Чтение онлайн

Пока он говорил, люди повставали с мест и обступили визитёра полукругом.

– Кто вы такие? Кто вы такой? – спросил капитан землян. – Почему вы выглядите как человек?

– Не человек, всего лишь проводник. Форма упаковки информации, не более. Моё тело есть симбиоз первичных кодов каждого из вас. Если бы у вас родился общий на всех ребёнок, он мог бы вырасти таким, как я. Буду стараться оперировать знакомыми и привычными вам терминами и названиями. По нашему опыту это серьёзно облегчает процесс общения с недоразвитыми видами.

– Что же вы нас спасли тогда, раз мы недоразвитые?! – буркнул один из космонавтов.

– Мы вас не спасаем. Мы вас, – он как будто подбирал слово, – прокачаем, поможем преодолеть барьеры в сознании. И после этого в другой раз, возможно, вы сами себя спасёте и не только себя. Обычная процедура в таком случае.

– В каком случае?! – не унимался помощник капитана.

– В таком! – проводник кивком указал на Землю, ставшую похожей на грязный футбольный мяч.

– И кем мы станем в итоге, как я предполагаю, после … перерождения … ну или смерти? Ангелами? Демонами? – спросила Лиза, одна из женщин-космонавтов.

– Нет, форму жизни мы менять не станем, вы останетесь людьми, просто с небольшим тюнингом и исходным предназначением. Модифицируем только сознание. Вы сможете выбрать дар и способности, обучиться чему захотите и когда будете готовы, переродитесь в период новой версии юности вашего вида в составе комплекса мер, направленных на эволюцию человечества. Вы не вспомните Элекур-Одор, но будете видеть Мир таким, каков он есть. Бесполезно сейчас говорить больше, по прибытию вы сами всё поймёте, – проводник силой жеста усадил людей на возникшие за их спинами ложа – затейливые гамаки из переплетённых между собой ароматных зелёных лиан. Мягкие тонкие ростки быстро стали обвивать человеческие тела, не причиняя при этом особого дискомфорта.

– Что вы там говорили про сохранность при транспортировке? – спросил капитан и безуспешно попытался высвободится.

Проводник выдержал паузу и безапелляционно приказал:

– Спите!

Место действия: непознанное людьми пространство

Время действия: вторая половина двадцать

первого века по летоисчислению людей

Капитан принял вертикальное положение и, бормоча «А по утру они проснулись», отыскал взглядом Анну, одну из женщин-космонавтов, собственно, из-за которой он и согласился на туристические полёты.

Он разглядел её сидящей на площадке, которой заканчивался огромный каменный стержень, столб, основанием своим уходивший куда-то вглубь – насколько глубоко – взглядом определить не удавалось. Всего было девять таких столбов, расположенных между собой в хаотичном порядке, на каждом находился человек: весь экипаж и туристы. «Живы пока» – подумал капитан и осмотрелся. Было тихо и прохладно. Вдруг от поверхности, на которой он стоял, что-то с лёгким шуршанием стало отслаиваться. Очень скоро вокруг людей над каждым каменным стержнем дрейфовало скопление небольших – с ладонь или ещё меньше – рваных клочьев тумана. Очень медленно по причудливым траекториям они устремлялись вверх. Плотность тумана делала его помехой для зрения, и капитан двинулся к краю своей площадки, потому что там туман постепенно разряжался и таял, а в пространстве между каменными стержнями его и вовсе не было. Снизу, оттуда, куда уходили эти столбы, всё было подсвечено жёлто-красно-оранжевым заревом. Приблизиться вплотную к краю не удавалось – жар из глубины мчался ввысь, создавая вблизи этого потока невыносимую для человеческого тела температуру. Сильно замёрзли ноги. Трудно было поверить, что на площадке диаметром не больше пятидесяти метров возможны столь резкие перепады температуры. Пока мысли об этом занимали голову капитана, пространство в паре метров над ней с шелестом разорвалось, распахнулось подобно глазному веку и внутри него появилась черная фигура в балахоне с накинутым на лицо капюшоном. Фигура располагалась в плоскости, параллельной каменной площадке, на которой стоял человек.

Капитан запрокинул голову и повернулся телом так, чтобы видеть фигуру напротив и лицом к лицу:

– Ну всё по классике! – бесстрастно заметил он и крикнул фигуре. – А коса-то где?

