Чтение онлайн

Я рассказала Тинусу свой сон и как Альдо просил меня провозглашать жизнь над ним. Я рассказала, как сухие, почерневшие пальцы стали оживать и его губы наполнились цветом, когда я провозглашала, что он будет жить и иметь жизнь с избытком. Тинус согласился, что мы должны начать провозглашать жизнь.

Бог говорит нам в Притче 18:22: «Смерть и жизнь — во власти языка, и любящие его вкусят от плодов его».

(Теперь я знаю, почему так много браков оканчиваются разводом. Супруги провозглашают смерть друг над другом. Просто послушайте, что мужья и жены говорят друг о друге! И поэтому мы вкушаем от плодов наших уст. Одна женщина недавно сказала мне: «Мой муж никогда не будет служить Богу!» Мне стало печально от того, что она провозглашает).

Мы пришли к ПИТ и встали возле стеклянной стены, глядя на Альдо и начали провозглашать жизнь над ним. Когда кто-то останавливался, другой продолжал. Работники ПИТ смотрели на это с непониманием, но мы продолжали провозглашать жизнь над Альдо, хотя они ожидали самого худшего. Прогноз Альдо не был хорошим. В следующие дня я могла различать, у кого из сотрудников были дети, а у кого нет. Были те, кто оказывал заботу, а были те, кто просто делал свою работу.

Это было тёмное время в наших жизнях. Кусочки нашей глиняной дощечки глубоко врезались в нашу плоть, и мы обильно истекали кровью.

Перед Престолом

На второй неделе прошла вторая операция на мозге. Врачи решили удалить сгустки крови, которые накопились и создавали давление на мозг. После этого они будут убирать всю поддерживающую жизнь систему, чтобы выяснить, может ли он дышать и жить самостоятельно.

За день до операции к нам в больницу заглянула одна женщина. Её лицо излучало любовь. «Я — пророчица», сказала она. Я взглянула на неё с недоверием и быстро сказала, что с нами всё в порядке и что нам помощь не нужна. Конечно же, я была настроена скептически. Что я вообще знала о пророчицах? Она не обиделась и только сказала, что хочет помолиться со мной. Но к концу того вечера, однако, я уже хотела познакомиться с ней поближе, просто потому, что не могла устоять перед любовью Иисуса, которая просто излучалась от неё.

Её имя было Тертия [1] . Она спросила, верю ли я, что Бог может спасти жизнь моего сына и исцелить его. Я призналась, что на самом деле не очень верю в это, потому что я слышала столько заключений врачей и их прогнозы об Альдо. Тертия рассказала мне об одном нигерийском пасторе, который воскрес из мёртвых, хотя его тело было в морге несколько дней. Опять я была скептична. Если бы это было правдой, то это обязательно появилось бы на страницах всех газет. Она просто улыбнулась и заверила меня, что это правда и что я сама услышу об этом от этого пастора в какой-то момент в будущем. Она спросила, верю ли я, что Богу всё возможно (Матфея 19:26).

Потом мы помолились вместе. Она особенно попросила меня отдать свою жизнь Богу.

Она сказала мне, что есть вещи в моей жизни, которые мне надо исповедовать, потому что они являются барьером между мной и Богом. Вначале я смутилась и не могла понять, что мне надо исповедовать. Бог показал ей, что я ходила по огню. Я была удивлена, что она узнала об этом. Я делала это, чтобы мне победить в конгрессе. Она также сказала, что у меня есть горечь к моему мужу за то, что произошло. Хотя я дала дьяволу возможность атаковать нас своим страхом и провозглашениями об аварии, я винила Тинуса за это.

Я также должна была исповедовать свои чувства вины в отношении той аварии. Тертия заверила меня, что авария не была виной Тинуса и моей. Она сказала, что враг пытался похитить наши жизни, потому что он догадывался об особенном плане, который Бог имеет для нас. «Поднимается духовная битва за жизнь Альдо, потому что Бог имеет призвание на его жизнь», сказала Тертия. Она вернулась на следующий день, и мы смогли продолжить общение.

