Чтение онлайн

— Ой, Андрюша! Ты что здесь делаешь?

Он обернулся и увидел пышнотелую блондинку, втиснутую в маленькое черное платье. На шее — искусственные брильянты. На лбу — очки в модной оправе. В руках вертит изящную блестящую сумочку.

— Привет, Фима.

— Ты что, стал интересоваться живописью? — усмехнулась она.

— Разве это — живопись? — вскинул брови Андрей и поверх ее головы снова оглядел зал. — Бутылки какие-то, окурки, грязь. Не, Фима, не живопись это, а сплошная порнография.

— Ты Дашкины слова повторяешь просто! — возмутилась она. — Если вы оба ни фига не смыслите в искусстве, так молчите! Сколько я вас просвещала, а все без толку! Чё ты здесь делаешь, если тебе бутылки не нравятся?

Андрей не ответил. Ему не нравилась Фима, и разговаривать с ней он совершенно не желал.

— А Дашка где? — приставала она.

— Дома, — ответил Андрей.

Ему недавно звонили ребята и доложились, что хозяйка вернулась целая и невредимая.

— Вы куда с ней ездили-то? — повернулся он к Фиме.

— Да так, прошвырнулись.

Фима прикусила язычок и постаралась придать своему лицу невинное выражение. Вряд ли, конечно, Андрей не знает, что у Дашки есть любовник, но говорить об этом вслух казалось Фиме излишним.

— Что у вас случилось? Дашка была сама не своя…

— Все нормально. А вы по магазинам, что ли, ездили?

Вот привязался, мелькнуло в голове у Фимы. Но Андрей вдруг потерял всякий интерес к ней, пристально разглядывая стройную, богато одетую женщину, появившуюся в дверях.

— Увидимся, — коротко попрощался он и ринулся к входу.

— Света, ты где была?

— Андрей? Привет, а ты что здесь… О, господи, я забыла совсем…

Комолов, не слушая, увлек ее за собой. Он уже прилично ориентировался в здешних коридорах. Когда они со Светланой оказались в небольшой пустой рекреации, Андрей остановился.

— Ну, что ты хотела мне сказать?

Она округлила искусно накрашенные глаза.

— Я? Андрюша, господь с тобой, я просто хотела тебя увидеть. Мне так грустно вдруг стало.

Он схватил ее за плечи, не рассчитав силы, и Света болезненно поморщилась. Отстранившись, она покачала головой.

— Да ты пьян.

— Хватит валять дурака, — прошипел он, — что тебе велели передать?

— Да кто велел? У тебя белая горячка, что ли? Я проснулась сегодня ни свет ни заря, мне скучно было, книжка записная под рукой, все спят, суки… Ну, а ты не спал. Вот с тобой и захотелось встретиться. Помнишь, как мы весной…

— Чего ты несешь? — Андрей снова сжал ее плечи твердыми пальцами. — При чем тут твоя записная книжка?

Светлана испуганно отшатнулась. Безумие в его глазах, казалось, сейчас выплеснется наружу и затопит все вокруг. Она попыталась выйти в коридор, но Андрей преградил дорогу.

— Прекрати эти игры! Я заплачу любые деньги, ясно? Если тебе велено помурыжить меня, не тяни зря волынку. Я согласен на все условия, торговаться не стану. — Он не видел, что Света дрожит от страха и решительно ничего не понимает. Голос его сорвался на следующей фразе. — Где Степан?

Светлана подняла на осипшего безумца радостный взгляд.

— Так тебе Степка нужен? Да сейчас, это мигом, в момент. Постой-ка.

Она рванулась из его рук, Андрей бросился следом, не сразу сообразив, что имеет в виду его мучительница. Оба напугали толпу очередных ценителей искусства.

— Я из-за тебя весь кайф пропущу, — бросила Светлана на бегу.

Все будет хорошо, билось в это время у него в голове. Все уже хорошо, просто замечательно! Еще немного, и плевать, что галстук съехал набок, а из-под пиджака торчит на всеобщее обозрение рукоятка «Макарова». Еще чуть-чуть, и Андрей обнимет сына!

— Степан, — позвала Света, оказавшись на улице.

Рядом с ними тотчас возник здоровенный бугай в деловом костюме и бейсболке.

— Так, во-первых, сними с головы эту хрень, — долетел до Андрея голос Светланы, — во-вторых, выплюнь жвачку. Тебя нанять хотят, о тебе наслышаны и очень в тебе заинтересованы, я понятно излагаю? На сколько он тебе нужен, Андрюша? — обернулась она к Комолову.

Земля в красную трещинку плыла у него под ногами. Душила бессильная ярость.

— Андрей, ты чего?

Кажется, его трясли за плечо. Ужасная фамильярность, за это и по башке легко схлопотать. Не важно, что женщина. Плевать, что народ кругом. Надо же как-то избавиться от этой яростной злобы, от непривычной, в жар бросающей растерянности.

Он не знал, как ему удалось взять себя в руки. Удалось, и ладно.

Андрей опомнился в машине, он сидел сжав кулаки, уткнувшись лицом в лобовое стекло, а мимо бежали по своим делам прохожие и гудели автомобили. Чужая жизнь казалась беззаботной и легкомысленной.

Он включил зажигание и привычно надавил на педаль.

Днем Кирилла не оказалось дома, мобильный его был отключен, и Дашке пришлось вернуться несолоно хлебавши. Охранники тотчас засуетились и вышли во двор, как она ни уговаривала их попить чайку вместе с ней, в нарды сыграть.

Слушать тишину в огромном доме было невыносимо. Даша не включала музыку, не пошла в душ, боясь не услышать звонок телефона. Но никто не звонил. Когда в окно вползли сумерки, Даша решительно вылезла из-за кухонного стола, где сидела в обнимку с фотоальбомом, и направилась в свою комнату. Халат сменила на джинсы, тапки — на удобные кеды.

— Вы куда, Дарья Максимовна? — высунулся из машины один из охранников, увидев Дашу возле гаража.

— Покатаюсь, — ответила она таким тоном, что больше он не задавал никаких вопросов, просто вместе с напарником вылез из автомобиля и двинулся к дому.

Спустя час Дашка лежала в мыльной пене и беспрерывно прикладывалась к бутылке вина.

— Ну, не пей ты из горла! — уговаривал Кирилл, сидя рядом на табуретке.

У него был вид человека, которого подняли с постели в неподходящее время и заставили читать вслух Чернышевского. Он уютно дремал в кресле перед телевизором, когда пришла Дашка и с порога принялась орать: то требовала объяснений, то лезла целоваться, и вообще вся была сама не своя.