Чтение онлайн

– Такие меры предосторожности действительно необходимы? – спросил я у Симона, почему-то краешком рта. Атмосфера была заполнена напряжением, возмущать которое без крайней необходимости не хотелось.

– Уже внесены в устав – негромко ответил Симон. – К тому же пленник у нас такой… неординарный. Из четверых выбывших двое – его рук работа.

– Так что там произошло, если подробнее?

– Сразу, после прыжка, одного свалил снайпер. Видимо профи, раз не побоялся навскидку по точке стрелять. И, наверное, командир группы. Другому бы за такое нарушение трибунал устроили.

Наши перегруппировались, залегли по кустам, открыли встречный огонь. Еще один подорвался на мине, не было там возможности с миноискателем ковыряться. Потом удалось подавить странников, две гранаты удачно легли. Троих посекло. Те потеряли фланг обороны, засуетились, начали отступать за здание, где машина стоит. А наши дальше их давят, с боков заходят, пытаются отрезать от машины. И тут из здания пулеметчик как влупит. Сплошной очередью, всех к земле прижал. Лежат только и слушают как пулемет тарахтит и как машина уезжает. Странники одного своего для прикрытия отхода оставили, а сами умотали.

Ну ребята как-то с грехом пополам переждали это шквал – так, парочку пуль задницами вскользь поймали. И только тот пулеметчик прекратил огонь – сразу перехватили инициативу, контратаковали. Он только успел за автомат взяться, и всё, уже вдавили внутрь. Еще гранат туда навалили, взяли под прицел окна и двери, послали двоих проверить, Умбру и Савелия. Дальше не совсем ясно, спросить пока еще некого… Судя по всему, он как-то хитро спрятался, потом выскочил, одного скрутил, живым щитом выставил и расстрелял второго. А потом с первым начал драться. Ребята видели как он одним ударом сшиб с Умбры шлем – и как только шея выдержала… А потом несколько раз ему так зарядил в лицо, что аж наружу брызги крови вылетели. Ну ребята ж давай стрелять – гранаты метать уже нельзя раз свои внутри. А тот отстреливается. Тем более такая возможность взять живцом, если не застрелится. Ну мало ли, вдруг испугается или осечка будет.

Бились какое-то время, потом изнутри вылетают один за другим четыре автомата, пулемет – все без магазинов. И шлем выкатывается. А потом он медленно сам выходит – странник этот. Без шлема и с поднятыми руками. Лыбится так. Ребята сразу какую-то подляну заподозрили, кружили около него, боялись подойти. Потом он сам руки за голову заложил и повернулся спиной, обыскивайте мол. Обыскали, оказался чист. Связали, дождались перезарядки точки и вернулись.

– Дааа, история яркая. А что с ним сейчас?

– Накачивают химией, язык развязать. Физиология у них совсем как наша, нервная система тоже. Поди знай конечно чем его наверняка пронять можно. Слышал, что делают какой-то мощный коктейль, чтобы уж точно сработало. Но опять таки…

Дверь допросной комнаты открылась и вошла девушка в халате, из научного корпуса. В ней я сразу узнал Цибелу – нашего лучшего культуролога и лингвиста научного корпуса. Специалистка по майянскому языку, курировала все работы по исследованию захваченных компьютеров странников. Мы всё еще были далеки от полного понимания их языка, но познания в майянском помогали извлекать минимум информации, по которому можно было с грехом пополам восстанавливать общий смысл.

Цебела прошла в комнату, села за стол и раскрыла ноутбук. А затем в сопровождении двоих солдат появился наш пленник.

Мужчины-странники в среднем чуть крупнее нас, но этот был настоящим здоровяком. Рост не менее двух метров, широченные плечи и мускулы атлета. Одет он был в тонкое трико, которое странники обычно поддевали под свои бронекостюмы. Его лысину украшала заходящая на лицо татуировка из толстых ломаных линий, складывающихся в сложный круговой узор. Его лицо с полуприкрытыми глазами и кривой ухмылкой напоминало образину сельского пропойцы, которого уже засветло выволакивают из кабака. Однако держался пленник достойно, крепко стоял на ногах и держал спину прямой. Только голова чуть клонилась к плечу.

Конвоиры проводили его ко второму креслу, пристегнули все ремни и вышли из комнаты.

Цебела пощелкала в компьютере, посмотрела на пленника и медленно, с большой тщательностью произнесла несколько слов. Слова, звучавшие как перестук мелкой гальки на осыпи, с обилием отрывистых слогов и щелкающих звуков, обычно казались мне смешными. В данной ситуации это обстоятельство нагнетало атмосферу некой мистерии, страшноватой сказки, кроющей в себе путь к неизведанному. Прямо перед собой я вижу сидящего в профиль Врага, который внимательно слушает задаваемые ему вопросы и сейчас скажет, быть может, нечто настолько важное, что пока я не могу себе этого даже представить.

Девушка закончила говорить и воцарилась тишина. Не отнимающий от нее участливого взгляда пленник сидел с той же глупой улыбкой на губах. Затем он поднял голову, склонил ее на другое плечо и… ничего не произошло. Цебела откашлялась и снова заговорила – на этот раз ее речь звучала несколько иначе, стала глаже и обрела гортанные звуки. Снова никакого результата. Разве что улыбка пленника стала чуть шире. Несколько секунд ожидания, и Цебела начала говорить опять, применяя еще один диалект. Странник улыбнулся еще шире и, не дослушав фразу до конца засмеялся. Сдавленное хихиканье переросло в громкий хохот.

Цебела чуть развернула голову – теперь мы видели ее в анфас – и произнесла:

– Ничего не понимаю. Я говорю на самых древних, базовых диалектах. Он просто обязан был понять хоть что-нибудь. Чем вы его накачали? Может быть, стоит проколоть…

– Не нужно ничего колоть – прервал ее странник – Я буду говорить так.

Мне будто за шиворот ледяной воды плеснули.

Говорил пленник уверенно, с акцентом, похожим на произношение Цебелы в первой попытке завязать разговор. Его глубокий, чуть простуженный голос был голосом немолодого, видавшего эту жизнь со всех сторон моряка.

Цебела – я в этом уверен – была поражена, хотя виду и не подала. Поправив очки, она спросила:

– Вы можете нормально общаться на нашем языке?

– Да. На русском. – кивнул странник – Вы очень забавно говорили на языке, который похож на наш. Не мог отказать себе в удовольствии послушать. Майя, да?

– С какой целью вы находились у Баотоу?

А вот здесь нервозность Цебелы стала заметной. Её напугал простой вопрос пленника, выводившего беседу на личный уровень. Девушка, как бездушный механизм, решила придерживаться составленной заранее схемы допроса. В ответ странник мотнул головой:

– Я не буду говорить об этом. Спрашивайте дальше, не теряйте время.

– Сообщаю, что в таком случае мы можем перейти к другим методам общения с вами. Итак, я повторяю вопрос: с какой целью…

– Пытки. – странник улыбнулся – Я многое знаю о пытках. Больше вас. Забудьте об этом. Я могу остановить свое сердце в любой момент. И я понимаю, что сделать это мне так или иначе придется, в ближайшее время. Я не боюсь. Еще раз говорю: не теряйте время.

– Во дает! – прошептал один из офицеров – Ему же восемь кубов поставили…