Чтение онлайн

– Милый, он же ещё совсем ребёнок, придёт время и образумится.

– Да уж, ребёнок, мне было не больше двадцати по вашим человеческим меркам, когда мы с тобой познакомились, и я сразу же захотел на тебе жениться и защищать жену и наших людей, а его мы совсем разбаловали, ему всё нипочём. Он так угробит всех нас, если его вовремя не остановить, как когда-то жестоко убили моего бедного отца. Мне постоянно докладывают о новых жертвах в разных селениях, и мы прекрасно знаем, чьих рук это кровавое дело. А девок? Сколько у нас девок приходят сюда просто толпами, чтобы отдаться ему! Это уже бордель какой-то, как у нашего старого китайского друга Вейшенга, а не мой спокойный замок!

Тут в разговор аккуратно вмешался Андрей, зная вспыльчивый нрав друга:

– Слушай, дружище, а не отправить ли нам твоего сынка куда-нибудь подальше из Трансильвании?

– В смысле? – не понял Валентин, – Куда?

Андрей усмехнулся и ответил:

– Пусть твой Альберт переселит его куда-нибудь, так сказать, на перевоспитание.

– Ну не к людям же! – возмутился Валентин, – Он же их всех пережрёт!

– Как не к людям, Валентин! К людям, конечно, в самый современный век, где он быстро поймёт, что так вести себя нельзя, а может ещё нам повезёт, и он найдёт себе любовь, как все мы это сделали когда-то, и остепенится.

Валентин задумался, Мейфенг испуганно переводила взгляд то на одного, то на другого, а Фумико, поняв состояние подруги, мягко взяв её за руку, прошептала:

– Не переживай, дорогая Мейфенг, такой вампир как твой сын, нигде не пропадёт, а если он натворит бед, его быстро накроет местная полиция, и вряд ли ему это понравится, не убьёт же он их всех сразу, несмотря на его глубокий эгоизм, он всё же очень умный, чтобы натворить такое в современном мире.

Мейфенг, тяжело вздохнув, кивнула, соглашаясь с подругой. Она взглянула на мужа, тот был в бешенстве и, встав из-за стола, подошла к нему со спины, нежно обвив руками за шею, опустила лицо к его лицу и сладким тоном прошептала:

– Вали, дорогой, мне видимо сразу ударило новое вино в голову, и я так хочу тебя, что не могу ждать.

Валентин вздрогнул и, посмотрев в изумрудные глаза жены, улыбнулся, сразу же почувствовав, как его начало отпускать напряжение и прошептал в ответ,

– Так неожиданно, дорогая, – схватил её на руки и вылетел с такой драгоценной ношей из зала на третий этаж, в их спальню.

Андрей и Фумико, переглянувшись, рассмеялись, и графиня, тоже встав из-за стола, подошла к мужу, присела к нему на колени, нежно взяла его за руку и, положив к себе на высокую грудь, сказала, лучезарно улыбаясь:

– Мейфенг подала хорошую идею, мы тоже можем заняться этим, пока ждём остальных.

Андрея не нужно было уговаривать заняться любовью с его юной женой, и он, быстро задрав ей длинную юбку до пояса, отодвинув кружевное нижнее бельё в сторонку, раскрыл штаны и вошёл в неё, совершая сильные толчки и, упиваясь своей мужской властью над ней. Фумико громко застонала, срываясь на крик, и Андрей закрыл её маленький ротик крепким поцелуем.

А в это время Константин нёсся во весь апорт на новом скакуне гнедого цвета с густой чёрной гривой через золотое поле с ещё неубранной высокой пшеницей, колосившейся на ветру единым золотым пятном, навстречу Сану и Мейли. Они совсем ещё юные вампиры по вампирским меркам в силу того, что были обращены всего сто тринадцать лет назад. Жили в небольшом замке за смешанным густым лесом, такая лёгкая в общении весёлая пара. Константину они очень нравились, и он больше их считал своими друзьями, чем родительскими, хотя они тоже были веганами, но никогда не лезли с нравоучениями к нему и принимали таким, как он есть. Константин прилетал к ним в гости глубокой ночью или на рассвете поменять окровавленную рубаху на новую, чтобы родители не заметили по его испорченной одежде, где он был и что делал. Сан всегда встречал его с неподдельной радостью и, не задавая лишних вопросов, давал новые рубашки, которые у него всегда были наготове по его размеру. Константин, завидев их ещё издалека, скачущих на лошадях, приветливо махнул им рукой. Сан, тоже увидев его, махнул в ответ. Спустя десять минут, они поравнялись, и Константин, широко улыбаясь, произнёс:

– Привет, Сан…

А Мейли, находящейся рядом, сделал галантный поклон головой, приветствуя её, та тоже поприветствовала лёгким кивком.

– Привет, Константин, что дома не сидится? Ты же главный виновник торжества, твои предки, наверное, недовольны, что снова убежал?