– Вот почему опять коса?! С чего вы это берёте?! – возмутилась фигура. – Будто мало того, что вы нас боитесь, так ещё и косу эту…

«Вот это поворот», – мелькнуло в голове у капитана.

– И не говори! – поддержала его Смерть. – По мне, так всё дело в том, что ваш вид изначально обречён, вы это осознаёте и вас это ужасает. Потому и боитесь.

«Мысли читаешь», – молча ухмыльнулся капитан.

– Не только, – сказала Смерть. – Спросить что-нибудь хочешь?

– А ты что, на все вопросы ответы знаешь?

– Не на все. На твои может и знаю. Ты спроси.

Пока капитан призадумался, Смерть сказала:

– Ляг ты уже, а то шея затечёт. Общаться удобнее будет, да и процедурой положено.

– Ну давай тогда сперва про процедуру, – скомандовал капитан и расположился на холодном камне, запрокидывая за голову обе руки и положа ногу на ногу.

Смерть перемещалась туда-сюда внутри пространственного разрыва и тоном терпеливого учителя объясняла:

– Всё просто. Когда в организме случается фатальная ошибка, требуется отделить сознательный дух от материи и доставить его на планету, культивирующую данный вид жизни для дальнейшей обработки. Этот процесс вы называете смертью, ну и нас заодно.

– То есть вас много? – уточнил капитан.

– Много. Но вас в разы больше, – ответила Смерть. – Я принадлежу к одному из исходных видов. В силу того, что мы относимся к неорганическим формам жизни и обладаем врождёнными способностями к вмещению информации извне, наше служение заключается в транспортировке сознания представителей органических видов с момента фатальной поломки до перераспределения. По своей природе мы способны перемещаться везде: между всеми мирами и измерениями без применения порталов посредством лишь собственной воли, ведомые Миром.

– Просто скажи мне по-простому, в чём суть?

– Когда мне надоест отвечать на твои вопросы, я впитаю, соберу твой сознательный дух и пропущу его внутри себя через лабиринт мембран, который проанализирует твоё обратное впечатление – впечатление, полученное от тебя Миром. Бог дал, Бог взял, как вы любите говорить. Анализ покажет, может ли твоя жизнь быть основанием для сохранения целостности сознания, или оно будет переработано для дальнейшего использования. Я доставлю тебя на Границу. Граница опоясывает Элекур-Одор – это планета, культивирующая людей – и делит его на две зоны. В одной живут демоны, их служение заключается в обнаружении, переработке негодной информации и манипулировании ею. В другой части планеты живут ангелы, чья функция заключается в поддержании условий для наделения сознанием вновь рождающихся организмов на культивируемой планете. И те, и другие вхожи в Космос и подчиняются назначенным богам человечества. На границе я извлеку тебя и передам либо тем, либо другим, кто возьмёт. На сим моя задача относительно тебя будет выполнена. Вы все до сих пор живы только для того, чтобы иметь способность впитать нужную информацию, мёртвым это не дано. Если бы ты был мёртв при нашей встрече, вместо тебя я передал бы им лишь небольшой сгусток твоего обратного впечатления. Но с вами шестью придётся повозиться. Вас намерены наделить предназначением. Так что есть ради чего похлопотать. – Смерть замолчала и застыла на месте. – Вопросы?

– Почему «с вами шестью»? Нас же девять.

– Было девять, осталось шесть. Вы слишком впечатлительны, буквально до смерти. Ещё вопросы?

– Что сейчас с ней?

– С кем? – повеселев, спросила Смерть.

– С Аней, – сказал капитан и посмотрел в сторону столба, на котором её видел.

– Непростую женщину ты выбрал, капитан. У Анны уже есть предназначение, она рождена волшебницей.

Капитан вскинул брови и пристально посмотрел на собеседника, потом на Анну и снова на Смерть. Пауза затянулась. Капитан развел руками и спросил:

– Ну хорошо… что это значит?

– В другом случае ничего бы не значило, но она тоже тебя выбрала, а волшебницы кого попало не выбирают. В каждом из нас заложен запас прочности, каждый может выдержать инъекцию своим обратным впечатлением, если он живет по Общему Закону Мира. Изначально все ваши религии задумывались, чтобы воспитать в людях мотивацию к этому. Но вы всегда подменяете ценности своего общества тем, что выгодно лишь ничтожно малой его части. Не бережёте вы свой вид, себя не бережёте. А с ней всё хорошо, насколько мне известно. Мы отвлеклись, вернёмся к процедуре. Есть ещё вопросы?