Чтение онлайн

Если так, то наверняка в общем зале будут слоняться призванные даэдра или големы. Или та же нежить, в Братстве всегда было много некромантов. Вот в этой комнате, скорее всего, поселиться управляющий гнездом, а также, возможно, его ближайший помощник. Сколько именно, можно узнать по числу кроватей. Впрочем, учти, — если помощник женщина, кровать может быть только одна. Управляющего надо убить обязательно, именно через него гнездо получает приказы от Чёрной руки. Здесь, в этой большой длинной комнате, скорее всего, будут спать члены Братства, не занятые на дежурстве. Хотя не факт, — возможно, они устроят здесь тренировочный зал. Не могу сказать точно, сколько всего там народа, но рассчитывай, как минимум, на полтора десятка. А лучше на два. И ещё вот эта маленькая комнатка, не забудь про неё. Там, скорее всего, устроили какую-нибудь кладовку, но всё равно стоит контролировать эту дверь, когда будешь очищать общий зал, что б в спину не надуло чем-то острым и железным. Вот через этот коридор можно попасть на наблюдательный пункт, из него просматриваются сразу два подхода к убежищу. Третий подход контролируется непосредственно из комнаты, которая прилегает к выходу. Почти наверняка в этой комнате и на наблюдательном посту будут дежурить арбалетчики или лучники.

Спуститься из-под потолка к нужному мне лазу, не потревожив поверхность воды и не шумнув, оказалось нетривиальной задачей. Я подтянулся поближе к стене, перекинул через трубу верёвку и повис на ней, ухватившись сразу за две сведённые вместе половинки. Самое пикантное заключалось в том, что на верёвку действие заклинания невидимости не распространялась. Оставалось молиться всем известным мне богам, чтобы её не заметили из наблюдательного пункта. К счастью, факелов на этой стороне не было, да и сам этот участок стены не было видно из тоннеля, — он скрывался за углом. Спустившись вниз головой до нужного уровня, я принялся тихонько раскачиваться, чтобы достать до располагающегося чуть в стороне лаза. Вниз головой, — это чтобы иметь возможность исследовать вход в лаз на предмет возможных ловушек. Исполнение подобного рода трюков, — это ещё одна из вещей, которыми я занимался последние две недели. Ловушек я не обнаружил. Сигнальных чар тоже, — мне выдали колечко с соответствующими наложенными чарами в качестве одного из пунктов материальной помощи. Помимо спящей магии, с помощью колечка можно было обнаруживать также скрытые в толще стен механизмы. Ну, что ж, если я сейчас ошибусь, то света солнца больше не увижу. Перевернувшись, вися на верёвке, в положения «головой вверх», я собрался с духом и зацепился ногами за вход в лаз, а потом протиснул туда нижнюю половину тела. Ничего не случилось. Я сдернул с трубы верёвку, отпустив одну из её половин, и, аккуратно смотав, спрятал её в специальный карман на рубахе. Ещё пригодиться. Рубаху с множеством таких карманов мне также выдали на время выполнения миссии. Однако вспотел я тут со всеми этими акробатическими трюками в своих кожаных с хитином доспехах. Надеюсь, меня не обнаружат по запаху. С нежити станется.

Задним умом мы все крепки. Вот и я сейчас задним умом понимал, что не стоили влезать в лаз ногами вперёд. Догадались? Верно, ползти по нему пришлось так же. По трубе диаметром от силы полметра. Мало того, что это было дико неудобно, и куртка постоянно норовила задраться в район груди. Так ещё и ничего не видно. Я не говорю уж об обнаружении ловушек, я просто не видел, куда ползу, и сколько ещё осталось. Ответвление я элементарно пропустил. Понял это, когда упёрся подошвами сапог в решётку. Как всё-таки хорошо, что это был неиспользуемый сток. Там, где вода протекала чаще, чем раз в неделю, нижняя часть трубы была покрыта противной слизью, а всё остальное поросло белесым лишайником. Здесь же я смог избежать тесного знакомства с канализационной флорой. Возвращаться назад пришлось совсем недолго, — буквально пару метров. Преодолев половину этого расстояния, я понял, что чудом не вляпался в магическую ловушку. Стоило бы мне неловко махнуть рукой во время первого проползания перекрёстка, — и здравствуй, пушной зверёк. Добравшись до ответвления и переведя дух, я извлёк ещё один артефакт, — выточенную из аметиста восьмигранную призму около десяти сантиметров длинной и толщиной в мой большой палец. Эффект у куска прозрачного камня присутствовал только один — он очень хорошо, а, самое главное, незаметно для окружающих, отбирал энергию у ранее наложенных на различные предметы чар. Спустя пять минут сигнальное заклинание потеряло всякую силу. Уже перед самым проломом обнаружилось ещё одно заклинание, аналогичное предыдущему, а заодно установленная поперёк лаза растяжка. Я уже готов был перерезать последнюю, когда обнаружил, что растяжка была с секретом, — через неё струился поток магической энергии, подпитываемый из расположенного где-то снаружи трубы артефакта. И просто «разрядить» этот артефакт, скорее всего, не получится — магический поток уходил куда-то вглубь стены, и я готов был съесть собственный шлем, если его прекращение не заметят. К счастью, над растяжкой оставалось достаточно свободного пространства, и я просто прополз мимо, умудрившись её не потревожить.

Спустя пару минут, отдохнув и повторно накинув на себя заклинание невидимости, я выглянул из пролома наружу.

Мрак. Холод. Трепещущий огонь факелов мимолётно вырывает из темноты покрытые причудливо изогнутыми линиями барельефов каменные стены. Чуть слышное дыхание сопровождающих за спиной, шорох их одежд и отдающиеся под высокими сводчатыми потолками эхом шаги. Странной формы каменная пластина вместо обычной двери. Скрежет заржавелых петель. Дуновение ветра, заполошно вскинувшийся огонь, метнувшиеся по неправильным углам тени.