Константин скривил гримасу и ответил:

– Ой, Сан, да они вечно мной недовольны, одним разом больше, одним меньше, какая разница. Я решил встретить вас и прогуляться по нашему лесу, может, и поохотимся походу.

– Хорошо, только не хотелось бы запачкать праздничную одежду кровью, – ответил Сан, широко улыбаясь в ответ.

Константин осмотрел пару, Сан был одет с иголочки, белоснежная рубашка, застегнутая до самого верха, тёмно – синий костюм и такой же камзол с вышивкой в виде хищных грифонов по бокам, чёрные гладкие волосы, собраны в классический хвост, открывая высокий лоб. На жене – ярко – красное длинное платье с черной накидкой, а на ножках – изящные чёрные туфельки с серебряными пряжками. Мейли – жгучая брюнетка с карими глазами, в которых плясали золотые звёздочки, была также красива, как и Фумико, которая тоже брюнетка. Константин знал всю историю их становления вампирами, знал и о Китае, и о городе Ханчжоу, о друге семьи Вейшенге, о смерти врага Бохая и о том, что тогда, ещё сто тринадцать лет назад, остался в живых его сын, такой же отпетый бандюган, как и его покойный отец. Константин насмешливо ухмыльнулся и сказал:

– Да, я вижу, как вы идеально выглядите, постараемся не замараться кровью, тогда я сам поймаю вам какого-нибудь зверька. Сан и Мейли согласно кивнули, и они втроём спокойно поскакали в сторону леса.

В лесу сильно пахло свежей елью и древесной смолой, летние запахи приятно щекотали ноздри молодых вампиров, тем более, что у них всегда очень обострённый нюх. Константин скакал впереди, повернул голову назад и улыбнулся друзьям оглядываясь, и показал указательным изящным пальцем, знак тишины, слегка дотронувшись до губ. Вампиры притихли и прислушались к живым звукам леса. Вскоре они услышали лёгкий шорох в густом ягодном кустарнике. Сан и Мейли сразу остановились, пытаясь определить по нюху, какой же зверь там копошится, а Константин мгновенно взлетел с лошади и, резко сложив крылья, стрелой кинулся в кусты, где до этого раздавался шорох. Там оказался молодой грациозный олень, вампир схватив его за длинную шею, сразу вонзил в бедное животное острые клыки, с жадностью выпил всю кровушку и с довольным видом вышел из кустов, отряхиваясь от мелких веточек и колючек, громко говоря при этом:

– Да уж, по вкусу это далеко не кровь человека, но за неимением лучшего и эта сгодится.

Сан подал предупреждающий знак взглядом Константину, что не стоит говорить особо о крови людей при его жене, чтобы не распалить её душу на такие низменные желания, хотя она тоже всё знала о кровавых похождениях сына Мейфенг, но всё же ей было очень неприятно слушать об этом.

Константин кивнул, слегка прикрыв глаза, и его длинные ресницы встрепенулись как крылья бабочки на летнем цветке в знак согласия с другом, и, оставив их верхом на лошадях у высоких старых деревьев, что причудливо сплелись стволами, сам направился чуть подальше в глубину леса, которая притягивала тёмной голубоватой дымкой . Пройдя пару десятков метров, он услышал новый шорох неподалёку у высокого старого дуба, поняв, что там затаился ещё какой-то сочный зверёк.

Вампир насторожился и притих, навострив уши и обострив нюх, ведя хищным носом по воздуху, уловил запах молодого кабанчика и, услышав быстрый стук его сердечка, стремглав кинулся туда. Ничего не поджидающий жирный кабанчик, только громко взвизгнул от внезапной боли и, судорожно задрыгав копытцами, дёргал маленькими ушками и жалостливо похрюкивал. Константин взял ещё полуживую тушку левой рукой, с шеи которой стекала тонкая струйка крови, и с довольным видом понёс к ожидающим друзьям, и, выйдя на поляну, лучезарно улыбаясь, произнёс:

– Обед подан, дамы и господа!

Сан и Мейли улыбнулись в ответ, плавно спустились на землю, не спрыгивая с лошадей, как это делают люди, а слетая, и поочерёдно выпили всю кровь из кабанчика. После Сан достал белоснежный кружевной платок из кармана камзола, на котором вышита заглавная буква его имени серебряными нитками, и подал жене. Мейли слегка склонила голову и, нежно взяв платок из руки мужа, дотронувшись изящными пальцами до его пальцев, томно взглянула ему в глаза, сексуально промокнула им алые губы, оставив на нём несколько капель крови, затем передала платок обратно Сану. Он тоже вытер им рот, смотря пристально жене в глаза и выбросив окровавленный платок под дерево, помог жене вскочить в седло, затем вскочил сам и, благодарно взглянув на Константина, рысью поскакал из леса, а за ним вереницей Мейли и Константин.