Попытка искупления
Шрифт:
– Хорошо, я могу всегда спорить с тобой, если тебе так будет комфортнее, – смеюсь я, обнимая его за шею.
Он пробегает кончиками пальцев по моей щеке, такое нежное прикосновение вызывает у меня головокружение с кончиков пальцев до макушки головы.
– Мне нравится твоя покорность, – признается Куинн, играя своим колечком в губе.
Мое лицо начинает гореть, когда я вспоминаю насколько могу быть покорной. Надо перестать думать об этом, иначе мое сердце не выдержит таких напряжений.
– Ох, Рэд, – шепчет Куинн, его лицо напротив моего. – Ты – плохая, плохая девчонка, – он пристально смотрит на мои губы.
***
Наш план состоит в том, чтобы напоить Джастина. Но вначале мне нужно заплатить за прием Лаки. Ветеринарная клиника как раз находится по пути к бару. И мне кажется, мой отец может увидеть меня, если, как ястреб, будет следить за клиникой.
Воздух между нами тремя настолько сгустился, что его можно резать ножом. Я не могу дождаться момента, когда этот вечер закончится, и как можно быстрее мы расколем Джастина, который совсем нехотя согласился идти с нами.
Когда вхожу в больницу, запах антисептика ударяет в нос. Я не могу дождаться момента, когда Лаки выпишут из этой стерильной зоны. Медсестра, которая больше похожа на молодую студентку, предлагает вывезти Лаки на улицу, потому что ему нужен туалет. Даже не понимаю, что подпрыгиваю на одном месте, пока не услышала, как Куинн хихикает надо мной, беря за руку.
Дверь распахивается, и появляется лохматый Лаки с перевязанной через подмышку лапой. И он живой, только это имеет значение. Когда он ловит нас взглядом, на своих трех здоровых ногах он буксует по линолеуму, стараясь добежать до меня и Куинна.
Такая картина греет мою душу, я опускаюсь на одно колено и раскрываю объятия для него. – Давай, дружок, – говорю я ласково, машу ему. Но он останавливается на полпути, его шерсть вздымается. Лаки пригнулся и рычит, смотрит на того, кто за моей спиной.
– Лаки? – смотрю я на Куинна.
Куинн пожимает плечами, он также не понимает, что случилось.
Лаки делает шаг назад, он обнажает зубы и начинает лаять. И тут я замечаю, что он отходит именно от... Джастина.
Джастин неудобно мнется сзади меня. Я не понимаю.
– Это нормально? – спрашиваю я медсестру. – Он раньше никогда не вел себя подобным образом.
– Я не уверена, это может быть из-за действия лекарств, он немного сердитый. Я отведу его обратно, – извиняющим тоном произносит она, дергая за поводок Лаки.
– Я просто подожду снаружи, – говорит Джастин, разворачивается и быстро уходит. Мы с Куинном смотрим, друг на друга, совершенно сбитые с толку.
Не хочу озвучивать вслух мысли, крутящиеся в голове, потому что если не быть сумасшедшим эти теории трудно переварить.
– Некоторые напитки могут напоить очень быстро, – говорит Куинн, обнимая меня.
Больше я не могу не согласиться с ним.
***
Случайно выбранный бар предлагает нам дешевое пиво, которое подходит просто идеально. Ведь Джастин нужен нам «хорошенький», чтобы разболтал свои секреты.
Куинн ушел в бар за порцией напитков, он сделал это специально, чтобы я могла выудить какую-нибудь информацию от Джастина, который высасывает уже шестую бутылку пива.
– Итак, ты никогда мне не рассказывал про свою работу, – я мило улыбаюсь ему, в надежде, что он меня не расколет.
Определенно что-то с Джастином не так. Сегодня после реакции Лаки на него, я начинаю думать, что он имеет какое-то отношение к ранению моего пса. Если узнаю, что это правда, я все верну ему сполна, сломав нос.
– Ой, это слишком скучно, – машет рукой он, делая большой глоток пива.
– Давай, расскажи мне, – дразню его я, изо всех сил стараясь казаться обманчиво кокетливой.
Джастин смеется, он купился. – Ты могла бы сказать, что я занимаюсь возвратом, – ухмыляется он.
– Хм? Например машин? – спрашиваю я, поднимая бровь.
Джастин вяло улыбается мне. – Что-то вроде того.
Понятия не имею, что это значит, но я не так глупа, чтобы не уяснить, что он врет. За плечом Джастина могу видеть Куинна. Он внимательно наблюдает за нашим разговором, ждет, дам ли я ему знак, что появились проблемы. Едва заметно качаю головой, это еще не конец.
Решаю зайти с другой стороны, начинаю крутить подставку моего нетронутого пива. Джастин берет инициативу в свои руки, – Все в порядке?
Смотрю на него, пытаюсь изобразить свой самый невинный взгляд. Стараюсь сдержать эмоции при себе и говорю. – Я хочу поговорить с тобой.
– Да? О чем? – спрашивает он, внимательно разглядывая меня.
Все мое нутро противится этому, но мне приходится начать флиртовать, и я мурлычу. – Ты не выглядел слишком удивленным, когда я рассказала тебе ... о моем отце.
Наблюдаю за Джастином из-под полуопущенных век, ищу любые изменения в выражении лица, манере поведения хоть что-нибудь. Но он очень хорошо держит себя в руках.
– Да, верно, ты не удивила меня, Мия Маус, – отвечает он и удобно откидывается на стуле.
– Что это значит? – спрашиваю я, мысленно поднимаю руку вверх в успехе, я поймала его на крючок.
– Ты всегда была тем, кто нарушает правила, – неопределенно отвечает он.
– Стрелять в собственного отца немного больше, чем просто нарушать правила. Ну, это же нарушение закона, – произношу я, надеюсь, он заметил колкость в тоне моего голоса, когда смотрел на меня своим взглядом, который я не могу расшифровать.
Джастин пододвигается на стуле ближе ко мне с левой стороны. Я ясно вижу, что Куинн внимательно наблюдает за нами из бара. Он выглядит так, будто через пару секунд просто взорвется. И опять я тихо качаю ему головой, мне уже надоело играть в эти игры с Джастином. Хочу получить ответы.
– Мия, я уверен у тебя была веская причина, да? Имею в виду, что мы все делаем что-то вследствие определенных причин. И в тот момент выстрелить в отца было правильным решением. Я тебе здесь не судья... у меня есть свои демоны, с которыми нужно разобраться. Не могу судить других.
Джекпот.
– Какие демоны? – задаю я вопрос, приближаюсь к нему ближе и слегка дотрагиваюсь своей липкой ладонью до его сжатого кулака.
– Ах, у человека могут быть секреты, – говорит Джастин, наклоняется вперед, его губы всего в дюйме от моего уха. – Да и к тому же, я не думаю, что твой парень будет доволен, если я расскажу тебе свои самые глубокие мрачные тайны, – он наклоняется и вдыхает запах моих волос.