— Входи, Совиза. — Тихо прошептала закутанная в бесформенный серый балахон фигура из скрывающегося в полумраке угла небольшой комнатки.

— Слушаюсь, Мать. — Негромко ответила женщина в кожаных доспехах и опустилась перед фигурой на колени.

— Тяжелые времена для Братства. Гнездо в Вивеке разорено, все птенцы убиты вместе с наседкой. Догадываешься, почему ты здесь?

— Да, Мать. Я — единственная, кто остался в живых.

— Верно. — Из-под глубокого капюшона послышался смешок. — Самый неопытный, едва оперившийся птенец — единственный, кто остался в живых. Погиб Глашатай, верой и правдой служивший Руке вот уже тридцать лет. Погибли братья. Погибли трое ящеров, специально прибывших из Аргонии, чтобы помочь гнезду выполнить этот злополучный контракт. Погиб наш весельчак-орк, в честном бою не уступивший никому доселе. А ты жива. Как ты объяснишь это?

— Мать, меня не было в гнезде, когда это случилось. — Женщина замолчала, ожидая ответа. Секунды текли, но фигура в тёмном углу безмолвствовала. И вот, когда Совиза уже набрала в лёгкие воздух, чтобы продолжить, послышался ответ.

— И ты думаешь, тебя это оправдывает? Наоборот, это ставит тебя под подозрение больше, чем что-либо другое. Почему ты покинула убежище в одиночку?

— Таков был приказ Дуруса.

— Называй его «Глашатай». — Перебили её.

— Таков был приказ Глашатая. — Вздохнув, поправилась Совиза. — Я должна была проследить за Кроликом. Тем, за чью жизнь назначили тот контракт…

— Я знаю, кто такой Кролик. — Впервые с начала разговора в голосе проявились какие-то оттенки эмоций. — Продолжай.

— Глашатай полагал, что Кролик связался с Мораг Тонг. Нужно было новое лицо, которое бы не знали прознатчики Непокорившихся. Братья из Аргонии были слишком заметны, остальные могли быть уже засвеченными. Выбрали меня как самую молодую в гнезде. Поэтому же я была одна.

— Ты нашла Кролика?

— Нет, Мать. Непокорившиеся хорошо прятали его.

— Кролик уже две недели в Вивеке! И вы не нашли его?!! — Громко, почти в голос прошептала фигура.

— Нет, Мать. Глашатай полагал, что он не покидал логово Мораг Тонг всё это время.

— Я начинаю сомневаться в профессионализме Дуруса. — Вздохнула фигура. — Хотя, если он позволил себя убить, какие ещё могут быть сомнения. Когда ты вернулась в Гнездо?

— Под утро, Мать. Дверь была заперта, на условный стук никто не отзывался. Другие двери тоже были заперты. Я воспользовалась лазом в трубе.

— Ловушки в трубе были потревожены? — Перебила её фигура.

— Нить была цела.

— А чары? Ах, да, ты же не маг. Ладно, продолжай.

— Ловушка была цела, Мать, но пыль в трубе и снаружи возле пролома была стёрта, как будто там кто-то проползал. — Совиза замолчала, ожидая комментарий, но, не дождавшись, продолжила. — В зале были следы схватки. Все братья лежали мёртвые. Пятеро из них погибли во сне, остальным размозжили голову чем-то тяжелым, вроде булавы. Углук тоже погиб в бою, все его доспехи были искорёжены, меч сломан. На полу валялось несколько стрел и арбалетных болтов, некоторые были сломаны. Скелеты-стражи тоже были сокрушены.

— Упокоены?

— Да, над ними провели обряд. И ещё. Те братья, кто погиб во сне, у них у всех на теле остались маленькие ранки, как от дротика. Такая же ранка была на шее у Ринталаеля, у единственного из погибших не в своей собственной постели. Других ран на теле мага не было. Рядом на полу валялся ключ-камень дреморы. Разбитый.

— Тела с ранками от дротика лежали в общем зале?

— Да, Мать.

— То есть некто пробрался по лазу, не потревожив ловушки, убил Ринталаеля и ещё пятерых при помощи дротика и разбил ключ-камень. — Бормоча под нос, принялась рассуждать про себя Мать. — Дремора вышел из-под контроля и начал убивать всех вокруг. Но тогда бы дремора убил и того, кто разбил камень. К тому же дреморе не под силу было убить Углука. Не вяжется. И кто после всего этого смог бы провести ритуал над нежитью? И собрать обратно дротики? Нет, это какая-то хитрая уловка. Кто бы это ни сделал, он пытается УБЕДИТЬ нас, что всё дело во взбесившемся дреморе. Возможно, братья умерли от яда, например, подмешанного в еду. Мага и ещё пятерых таким путём умертвить не удалось, пришлось воспользоваться дротиками с быстродействующим ядом. Потом инсценировали бурную схватку…

— Что мне делать, Мать? — Нерешительно спросила женщина, когда фигура под балахоном, наконец, замолкла.

— Что? Ах, да, Совиза, что тебе делать… Ещё один вопрос. Что случилось с Нитями?

— Нитями, Мать?

— Значит, ты не знаешь о нитях Сангвина? Я говорю о зачарованных поясах, которые носили Глашатай и старшие Братья.

— Я… Я не обратила внимания, Мать. Извини.

— Не обратила, значит… Ну что ж. Вот моё решение. Боюсь, деточка, тебе придётся лично дать нашему отцу Ситису отчёт о случившемся. Я не могу доверять тебе после всего, что случилось. И не могу отпустить тебя, учитывая, сколько всего ты знаешь.