Когда Тертия ушла, я осталась сидеть у кровати Альдо, пока в полночь сама не пошла спать, пытаясь отдохнуть перед предстоящей операции. Я проснулась в два часа от звука ревущего льва, скачущего в коридоре больницы. Звук рёва был ужасающий и страх наполнил меня. Определенно это не было связано с больницей, и уж тем более это была не галлюцинация; это было реально. Безошибочно я могла определить, что это был звук львиного рёва. Я вскочила и побежала в ПИТ, где постоянно был кто-нибудь из персонала. Хотя они постоянно боролись за жизнь в ПИТ, я могла чувствовать, что там есть что-то ещё. Лев продолжал мощно рычать. Медсестры удивлённо посмотрели на меня там, и я поняла, что они не верят мне, что я слышала львиный рёв в ПИТ. Они ещё мне сказали, что Тертия вернулась ночью и помолилась за Альдо, когда он спал. Датчики и мониторы были в порядке, пока он спал. Тогда я осознала, что это Лев Иудин сразился с ревущим львом за жизнь моего сына, и Он победил. Некоторое время позже, когда я читала Откровение 5:5: «не плачь; вот, лев от колена Иудина, корень Давидов, победил», я полностью осознала, что Бог также призвал и меня побеждать ревущего льва, когда Он проговорил ко мне на пляже несколько месяцев назад.

Я осталась с Альдо, пока не пришли врачи. Операция должна была быть после обеда, и ожидание превратило день в ужасную тяготу. Когда врачи отключили первую машину, поддерживающую жизнь, сердце Альдо стало биться очень медленно. Это было мучительно видеть. Я дошла до своего предела.

Я пошла в свою комнату в больнице и стянула кофту через голову. А потом я стала молиться. Я отчаянно нуждалась в Боге и взывала к Нему всем своим существом. Впервые в жизни я молилась «в духе и истине» (Иоанна 4:23) и Бог сразу же ответил мне голосом, который я могла слышать: «Сними обувь свою, потому что ты стоишь на святой земле». Также как и с Моисеем, подумала я.

«Рета, веришь ли ты, что жертва Моего сына была совершенной и полноценной?», спросил Он, зная, что я не до конца понимала о крови Иисуса.

«Да, Господь».

Он задал мне этот же вопрос ещё раз, но до того как я ответила, я увидела распятие. Я увидела, как Он принимает наказание. После каждого удара, который Он получал, Божий голос говорил: «Я сделал это для тебя, Рета». А потом Он процитировал Иоанна 3:16: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную».

После того как Иисус получил 39 ударов, пришла тьма. Я увидела Иисуса на кресте. Я слышала, как Он кричит от боли. Я знала, что это была боль не от ударов или гвоздей в Его руках, но боль от тяготы греха мира и разделения с Отцом.

Когда Иисус умер, я увидела, как завеса в храме разорвалась сверху донизу. Потом Отец пригласил меня в Святое Святых: «Пойдём в Моё присутствие, Моё дитя». Я увидела тысячи людей перед завесой, как и я идущих через неё в Святое Святых. Стоя в Его присутствии, Он сказал мне снять все маски, что я носила. «Мне не интересно твоё притворство или твоя хорошая работа». Бог сказал: «Я хочу твою жизнь». Внезапно я смогла увидеть, как я была обложена масками перфекционализма, гордости, зависти, самокопания, самоуничижения, смущения и агрессии. В какой-то момент я увидела себя со стороны: я увидела Рету сплетницу; Рету, закрытую книгу; Рету неудачницу. Бог хотел мою жизнь, а не мою работу, но как это сделать. «Помоги мне возложить свою жизнь, Господь», взмолилась я.

Потом я увидела чашу омовения перед собой. Она была наполнена кровью Иисуса, и я поняла, как мне очиститься этим. Ничто, кроме крови Иисуса не могло освободить нас от Закона. Бог сказал мне, что я нахожусь в Святое Святых. Я должна принять Истину и исповедать грех. Когда Бог прощает нас, Он убирает грех от нас также далеко, как Восток удалён от Запада (Псалом 102:12).

Я увидела, как я вхожу в кровь. Потом я выхожу из неё, и на мне уже нет никакого осуждения больше (Римлянам 8:1). После этого я поняла, почему еврейская невеста должна пройти ритуал купания, называемый «миква». Даже если она не девушка, она считается очищенной и святой после «миквы».