Чтение онлайн

– Штурмана.

– Почему?

– Наличие в шлюпке штурмана не намного, но повышает шансы на выживание.

– Какими иностранными языками Вы владеете?

– Английский в пределах школьной программы…

– Это в смысле «читаю и пишу со словарём»?

– Ну, уж извините! До образованности проститутки, промышляющей возле «Интуриста», я пока не дотягиваю.

– Хорошо, что ещё?

– Татарский! В совершенстве! Пишу, читаю и разговариваю без словаря и переводчика.

– Уже неплохо.

– Ещё немного знаю арабский: читаю и немного понимаю разговорную речь.

– Арабский? Приятная новость! Откуда такие познания?

– Отец научил. Он у меня верующий, с первого класса обучал меня Коран читать.

– И последний вопрос: чего ты в жизни боишься больше смерти?

– Боюсь, что через год-другой отец выдаст меня замуж, и я нарожаю кучу детей. Боюсь повторить судьбу своей матери и никогда не вылезти из подвала. Боюсь, что пьяный муж ночью будет меня хлестать по щекам и кричать: «Давай, сучка, двигайся! Двигайся! Что ты у меня как муха сонная»? Боюсь окончить школу с золотой медалью.

– А это почему?

– Папаша из неё себе зубы вставит.

– Я так понимаю, что с семьёй тебя особо тёплые воспоминания не связывают?

– Это Вы правильно понимаете.

– И ещё мне ясно, что ты очень хочешь самореализоваться.

– Чего я хочу?

– Хочешь стать человеком с большой буквы.

– Смотря с какой, – ухмыльнулась Карина. – Например, чудаком с буквы «м» я быть не согласна!

– Юмор – это показатель остроты ума, так что в определённых дозах он приветствуется. Хочешь посмотреть мир не из окна туристического автобуса?

– А что, есть лишний билетик?

– Считай, что ты его уже вытащила. Если ты согласна, то после получения аттестата за тобой приедет мой товарищ и отвезёт тебя на курсы подготовки.

– Курсы подготовки чего?

– Всего! Ты будешь знать и уметь больше, чем все твои одноклассники, вместе взятые, но об этом никто не должен знать, даже твои ближайшие подруги и родители. Для всех ты уезжаешь учиться в школу олимпийского резерва.

– Не поздно ли? Мне ведь почти восемнадцать.

– Не поздно. Я скажу твоему тренеру, что подготовка будет проходить по ускоренной программе.

– Ну, если по ускоренной, – усмехнулась девушка, – то я согласна.

В тот момент она не подозревала, что судьба даровала ей редкий шанс стать курсантом «закрытого» учебного заведения, готовившего специалистов для одной отечественной спецслужбы.

Ускоренного курса подготовки, конечно, не было. Вместо него были два трудных полноценных года специальной подготовки, которую осилили не все курсанты. Отчисляли с курса тоже тихо, без громогласных приказов и назидательных речей. Просто на следующий день курсант на занятия не являлся, и как складывалась его судьба в дальнейшем, никому не было известно.

Карина за место под солнцем и право выйти из затхлого подвала дворницкой боролась особенно яростно, и когда ей становилось нестерпимо трудно, шептала сквозь сжатые зубы: «Давай, сучка, двигайся! Двигайся! Что ты сегодня как сонная муха»?

После выпускных экзаменов ей и ещё десятку дошедших до финала курсантов объявили приказ о присвоении специального звания «лейтенант» и разослали для дальнейшего прохождения службы.

Карине досталась страна с жарким и сухим климатом, где женщины всем модным нарядам предпочитали паранджу. Паранджа Карину не испугала, более того, пришлась очень даже к месту: не надо рядиться под коренную жительницу. Именно там она провела первую в жизни ликвидацию.

Среди местных племён неожиданно стал набирать авторитет полевой командир, который проповедовал радикальный ислам. Поборником чистоты веры он стал недавно – после возвращения из Арабских Эмиратов, где пару месяцев гостил у дальних родственников.

Родственники оказались людьми щедрыми, потому как всем правоверным, кто становился под зелёное знамя ислама, новоиспечённый лидер вооружённой оппозиции платил валютой. Валюты было много, и цвет её тоже был зелёный. Жаждущий власти и славы воин Аллаха не скрывал, что намерен распространить пламя священного Джихада [34] не только внутри своей страны, но и выступить с этой миссией за пределы государства. Очередной искусственно созданный очаг напряжённости руководству страны, исповедующей так называемый «умеренный» ислам, был не нужен.

В результате многолетней гражданской войны страна была раздроблена на отдельные феодальные княжества, большая часть населения которых влачила полунищенское существование.

Стране требовались не танки, а трактора и сельскохозяйственные машины. Необходимо было поднимать из руин сельское хозяйство, являвшее собой основную часть экономики государства. В этом его горячо поддерживал посол северной страны, поэтому полевого командира единогласно решили по-тихому отправить в райские кущи, к сладострастным гуриям.

Миссию возложили на девичьи плечи лейтенанта Касимовой. Впрочем, в этой стране её так никто не называл. Теперь у неё было другое имя: оперативный псевдоним «Кармен», к которому она быстро привыкла.

Со временем она научилась менять имена и маски так же легко, как модницы меняют платья.

Сама ликвидация заняла меньше минуты, гораздо дольше шла подготовка к финальному выстрелу. Во избежание провала операции требовалось учесть всё до мелочей: место и время проведения операции с точностью до минуты, маршрут движения «объекта», наличие и количество охранников, их вооружение и подготовку к отражению нападения, «легенду» для исполнителя и пути отхода после ликвидации.

Подобраться к «объекту» оказалось несложно: полевой командир был тщеславен: любил в окружении бородатых телохранителей промчаться по центральной улице города на доставшимся ему в наследство после вывода из страны советских войск «УАЗ»-469 с открытым верхом.

Телохранители были набраны из близких и дальних родственников и специальной подготовки не имели. Маршрут «объект» не менял. Вычислили и время поездок: каждую пятницу «объект» совершал послеобеденный намаз, поэтому было решено ликвидировать его на пути к центральной мечети.

Кармен лично прошла пешком весь маршрут в черте города и выбрала место, где эскорт полевого командира, состоящий из трёх джипов, сбрасывал скорость. Это был крутой поворот перед узким переулком, по которому могла проехать только одна машина, да и та с трудом. На краю дороги, сразу после поворота, сиротливо ютилась небольшая лавочка, где торговали фруктами.

Кармен две недели регулярно делала в этой лавочке мелкие покупки, и скоро на женщину в парандже уже никто не обращал внимания.