Чтение онлайн

На перекрёстке никого не было, ни души. Я стояла , озиралась вокруг и кричала " где ты, где ты?" А потом просто упала на дорогу, колотила по ней руками и ногами и выла. Я поняла, что у меня просто галлюцинации, не могло его быть здесь, он же был в армии и не где-нибудь, а в Воркуте.

Меня поднял пожилой мужчина, который тоже возвращался с работы домой. Он подошёл ко мне, помог мне встать, взял под руку и спросил, куда мне идти. Он понял, что я не пьяная, что у меня видимо горе ,хотя ни о чём не спрашивал больше, а просто проводил меня до калитки и пошёл дальше своей дорогой.

Дома мать, увидев меня, просто испугалась. Видимо вид у меня был дикий. Я ничего не могла объяснить, просто взахлёб рыдала. Рассказала я ей всё назавтра.

Ровно через неделю, уже после Новогоднего праздника галлюцинации повторились. Только по- другому.

Туалет у нас был уличный, бегать в него зимой ночью холодновато, поэтому этим целям, простите за подробности, служило ведро в террасе. Утром его выливали и мыли.

Я готовилась ко сну и собралась сбегать в туалет, то есть на террасу, а заодно зачерпнуть из бака воды, для утреннего умывания её ставили на печь до утра, чтобы не была ледяной.

Открыв дверь и переступив порог, я прямо перед собой за окном увидела его. Он стоял и напряжённо всматривался в окно, а увидев меня улыбнулся и махнул рукой, позвал. Я метнулась в дом, накинуть валенки, ведь зима, мороз, я в тапках и кофте, и пальтишко.

Пока я бегала, пока открывала две двери он исчез, но я явственно слышала шаги и стук закрывшейся калитки. Метнулась к ней, калитка на запоре, открыла выскочила на улицу, никого нет, даже прохожих не видно." Спрятался за сугроб", подумала я.

В общем я металась по улице и кричала, звала его. Потом поникнув головой пошла домой. Мать спросила меня, куда я бегала. Со слезами ей рассказала.

"Подожди,- оборвала меня мать- покажи мне, где он стоял".

Я бросилась обратно и показала , а мать зажгла свет в террасе и спросила меня " ну и где следы? Если бы он или кто-либо стоял, здесь были бы следы. И потом ты знаешь, Пушиха его не любит, она бы лаяла, а она молчала.

Вот так, снова и зрительные и слуховые галлюцинации. Это уже настораживало. Мама стала бояться, что у меня появились отклонения в психике.

Сам Новый год, я встречала на работе, специально напросилась в ночную смену, хотя мне было нельзя, но начальник согласилась, один раз сделать снисхождение. Работали не втроём, а усиленной сменой, шесть человек из-за большого объёма работы. Две Гали, я Зинаида, Валюшка и Ольга.

Зинаида и одна из Галин сидели на двух аппаратах сгоняли работу на Москву, мы с Галей второй занимались приёмом и расклейкой. И Ольга с Валей пуншировкой привезённых из отделений.

Около 12 девчонки из Москвы просигналили, что на 20 минут берём перерыв, отметить Новый год. Они там в Москве, мы тут у себя выпили шампанского. С нами были два дежурных механика и пришли два парня сверху с коммутатора, а также пришёл муж Зинаиды.

Посидели немного посмеялись, пошутили и снова за работу. Все были нормальными, кроме Галки маленькой. Она выходила в туалет и там выпила бутылочку коньяка, маленькую, принесённую с собой. Её и развезло. Она скоро уснула на столах возле аппаратов приёма из отделений, а мне пришлось работать на расклейке одной. Правда потом один из механиков Евгений Петрович, пришёл и сел мне помогать, чтобы не завалили работой, а то узнают про Галкины фокусы.

Вот именно она потом и попалась на пробивании перфоленты. Она любопытство ненужное проявила.

А со второй Галей мы были в очень хороших дружеских отношениях до моего отъезда из Серпухова.

В общем праздники проводить дома, я тоже не стремилась.

Вообще в тот период я даже к дедушке с бабушкой почти не ходила, не хотелось, чтобы меня жалели, или напоминали о том, что мы тебя предупреждали. Хотя может это я только так думала, а они ничего подобного делать не стали бы.

В общем жизнь я вела сумбурную.

В один из январских дней ко мне нагрянули в гости два соседа Кольки, друзья детства.Колька Коваленко, тот что отчудил на заводе со взрывом болванки и Колька Мошкунов. Они перед Новым годом только вернулись из армии и мы ещё не виделись, вот и повод для встречи. Они пришли с бутылкой водки, но я сказала, стол накрою, а пить увольте, не буду. Но они и не пытались меня спаивать, просто сидели говорили о том , о сём. Вспоминали детство.

Потом Колька Коваленко сказал" Вер ты помнишь, Валерка когда вернулся из армии, рассказывал нам , как в Грузии они танками бунт подавляли, и толпу давили в ущелье и женщин и детей, помнишь? "-" Помню!- тихо ответила я- а что?"

– А то-зло ответил Колька, -что я тоже этим занимался.

, - Ты? Где? Как?

– Вер, я же из Чехословакии-сказал Колька и заплакал.

Это было страшно. Он рассказывал, как они выполняли приказ, как потом стояли в школе, где их расположили, как по ним в ответ стреляли чехи, мстя за погибших. Как он с другом тащил жребий на спичках, кому стоять у двери и как друг потом сползал по стене с отстреленной очередью верхней частью головы и мозг разлетелся и сползал по стене.

Он рассказывал, как они стояли с колонной танков на аэродроме, готовясь улетать и налетели три самолёта чешской армии и расстреляли колонну, не только снарядами и как они крючьями вытаскивали части своих ребят, друзей из экипажа из под танков и траков гусениц.

Это было жутко, а он всё не мог выговориться. И в конце он сказал " У меня сначала была дикая злость, я думал отомщу им, а потом понял, это мы пришли на их землю, это они имеют право нам мстить. Мы оккупанты и убийцы ,Верка, -он уже не говорил, он кричал. А я успокаивала его как могла и Колька Мошкунов тоже. А потом он сказал, только вы никому, а то сами знаете. И мы ответили, "что же мы дураки?".

А Мошкунов служил на Севере и в мясорубке не был.

Колька Коваленко потом спился. Жалко было парня, очень дядя Ваня, отец его переживал. А Колька по пьянке себя убил, только это было уже после моего отъезда в Москву. Так судьба прошлась по ребятам, всего-то выполнявшим преступный приказ. А настоящие преступники мук совести не знали, они же не своими руками убивали, они мальчишек 19 летних бросали.

Глава 22. Встреча с прошлым