Чтение онлайн

— Почти ничего, — слегка приуныла Эми. — Этот говнюк уехал с любовницей. Об этом мне рассказала Хелена — она видела их на автостанции. Теперь ведь у подонка нет автомобиля, чтобы возить задницу этой стервы.

— Хелена? — заинтересованно поинтересовалась Сэм. — Это та блондинка, у которой муж-банкир-тиран и который старше нее на пятнадцать лет?

— Точно, это та самая девушка, с которой у тебя осталась дружба после родов, — вспомнила я.

— Не думаю, что особу, которая в двадцать семь лет имеет двух сыновей и дочку можно назвать девушкой, — улыбнулась Саманта. — Скорее она состоявшаяся женщина. Даже более состоявшаяся, нежели я в свои сорок.

— Ничего, ты скоро тоже извлечешь из себя человека, — успокоительно похлопала по плечу Саманту я.

— Тем не менее. Когда я увидела результаты теста на беременность, я почувствовала себя семнадцатилетней девахой, залетевшей из-за непрочитанной инструкции по пользованию презервативами. Так что там с Хеленой?

— В общем, она в курсе моей ситуации, а я в курсе её. Поэтому когда она увидела этого козла с его шлюхой, она сразу набрала меня.

— А что у нее за ситуация? — приподняла бровь я.

— Я ведь уже говорила, что у нее муж — тиран? — спросила Эми и мы с Самантой дружно кивнули головами, после чего она продолжила. — Хелена вышла за него замуж, как сейчас многие любят говорить — по молодости по глупости. Он осыпал её дорогими подарками, красиво ухаживал и уже спустя три месяца после знакомства сделал ей предложение. Девушка достаточно быстро решилась на столь опрометчивый шаг и вот у нее уже есть трое детей и богатый муж, который избивает её на почве ревности к каждому прохожему. А ведь Хелена вполне себе красивая женщина, так что без внимания мужчин никогда не оставалась. Немногим более двух недель назад какой-то идиот в кафе решил, будто она — дочь своего мужа, и сделал ей комплимент в его присутствии. В итоге этот тиран привез её домой, вырубил одной пощечиной и отправился в свой кабинет, чтобы напиться в стельку. Она очнулась лишь на следующее утро и обнаружила своего благоверного мертвым в его кабинете. Оказалось, что её благоверный перенервничал и его схватил сердечный приступ. Уровень алкоголя в крови лишь усугубил ситуацию и окончательно прикончил беднягу. Такое утверждение выдала посмертная экспертиза.

— Какой ужас, — гулко выдохнула Сэм. — Ему ведь было всего лишь сорок два?

— Да. Теперь Хелена осталась с двумя сыновьями шести и трех лет, и девятимесячной дочкой на руках. Но я бы не сказала, что она в разбитом состоянии. Её больше никто не избивает и не унижает, она может самостоятельно подбирать себе гардероб, выбирать продукты к обеду и видеться с родственниками.

— Он что, запрещал ей видеться с родственниками?!

— У нее достаточно бедная семья и он не хотел, чтобы кто-то из его партнеров узнал, что он породнился с бедняками. Из родственников у Хелены есть отец — водитель автобуса и младшая сестра — продавец в магазине женского белья. Они живут в разваливающейся, маленькой квартирке, на улице нашего деда. В общем теперь, когда Хелена стала вдовой с миллионами на счету и единоличной хозяйкой бизнеса, основанного на производстве декоративного камня, она впервые сможет потратиться на родственников. В ближайшем будущем она планирует со всей семьей выбраться на Карибские острова, купить родным по дому и еще лет пятьдесят есть исключительно черную икру на завтрак.

— У нее и вправду так много денег? — удивилась Сэм.

— Ну, её муж оставил после себя три квартиры в Лондоне, двухэтажный коттедж в нашем городе на Б***-стрит, особняк под Йорком с участком в пятьдесят гектар и феррари стоимостью в триста двадцать тысяч долларов. О его бизнесе я уже говорила.

Сэм только и смогла, что продолжительно просвистеть.

— Кстати, она приглашала меня сходить с ней завтра в клуб. Хелена оставит детей с отцом и сестрой, а я подумываю оставить Джесс с кем-то из вас, потому что родители завтра едут в соседний город, чтобы лицезреть игру Дина и Элис. Не хочу их просить, они и так вернутся достаточно поздно, и будут хотеть выспаться, а Джесс просыпается минимум трижды за ночь…

— Эмм… — сразу же замялась Сэм. — Я могу с ней посидеть до десяти часов вечера. Просто я еще неделю назад пообещала Дэвиду, что завтра пойду с ним на свидание.

— Правда? — заулыбалась Эми. — И куда же вы пойдете?

— На кухню.

— На кухню? — удивленно засмеялась я.

— Вся прелесть семейных отношений, — довольно вздохнула Сэм. — Теперь наши свидания чаще всего проходят на кухне, а шеф-повар готовит исключительно диетическое тушеное мясо.

— Крутой у тебя шеф повар, — улыбнулась я. — Тогда выходит, что с Джесс сидеть мне? Я не против, но… Ты что, перед уходом в клуб нацедишь мне в бутылочку грудного молока?

— С этим проблемка, — поджала губы Эми.

— На фоне стресса у нее пропало молоко, — пояснила мне Саманта. — Уже неделю как прикармливаем Джессику дорогостоящими смесями. Пока всё неплохо выходит.

— Прости, я не знала.

— Брось, у тебя своего стресса хватает.

После этих слов я вдруг поняла, как Эми за прошедший год изменилась. Она прекратила думать только о своих болячках и проблемах, прощая окружающим их зацикленность на собственных травмах.

