Чтение онлайн

Сейчас красивое, почти не тронутое возрастом лицо знаменитой на всю страну актрисы Алисы Бестужевой казалось Дани лицом сумасшедшей.

— Не думай, что ты святая. Родители должны заботиться о своих детях, так в законе написано. Можешь проверить, если не веришь. Попрекаешь меня тем, что выполняла свой долг? Кроме этого, я не разу не услышала от тебя доброго слова. Вы все делали вид, что меня в этом доме нет, — сухо ответила Даниэлла. С каждым произнесенным словом она чувствовала, что груз на душе становиться легче.

Ян сжал руки на подлокотниках своего кресла. Он понятия не имел, что она так жила. Его фиктивная жена, которая с улыбкой сидела напротив него за обеденным столом, упрямо копошилась в земле в своем импровизированном огороде, хохотала над глупыми шутками из телевизора…

Алиса шумно выдохнула. Ее родные дети молчали, понимая, что лучше им не вмешиваться.

— Даниэлла, ты ошибаешься. Мы — твои папа и мама, помнишь? Это и твой дом тоже, мы же семья, — произнес осторожно Роман Бестужев, заискивающе бросая взгляд на Яна. Тот не стал даже смотреть в сторону «тестя».

— Это место давно перестало быть моим домом. Я вернулась сегодня, чтобы расставить все точки над «и». Больше не звоните и не пытайтесь со мной связаться. И не думайте вставлять мне палки в колеса. Давайте просто делать вид, что мы чужие друг другу люди. Иначе, журналистам будет интересно послушать, как уважаемая в городе семья продала свою приемную дочь, чтобы их компания не обанкротилась.

После ее слов в комнате наступила оглушительная тишина. Алиса присела, из-за резко поднявшегося кровяного давления ей стало дурно. Роман растеряно смотрел на свою супругу. Анфиса и Виктор хотели оказаться где-нибудь в другом месте, но не здесь.

— Тогда уходи. И можешь больше не возвращаться, — произнес Роман, не встречаясь с ней взглядом. Он не считал себя виноватым, но не мог действовать опрометчиво, портя отношения с Яном Торсоном.

— Как будто я горела желанием сюда прийти. Хочу забрать свои вещи.

Даниэлла помнила, что прошлая хозяйка этого тела оставляла кое-какие дорогие ей вещи, думая, что после развода непременно вернется к семье.

Девушка сделала несколько шагов в сторону лестницы.

— Кто дал тебе разрешение слоняться по моему дому? — подала голос Алиса.

— Я заберу свои вещи и уйду.

— Коробка на чердаке, — вздохнула Анфиса. Она поняла, о каких вещах речь.

— Моя комната?

— Ты съехала, и там теперь гардеробная Анфисы, — осторожно сообщил Виктор. Отец недовольно бросил взгляд на сына. Казалось, что только он замечает, что взгляд Яна становиться все холоднее и холоднее.

Дани кивнула, она не была удивлена.

Через пару минут девушка вернулась с картонной коробкой в руках.

— Пойдем, — позвала девушка Яна.

Скоро Ян и Дани уже сидели в машине и направлялись домой.

— Ты видел их лица? Словно лимон проглотили, — рассмеялась довольная Даниэлла. Ян думал, что ей будет грустно, что она может даже поплакаться у него на плече, но, как всегда, его ожидания и реальность насчет этой женщины не совпали.

— Ты точно в порядке? Может, не стоило так разрывать отношения? — участливо поинтересовался Ян, разглядывая улыбающееся лицо жены.

— В порядке. Ты и сам видел, они меня за человека не принимают, тем более, за дочь.

— Не то, чтобы я не могу прожить в этом мире без семьи, — просто произнесла девушка. Она звучала расслабленно, но Яну казалось, что ее голос полон скрываемой боли.

Она не знала своих настоящих родителей, которые отказались от нее и отдали в роддом. Но ей повезло, и приемные родители забрали ее. Однако, после рождения родных детей она никому не стала нужна. Ее единственная семья, которую она знала, не была с ней близка. Они использовали ее лишь как инструмент ради собственной выгоды.

После стольких взлетов и падений, почему на ее лице сохраняется такая ослепительная улыбка?

16. «Обнять взглядом море»

— Эй, ты спишь?

Дани с Яном ехали в машине домой после визита в родительский дом девушки. Они покинули особняк после завтрака, и уже пропустили обед. В животе у Даниэллы заурчало.

Ян усмехнулся, услышав этот звук. Пробка все никак не рассасывалась, кажется, что вернуться назад они еще не скоро. Мужчина сидел с прикрытыми глазами. Он не хотел признавать, что первый за долгое время выход из дома его утомил.

— Нет, — устало покачал головой Ян и открыл глаза. Даниэлла с любопытством смотрела в окно. Они были на одной популярной среди жителей столицы улице, где располагалось множество магазинов и уютных кафе.

— Знаешь, мы постоянно сидим дома, может нам стоит немного прогуляться, раз уж мы здесь? — как бы невзначай спросила Дани, но Ян видел, как ей хотелось по ее глазам. Мужчина улыбнулся. Сонливость пропала.

— Кхм, — неловко прочистил горло Ян. — Ну, мы уже здесь, и погода хорошая…

— Да! — обрадовалась девушка и попросила водителя высадить их у тротуара.

Вместе с Дани шофер Владислав, зрелый мужчина с сединой на висках, помогли Яну с креслом.

Дани надела кепку и солнечные очки, которые теперь всегда носила с собой. Случай с Марком стал для нее уроком.

— Ты так привлекаешь еще больше внимания, — пробурчал мужчина, толкающей позади его кресло девушке. Она действительно выглядела странно: роскошное красное платье, туфли на каблуках, и черная кепка на голове.

— Кто из нас еще привлекает внимание, — усмехнулась Дани, провожая взглядом проходящую мимо троицу девушек подростков, во все глаза уставившихся на ее мужа с открытыми от удивления ртами.

Яну стало неловко. Ему казалось, что все вокруг смотрят на него с жалостью. Он отвык быть среди людей, выходить в общественные места и встречаться глазами с посторонними. Его инвалидное кресло привлекает много взглядов.

— Они просто жалеют меня. Надо же, человек с инвалидностью, бедняжка! — ехидно произнес Ян, скрывая горечь в голосе. Ему так легче. Лучше воспринимать все в штыки, не давая этим чувствам проникнуть глубже.