Чтение онлайн

– С чего ты решил, что можешь приказывать мне.

– Ни с чего, просто нет и всё. – и с этими словами на её руке защёлкнулся наручник.

– Хм... ты же знаешь, что это меня не очень задержит.

– Это задержит, – и другая часть наручника защёлкнулась на моей руке, – я приличный балласт уж поверь мне.

– Милые бранятся, – произнёс Антонов, наблюдавший эту сцену. – а то, что он приличный балласт, я точно тебе скажу. Я это понял, когда однажды тащил его на себе. Это было в Грозном, в двухтысячном кажется.

– Он тогда молодой лейтенант был, зелёный совсем, но характер уже тогда был не приведи господи. Видите ли там кошка мяучит, понимаешь, дом вот-вот рухнет, а у него там кошка... В общем он туда за этой кошкой, ну тут и бахнуло, дом и посыпался. Как он умудрился от туда выскочить, чёрт живучий, не знаю, только уже на выходе всё-же балка его одна шандарахнула. До сих пор думаю, сильно она его тогда по голове то … Ну вытащил я его из под этой балки, тащу до расположения, а за нами эта кошка, как собачка бежит. Мне то сперва невдомёк, что-это она за нами увязалась, потом выяснилось, он оказывается за пазуху котят успел засунуть. Они сидят себе там тихо, как будто понимают, что им только что шкуру спасли, а кошка следом бежит. Так и пришли всей бригадой в блиндаж. Богдан, когда этот зоопарк из-за пазухи вытащил..., в общем мужики меня долго потом «Мазаем» называли, за то что весь этот зверинец на себе тащил. Так что ты девонька с ним лучше не спорь, себе дороже будет.

Тем временем, Пушкарёв подошёл к шкафу, расположенному вдоль всей стены, напротив окна, открыл одну из дверок за ней оказался сейф. Полковник достал связку ключей и открыл замок.

– Ты посмотри-ка, на месте, – он обернулся к остальным, держа в руках бутылку коньяка. – Даже не думал, что этот стратегический напиток может пригодиться, да ещё в таких экстремальных условиях. Хотя, если честно, оставил её здесь, надеясь, что выпьем её с вами при более удачных обстоятельствах. От туда же, из сейфа, достал стопки, поставил их на стол и разлил коньяк.

– Ах,да. – он открыл ещё другую дверцу, достал лимон и апельсин. – Ты посмотри-ка, полгода провалялись в шкафу и ни чего, почти как новые. Ну ка майор, построгай.

Антонов порезал лимон.

– Ну, други мои, будем здравы! – произнёс Пушкарёв.

– Будем. – подтвердил Саныч.

Огненный напиток прокатился по горлу, упал в желудок и тёплой волной стал расходится по всему организму.

Я отдал Инге весь апельсин.

– На, нам и лимона хватит.

– Может отстегнёшь её, уж поди в муху не превратиться и в замочную скважину не улетит. – Саныч кивнул на мою руку.

Я взглянул на Ингу и нехотя достал ключ, снял наручники.

– Почему ты это сделал? – Инга потёрла руку.

– Потому-что действительно не улетишь.

– Нет, почему надел их?

– Потому-что не хочу, чтобы ты была там одна с ними.

– Но ведь сегодня днём, там в подвале, я тоже была одна с ними и тебя это совсем не пугало.

– Не знаю, просто всё очень странно как-то, а поэтому будет лучше если ты будешь здесь.

Пушкарёв разлил коньяк.

– Что-бы нам сегодня выбраться отсюда,... живыми.

Мы сидели с Ингой на полу под окном.

– Почему ты сегодня поехала с нами?

– Странный вопрос.

– Ничего странного не вижу. Ты второй раз с нами едешь и второй раз возникает экстремальная ситуация, хотя до этого всегда всё было нормально.

– Только не говори, что это я притягиваю к вам проблемы.

– Я этого и не говорю. У меня как раз другое мнение. У меня ощущение, что ты знала, что что-то случится.

– Ветер в ушко нашептал.

– Ветер значит, то есть говорить не хочешь?

– О чём? Ты же всё равно не поверишь, вы же люди верите только в то, что можно потрогать, увидеть, понюхать в конце концов. О том, что существует шестое чувство, вы не верите. Вы забыли о том что существует обыкновенная интуиция, которую вы просто уничтожили своей реальностью.

– И что-же тебе сказала твоя интуиция?

– Что вы по уши влипли.

– Даже так?!

– Да, именно так.

Мы замолчали. Влипли, влипли мы за долго до её появления здесь.

– Что это?

Все прислушались, за окном раздался шум машины.

– Не может быть... Славка. – я подскочил, уставился в окно пытаясь разглядеть хоть что-то в кромешной темноте на улице.

– Это не он и лучше отойди от окна. – невозмутимое спокойствие Инги начало раздражать.

– Действительно, Богдан, отойди от греха. Его просто не выпустят из крепости после заката, так что успокойся. – сказал Пушкарёв.

Я сел под окном рядом с Ингой.

– Ну и что говорит твоя интуиция тебе сейчас?

– Скоро узнаем.

– Но это не одна машина, две... нет..., не может быть, этот звук не спутаешь,... БТР. – прошептал Антонов, как будто его могли услышать на улице, – но откуда.

– Может наша армия очухалась. – предположил Саныч.

– Вряд ли, там ведь тоже … в общем мало кого осталось. – ответил Пушкарёв.

И тут за окном стало светло как днём.

– Мы знаем, что вы там. – раздался несколько странный, почти механический голос, выговаривающий каждое слово.

Я опять стал подыматься к краю окна, чтобы посмотреть на происходящее там. Раздалась автоматная очередь.

– Сидеть. – скомандовал Пушкарёв, дёрнув меня за ремень вниз.

– Стреляют в воздух, – предположил Антонов, – во всяком случае в стеклах не трещинки.

– Не бойтесь. – опять раздался странный голос. – Сегодня вас никто не тронет. Мы просто хотим, чтобы вы поняли с кем теперь имеете дело.

Пушкарёв резко встал и подошёл к окну.

– Вот чёрт... – казалось у него перехватило дыхание от того, что он там увидел.

Он сглотнул, затем сделал глубокий вдох, как будто набираясь сил, что-бы начать разговор.

– Так с кем же мы имеем дело. – наконец произнёс он.

– Я генерал Ерёменко. До этого времени, вы убивали отбросы этого мира. Теперь перед вами представители новой расы. Расы, которая будет править этим миром. Люди отныне являются вымирающим видом. Наш разум свободен от тех чувств, которые делают вас слабыми и уязвимыми. Этот мир теперь принадлежит нам. У вас есть только два пути, вы служите нам или умрёте. Сегодня мы отпускаем вас. Вы возвращаетесь в крепость и завтра ночью либо сдаёте её, либо будете уничтожены.