Под прикрытием
Шрифт:
Значит, вопрос о судьбе клада Рябушинского можно не задавать.
– Чем ещё обрадуешь старика? – вопрошает, поудобнее устроившись на диване.
Так, так, так… Чем бы его ещё «обрадовать»?
Что-то ничего не вспоминается. Разве что про водку «Рыковку»? Нет, ещё рано. Во…! Вспомнил:
– Ксавер! У тебя имеются облигации государственного займа?
Удивляется:
– Нет, а на кой мне они? Думаешь, у меня деньги лишние?
– Я не думаю, а советую - имея на этот счёт информацию: не поднимая ажиотажа надо скупать облигации у частников – в 1925 году они принесут тебе тройную маржу.
– Вот, как? – надолго зависает, - ну, что ж… Буду скупать!
Но, что-то в его голосе мне не нравится…
Глава 2
4
. «Человеческий фактор» заказывали?
Опять же используя «окна» в своих плотных тёрках по приёмке оборудования на «Красном Сормове» - где я как «на работу» устроился, встретился с Васей Пупкиным и не на шутку встревожился: тот был в пред-инцестном…
Ой, извиняюсь – в пред-суицидном состоянии!
История, в принципе вполне житейская: встретил он девушку и полюбил «…за её красоту, голубые глаза, золотую косу». Вася «по три ночи не спал, кругом шла голова…»: водил на «синема», дарил ей цветы и всякие безделушки – купленные на утаённые от родной мамы и старшего брата-алкоголика трудовые копейки. Наконец, он решился и признался ей в любви…
И, «…шо вы думаете она ему сказала»?
Нет, ничего плохого про маму-педагога и, находящегося где-то «в бегах» - предполагаемого папу-пианиста… А просто-напросто:
– Гуляй, Вася!
Ибо, «…а ей нужен танкист, в шлеме и галифе, а ей нужен танкист – косая сажень в плече». И у неё уже имелся такой на примете.
Вася, конечно характером упорен как танк, в отношениях с людьми назойливо-настойчив и умеет добиваться своего… Однако, в данном случае его настойчивость привела лишь к следам побоев на лице. Мало того, ухажёр предмета его любви пообещал Васе ноги выдернуть – если ещё раз его заметит возле своей девки.
Короче, Васе не до моих «стержневых» ламп - у него запущенный спермотоксикоз и боюсь, это непоправимо. Парень он конечно – хоть куда, но внешностью не производит на противоположный пол впечатление… Как я уже заметил, большинство фемин относятся к Васе в лучшем случае как к младшему братишке – которому можно непослушные вихры потрепать или за оттопыренные уши подёргать, но ничего более того – даже сиськи помять.
Что делать?
К сожалению, специалистов по радиоделу и тем более по изготовлению радиоламп - в нынешней России не так много, чтоб я легко и быстро нашёл Васе замену, даже используя «послезнание» из компа… Да и времени свободного на поиски у меня практически нет.
В который раз уже пришлось только крайне досадливо поморщиться: ну почему у меня всё - не как у людей? У других попаданцев, то есть. Тем, стоит только повелеть и, хроноаборигенны целыми колоннами - точно, беспрекословно и в срок, выполняют любые их прогрессорские хотелки. При этом не ленятся, не халтурят, не болеют, не умирают, не воруют, не любят друг друга и не страдают от несчастной любви - в конце то, концов…
А тут выцепишь какого-нибудь одного и, тот дефективным окажется!
А Вася меж тем, совсем плох, орошая селевыми потоками слёз мою кожаную «жилетку»:
– Серафим! Я не хочу больше жить! Она права: я – полная бездарность, я – убогое убожество, я – жалкая никчёмная бесполезность…
Зная, что в стране с началом НЭПа - просто пандемия самоубийств, я конкретно запаниковал:
– Вася, Вася – ну ты чё? Ты это прекращай – как же я без тебя, Вася? Восьми себя в руки, Василий – нас ждут великие дела!
– Уууу… Я уже топился в Волге – пожарники вытащили… Уууу… Повешусь, или…
Он, схватив меня за плечи, посмотрел прямо в глаза:
– Серафим, ты мне друг?
– Спрашиваешь!
– Дай мне свой револьвер – я застрелюсь!
Осторожно, вежливо отвечаю:
– Вася! Как друг - я могу дать тебе в морду, но только не револьвер для подобной цели.
Вспыхивает как магний в чистом кислороде, от обиды:
– И, ты такой же – как тот… Сразу « морду»!
Начинает злиться – аж овно в нём кипит и, это хорошо! Со злости люди никогда не вешаются – хотя, иногда могут прыгнуть под фашистский танк с гранатами.
Вдруг Вася, посчитав мою растерянность за слабость, подбоченился и замахнулся:
– А если я тебе - дам в морду?
Видно, он решил самоутвердиться хотя бы в собственных глазах за мой счёт. Ну, что ж… Если это пойдёт на пользу советской радиоэлектронике - то я на всё готов, кроме откровенной гомосятины:
– Ну, дай ты мне в морду – только выбрось эти мысли из головы… Ну, что встал? Бей говорю – раз замахнулся.
– Я не умею…
– Ты умеешь, Вася, просто ни разу не пробовал… НУ!!!
Замах был на рубль – удар на полушку! Однако, прикидываюсь и отлетев очень далеко, падаю. Актёрское мастерство мал-мал есть – недаром Аристарх Христофорович со мной так долго мучился и ругал почём свет.
Вася, сам испугался делам рук своих, когда я поднялся, плюясь кровью («в полёте» не забыл прикусить губу) и потирая рукой челюсть, сказал притворно шепелявя:
– Ну, ты прямо - Терминатор, Вася!
– Кто-кто?
– Боевая человекообразная машина, с самоуправление на стержневых радиолампах, - конечно, он ничего не понял, - ладно, потом, как-нибудь расскажу…
Подхожу, беру его руку за запястье и, с уважением рассматриваю сухонький кулачок:
– А ты оказывается, крутой чувак, Вася – а на вид и не скажешь!
Хоть и, скромничает тупясь - но в глазах вижу потаённую гордость за себя:
– Какой-какой…? «Крутой»… «Чувак»?!
– Я хотел сказать, ты - реально центровой мачо, Вася. Ещё бы рожу тебе – как у Николая Валуева… Все девки твоими были бы!
– Опять ничего не понял…, - огорчается, - кто это такой?
– Да ладно, не важно! Короче… Все твои беды, Василий - что ты не знаешь своих возможностей. Если бы знал – горы бы своротил и моря досуха вычерпал! Образно говоря, конечно.
В глазах красных от слёз, искоркой от костерка вспыхивает слабая надежда:
– Так значит, я могу пойти и набить морду тому… Ну… Ты поможешь мне?
Вася явно намекает на своего обидчика.
– Помочь то можно, набить морду – без малейших проблем… А смысл? Насколько правильно я понял эту историю с твоих же слов - эта девушка сделала свой выбор добровольно, без принуждения. А вдруг у них действительно – любовь? Ты согласен сделать девушку несчастной? Чтоб, уже не ты - а она искала верёвку, стремянку и кусок мыла?!