как делала уже сотни раз, если ни тысячи, ни миллионы. Уложив голову Ди на плечо, осторожно коснулся губами белесой макушки. Секунду подумав, она обняла его необъятную грудь, и ногу закинула на мужское бедро, будто боясь, что сбежит, а она не заметит.
– Сказку мне расскажи. Ты умеешь.
Он тихо фыркнул ей в волосы. Волна мягкого тепла прокатилась пушистым прикосновением по спине девушки. Она замерла, прислушиваясь к ощущениям. Это было приятно, хотелось еще.
– Сказки люди рассказывают о нас, между прочим. Драконы там всякие, оборотни. А мы, Ветерок, с этим работаем. Может, ну его?
– Я не усну просто так. И заклинания не помогут. Давай, потрудись, добрый молодец – она устало зевнула и закинула ногу повыше.
Гуло вздохнул, погладив пальцами ее по плечу и задумался. Ди требовательно заерзала под его теплым боком.
– Жила-была девушка. Молоденькая и симпатичная. Самая обыкновенная, никакая не ведьма и даже не маг – его низкий голос, приправленный хриплым порыкиванием действовал на Венди сейчас, как ядреный афродизиак. – У нее даже слуха музыкального не было, представляешь?
– Бурная какая фантазия. Продолжай, мне нравится, – тихо ответила, утыкаясь носом в подмышку и нюхая.
Ей всегда очень нравился его запах. Даже потный и грязный он пах хвойным лесом и горячим песком.
– Но девушка эта умела рассказывать сказки. Такие чудесные, что даже звери и птицы собирались послушать ее каждый вечер на крыльцо маленькой лесной избушки.
– Заносит тебя.
– Профдеформация, да. Продолжаем. Однажды по узкой тропинке лесной, совершенно случайно, на лошади белой ехал местный король. Молодой и красивый.
– Роскошно. Чистое совпадение? Ты же не веришь в них! – Ди захихикала ему прямо в плечо.
Мужская рука неожиданно вдруг спустилась с плеча и уютно устроилась на бедре Венди. Это вызвало новую волну возбуждения, прокатившуюся жгучими искрами по хребту, обжигая и согревая. Низ живота потянуло, и она слегка выгнула спину навстречу руке.
– Ветерок, если ты в том же духе продолжишь, моя сказка закончится быстро и очень фривольно. А я рассказываю ее, чтобы кто-то уснул.
Ди покраснела, носом уткнувшись в его пушистую толстовку.
– Ты первый начал.
– Я и не спорю. Но сказка моя, а значит, творю, что хочу.
Рука медленно погладила бедро, и Венди отчетливо поняла, что ждет большего. Предвкушающе затаила дыхание, следя за передвижением этой горячей ладони. Грохот сердца в могучей груди все усиливался, мужское дыхание ускорялось.
– И что там король? – ей безумно нравилось все происходящее. Разгоревшийся этот огонь взаимного притяжения, будоражившие волны все возрастающего возбуждения.
– Король… – тихий шепот Лера прозвучал прямо над ухом, обжигая, и затуманивая сознание. – Да, король. Он был так очарован рассказчицей, что зайцев и белок раздвинув, сел слушать. До утра. А утром подумал немного, да и женился на девушке.
– Прямо там? Не узнав даже, что она любит на завтрак, и чистит ли зубы?
– Не все же имеют возможность откладывать это дело на сотни лет. Все он правильно сделал. Пока она глазками хлопала, раз-два и уже королева.
Мужская рука самовольничала. Передвинулась смело на спину, вызвав тихий стон Ди, и медленно спускалась все ниже. Пора было включаться в эту игру. Она вздохнула глубоко, потерлась всем телом о крепкий бок Лера, и сгибая ногу в колене, обняла его крепче.
– Чудеса, да и только. В нашей жизни таких не бывает… – промурлыкала в шею ему, вызвав ощутимую дрожь.
– Соблазняешь? – шепот над ухом перешел в тихий рык, – а тебе ведь нравится играть с огнем, Ветерок, очень нравится.
– Ты мне нравишься. Поласкай меня.
Гуло замер. Услышать подобное от этой девушки… если бы с ним заговорила Луна, Лер удивился бы меньше. Она тихо фыркнула, поднимая глаза навстречу изумленному взгляду мужчины. Фиалковые, чуть раскосые, глазки на смуглом лице ошеломляюще контрастировали с белой гривой волос альбиноса. Она вообще вся состояла из острых контрастов.
– Думаешь, я откажусь? О нашем том разговоре я помню. Но ты ведь сама попросила?
Невозможный! Нормальные все мужчины, подходя к этой черте становились и предсказуемы и управляемы. Но не Лер. Самоконтроль был его вторым именем.
Руку, его все еще обнимавшую, чуть опустила, нащупав край плотной толстовки, и отправила изучать раскаленную кожу мужского живота. Увлекательное путешествие: литые выпуклости мышц, жесткий ворс, непременный для морфов. И дыхание, прямо над ухом, свистящее, громкое, как после пробежки. Или погони?
Лер рыкнул громко и одним сильным движением переместил девушку к себе прямо на грудь. Их взгляды встретились, снова. Схлестнулись в безмолвной дуэли. Венди от неожиданности ровно на миг отпустила сознание, совершенно случайно, но он все увидел и понял. Безмозглые Яги!
– Нет, Ветерок. Дело так не пойдет. Меня ты спросить позабыла, конечно.
– Лер я…
Ничего нового не случилось. Все, как обычно: он предложил ей партию в шахматы, выработав стратегию, продумав разумную тактику и предвкушал победу. А она… как всегда, сыграла ва-банк не блефуя, и выложила на шахматную доску свой флэш роял. И что теперь ему с этим делать?
– Ветерок… – она так и сидела у Лера на бедрах, опираясь ладонями в мощную грудь, ощущая весьма недвусмысленное его возбуждение, и смотря сверху вниз озадаченно. – Ты сама додумалась до такого или кто подсказал? Лишить девственности коллегу ради успешного проведения операции… как романтично, не правда ли?
Венди скрипнула громко зубами и молча рухнула к нему на грудь. Он был прав. Как обычно. Только… она понимала отлично, что лжет себе. Снова запрещает любить, прикрываясь трусливо соображениями необходимости. Идиотка! Ей не нужен был больше никто, и за эти минуты их нежности Ди поняла это, в сотый раз. Никогда не хотелось ей ласки мужчины. А сейчас… тело ныло и плакало, мучительно прося продолжения. Ей хотелось прижаться всей кожей к нему, и не отпускать. Впитаться, как будто влага в песок.