Чтение онлайн

— Налетай, подруженька! — скомандовала она, разворачивая картошку. — Пусть мусипусишные малютки растут и крепнут!

Я поставила чайник, достала тарелки. Мы устроились на кухне, и я впервые за этот день почувствовала себя почти спокойно.

— Наташ, — сказала я, когда мы уже уплетали картошку. — Демид документы скинул.

Наташка замерла с вилкой в руке.

— Какие документы? — спросила она, прищурившись.

— Анализы. Видео. Заявление в уголовное дело.

Наташка молчала. Смотрела на меня.

— Ты веришь?

— Не знаю, — честно сказала я. — Документы выглядят настоящими. Печати, подписи.

— А сердце что говорит?

Я вздохнула.

— Сердце… запуталось, Наташ. Я уже похоронила эти отношения. Я уже пыталась просто жить в мире, где нет его. А теперь…

— А теперь он пришёл и всё перевернул, — закончила она за меня.

— Да.

Наташка взяла мою руку.

— Лиз, ты главное не торопись. Время есть. Подумай. А я с тобой.

— Спасибо, — прошептала я.

Мы сидели на кухне, пили чай, ели картошку, и я чувствовала, как понемногу отпускает. С ней было безопасно. С ней можно было быть собой.

— А тошнота есть? — спросила Наташка, отправляя в рот очередную картофелину фри.

— Нет, — ответила я, прислушиваясь к себе. — Только грудь больше стала.

Наташка замерла, потом расплылась в улыбке.

— Классный бонус! — заявила она. — Хоть что-то приятное в этой беременности.

Мы рассмеялись. Наташка умела разрядить обстановку.

— Ну так-то она у меня не маленькая была, — я покосилась на свою грудь. — Третий размер. А сейчас… боюсь представить, какой будет.

— Ой, да ладно! — отмахнулась Наташка. — Мужикам это только в кайф. А Демид… ну, он вообще с ума сойдёт.

Я вздохнула.

— Не знаю, Наташ. Я даже не знаю, будем ли мы вместе.

Она посмотрела на меня серьёзно.

— Лиз, ты его любишь?

— Люблю, — честно ответила я. — Но это не отменяет боли, которую я пережила.

— Понимаю, — кивнула она. — Время нужно. Но ты хотя бы знаешь правду.

— Да, — согласилась я. — Теперь знаю.

Мы снова вернулись к еде, и разговор перетёк на другие темы. Но мысль о нём всё равно осталась где-то в глубине.

— Ой, интересно, кто там будет, — Наташка мечтательно закатила глаза, глядя на снимок УЗИ. — Две девочки? Два мальчика? Или по одному?

— Через месяц можно будет узнать, — ответила я, отпивая чай. — Если захочу.

— А ты не захочешь?

— Не знаю, — честно призналась я. — Может, сюрприз оставить.

— Ой, ты как хочешь, — махнула рукой Наташка. — Главное, чтобы здоровенькие были.

— Да, — кивнула я. — Это главное.

Наташка вдруг подпрыгнула на стуле.

— Ой! — закричала она. — У тебя ж скоро день рождения!

— Да, — улыбнулась я. — Через две недели. 25 июля.

— Львица, — констатировала Наташка. — Огненная. Будешь отмечать?

Я задумалась. День рождения.

— Если двое позволят, — ответила я. — Вдруг через две недели я буду блевать фонтанами?

Мы рассмеялись. Громко, от души.

— Тогда устроим тихий вечер, — решила Наташка. — Тортик, свечки, я и ты. И мусипусики внутри.

— Идеально, — согласилась я.

Мы допили чай, и я чувствовала, как тепло разливается по груди. С ней было хорошо. Спокойно. Почти как дома.

— Пойдём погуляем, что ли? — предложила Наташка, поднимаясь. — А то засиделись. Проветримся.

— Пойдём, — согласилась я, накидывая лёгкую куртку.

Мы вышли из дома. Вечерний воздух был тёплым, мягким, пахло летом и цветами из соседнего палисадника. Мы пошли в сторону парка, не спеша, болтая о всякой ерунде.

— Как на работе? — спросила я. — Я заходила в чат. Там теории строят, почему меня нет.

— Ой, даааа, — протянула Наташка, закатывая глаза. — Там такое…

— Какая самая популярная? — усмехнулась я. — На что ставили?

Наташка хмыкнула.

— Ну, во-первых, большинство уверено, что ты в отпуске с Демидом. Мол, укатили на райские острова и забили на всех.

— Серьёзно? — удивилась я.

— Ага. Лена из бухгалтерии даже ставку сделала, что вы вернётесь с кольцами.

Я невольно улыбнулась.

— А во-вторых? — спросила я.

— Во-вторых, есть версия, что ты уволилась из-за любовной драмы, — Наташка покосилась на меня. — Ну, после той истории с Марией.

— И кто так считает?

— Да Катька с Кариной, кто же ещё. Они до сих пор языками чешут.

— А ты что? — спросила я.

— А я молчу, — гордо заявила Наташка. — Я могила. Пусть гадают.

Мы рассмеялись.

— А Кир? — спросила я. — Он что говорит?

— Кир вообще молчит, — фыркнула Наташка. — Сказал, что не будет участвовать в этом балагане. Но я-то знаю — он просто боится, что я ему потом яйца откручу.

— Правильно боится, — усмехнулась я.

Мы шли по аллее, и я чувствовала, как напряжение понемногу отпускает. С ней было легко. Просто гулять и болтать.

— А на самом деле что? — спросила Наташка. — Скажешь им когда-нибудь?

— Не знаю, — ответила я. — Может, когда живот появится. Тогда и так увидят.

— Ой, Лизка, — Наташка схватила меня за руку. — Представляю их лица! Особенно Катьку с Кариной!

— Ага, — улыбнулась я. — Будет весело.

Мы вышли к пруду и сели на скамейку. Где-то вдалеке играла музыка, смеялись дети. А я сидела и думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё неделю назад я была в аду, а сегодня — гуляю с подругой, внутри меня две маленькие жизни, и я почти счастлива.

Выходные тянулись медленно.

Наташка с Кириллом уехали в субботу утром из города, наобещав звонить каждый час. Я осталась одна в Москкве, с двумя маленькими сердцами внутри и бесконечными мыслями в голове.

Я сидела на диване, пила чай и смотрела в одну точку. Телефон молчал. Но я знала — он там. Ждёт.

Вечером пришло сообщение.

Демид: Как ты?

Я смотрела на экран. Простое «как ты?», а в груди всё перевернулось.