— Со скольки до скольки с ней нужно посидеть?

— В восемь Хелена заедет за мной. Думаю, что задержусь максимум до часа ночи.

— Оторвись там по полной, — хихикнула Сэм.

— В конце концов, мы ведь должны продолжать жить после крушения, ведь так? — грустновато-весело улыбнулась Эмилия, приподняв правую бровь. — И если для этого Глории необходимо снова стать няней Олдриджа, а мне впервые за прошедшие два года сходить в клуб — так тому и быть.

Глава 40. «Холосо»

— Как прошли последние сутки? — поинтересовалась я у Роланда, стоящего передо мной в своем кабинете. Мы договорились, что я буду работать без выходных, поэтому, не смотря на то, что сегодня было воскресенье, я предстала перед своим работодателем во всей своей «красе». Это не должно было продлиться дольше двух недель (только до получения результатов ДНК-теста на отцовство), так что я была не против отмены пары своих бесполезных выходных. Тем более мы договорились о прежней ставке — двадцать фунтов в час. При этом моё рабочее время резко увеличилось, в связи с отсутствием помощи в лице Доротеи, и теперь я работала с девяти утра до десяти вечера. Иными словами — с момента пробуждения и до момента сна девочки.

— Мне пришлось спать на полу, — поджав губы, ответил на мой вопрос Роланд.

— В смысле?

— В прямом. Я ведь уже говорил, что после того, как я покинул поместье, оно пришло в полное запустение. С основными комнатами я разобрался, но комнаты для гостей всё еще находятся в запущенном состоянии. Единственной жилой спальней является моя и комната Джонатана. Не мог же я его потеснить. В итоге пришлось уложить её в свою кровать, а самому корячиться на софе до тех пор, пока я не психанул и не лег на пол. С утра я проснулся от дикого рёва, исходящего со стороны кровати, но источник удалось найти лишь спустя несколько минут. Оказалось, что она запуталась в одеяле, подоткнутом под матрас, и висела в нем всего в паре сантиметрах от пола. Пока я распутал орущий ком, эта сирена едва меня не оглушила. Хорошо еще, что она дотерпела до туалета и не намочила мне кровать. Мне пришлось держать её над унитазом, Глория! Это непередаваемые эмоции ужаса. Я боялся, что случайно уроню её и спущу в канализацию. Мне кажется, что я рискую поседеть за эти две недели… Сегодня же купи хренов горшок и установи его у изголовья моей кровати, — впервые при мне произнес слово «хренов» Олдридж. — Сразу после завтрака возьми ключи от машины и отправляйся с девочкой в Лондон. Купи ей одежду, игрушки — в общем всё, что только нужно для того, чтобы она не плакала. И не забудь приобрести затычку или хотя бы глушитель звука.

— Хорошо, — усмехнувшись, ответила я взвинченному собеседнику и уже хотела выйти, но вдруг вспомнила цель своего прихода к нему в кабинет. — Вообще-то я хотела отпроситься на сегодня…

— Нет-нет-нет!

— Увы. Эми впервые за последний год решила выбраться из дома и сходить в клуб с подругой, а Джесс не с кем оставить, так что…

— Ты без ножа режешь меня на кусочки.

*

Когда я увидела зареванное лицо Софи, я поняла, что Роланд действительно не смог с ней поладить. Девочка с опаской смотрела на него, явно подозревая, что этот мужик пытался прикончить её с утра пораньше, а вовсе не спасти. Во время завтрака Софи неохотно поковыряла геркулесовую кашу, и мы пришли к выводу, что Роланд в срочном порядке должен либо научиться готовить что-то более съедобное нежели кашу-размазню, сомнительный опыт приготовления которой остался у него еще со студенческих времен, либо всё-таки выписать себе повара. В итоге Роланд пообещал разобраться со штатом прислуги в течение ближайших суток, после чего я собралась с Софи в Лондон, как вдруг обнаружила, что у нас нет детского сиденья. Так и не вспомнив, где именно в нашем городе можно его купить, мы решили попросить Джонатана съездить к Эми и одолжить кресло у нее (благо ей подарили на свадьбу — а она еще сопротивлялась!). В итоге мы с Роландом железобетонно пристегнули Софи к креслу вместе с её медведем, которого она не выпускала из рук, после чего Олдридж вручил мне карточку. Он явно не желал, чтобы мы вернулись в скором времени, уверяя меня в том, что на счету хватит средств минимум на нашу недельную отлучку на Багамы, отчего мы можем не спешить и вообще застрять где-нибудь в пробке на краю света.

В итоге мы вернулись из Лондона в шесть часов вечера, обе в совершенно измученном состоянии. Оказалось, что дети чаще взрослых хотят в туалет, которого никогда нет под рукой и к которому необходимо бежать через толпу, чтобы ребенок не надул в штаны прежде, чем ты встанешь с ним в раскорячку над унитазом. Или еще он может уснуть на ходу. Вы сидите в кафе, доедаете омлет, а он бац — отключился. Пришлось ждать ровно сорок семь минут, пока Софи проснется, так как будить её не было смысла — всё равно ей хотелось бы спать, а у нас еще и половина вещей из списка была не куплена. Для того, чтобы нас не выгнали из кафе, мне пришлось поочередно дозаказать две дополнительные порции мороженого у достаточно нервной официантки, которой я решила не оставлять чаевые за вредность. Смотря на уставшую Софи, я решила ограничиться одеждой, обувью, горшком и питанием, вспомнив об игрушках лишь после выезда из Лондона. Но поезд к этому времени был упущен, так что игрушки откладывались до следующего раза.