Чтение онлайн

– Не это? – удивился Антон. – А какое? Описание же совпадает, и Дорожкины его уверенно опознали по фотографии.

– Не это, – упрямо повторил Роман. – Точно такое же! Помнишь, нам вчера Борис Соломонович рассказывал, что воруют восковки оригинальных моделей, и эскизы воруют у признанных художников-ювелиров, и идеи. Может, кто-то украл восковки у Курмышова и сделал точно такое же колье?

Антон озадаченно покачал головой. И что только в голову не придет этому парнишке!

– Ну и кто мог украсть? – скептически осведомился он.

– Да кто угодно! – Ярко-голубые глаза Дзюбы горели воодушевлением. – Курмышов же сам только эскиз делал, помнишь, Надир нам вчера сказал, что он после инсульта не мог работать руками, тонкие работы не мог выполнять, поэтому он сделал только эскиз, а все остальное делали на фирме. А фирма у него – двадцать человек! И каждый имел доступ к изделию, и любой из них мог украсть идею, сделать копию эскиза, сделать вторую восковку, да что угодно… А может, Курмышов вообще сделал два колье. Одно у него в сейфе так и лежит, а второе каким-то образом попало к Панкрашиной и было похищено при убийстве. Ведь может же такое быть? Почему нет?

– Ладно, – вздохнул Антон. – Поехали на фирму.

Может, и правда, не такая уж бредовая эта новая Ромкина идея…

На фирме «Софико» их встретили неласково.

– Да что ж это такое! – возмущался невысокий подвижный человечек с морщинистым лицом, представившийся Глинкиным, старшим технологом. – Ваши сотрудники уже приходили позавчера, всю душу из меня вынули, времени столько отняли, а зачем? Ведь ясно же, что Леонида Константиновича никто из нас не убивал.

– А вас никто и не подозревает ни в чем, – заметил Антон.

– Да? – недоверчиво прищурился Глинкин. – А почему тогда приехали вы, а не те мальчики, которые позавчера были?

– А потому, что у нас другие вопросы, – объяснил Антон. – Мы бы хотели поговорить насчет колье, которое Леонид Константинович делал здесь.

– Вот и видно, что ничего вы не понимаете! – возмущенно фыркнул старший технолог. – Вам же ясно объяснили еще в тот раз: Леонид Константинович сделал только эскиз, он придумал изделие и отрисовал его. А не делал. Делали мы, то есть наши мастера.

– Ну, хорошо, – примирительно улыбнулся Антон, – делали ваши мастера. Так с кем нам лучше поговорить об этой работе?

– Лучше всего с начальником производства, пойдемте, я вас к нему провожу, он сейчас в цеху, у огранщиков. Два дня с давлением провалялся, когда узнал про Леонида Константиновича, а сегодня, слава богу, вышел.

Начальник производства Ваган Амаякович Араратян выглядел не вполне здоровым, но выказал полную готовность ответить на любые вопросы.

– Господи, лишь бы делу помогло, – вздохнул он. – Вот беда-то с Курмышовым…

Антон уступил поле битвы Дзюбе: в конце концов, это его идея, пусть парень задает те вопросы, какие считает нужным. Если что – он, Антон, рядом, подстрахует, поможет.

Араратян идею об изготовлении двух одинаковых колье отверг сразу.

– Да, это именно оно, – кивнул он, взглянув на фотографию. – Это называется не колье, а ожерелье-нагрудник. Но любой человек, который хоть что-то понимает в ювелирном деле, скажет вам сразу: сделать два таких изделия одновременно невозможно. Во всяком случае, не может быть, чтобы его сделали здесь, у нас.

– Давайте начнем с отчетности, – предложил Дзюба. – Если там все сойдется, то вы мне объясните, почему невозможно сделать по одному эскизу два одинаковых изделия.

– Давайте, – согласился Ваган Амаякович. – Пойдемте к нашей Нонне, она в компьютере ведет полный учет всех материалов и работ. У нас ведь отчетность такая же ювелирная, как и производство: все до мелочей учитывается, до микрона, до миллиграмма.

Нонна, молодая и очень симпатичная темноволосая женщина, оказавшаяся внучкой того самого старшего технолога Глинкина, быстро нашла в компьютере все сведения о колье, сделанном по эскизу шефа.

– Вот, я могу вам зачитать все параметры изделия, хотите? – предложила она.

Дзюба, естественно, захотел. Нонна начала зачитывать данные, глядя на экран, и уже через полминуты у оперативников голова пошла кругом.

– Нет, простите, – остановил ее Антон. – Мы не профессионалы, нам трудно так воспринимать. А можно кого-нибудь попросить сделать описание изделия с точным указанием всех параметров, но… человеческим языком, что ли? Нам ведь и самим понять надо, и следователю пересказать.

– Да я сделаю, – улыбнулась Нонна. – Вы пока занимайтесь чем вам надо, а я напишу и распечатаю.

– Когда? – нетерпеливо спросил Роман.

– Минут двадцать дадите?

Оперативники отошли от девушки и вновь принялись за Араратяна, который рассказал, что работы по изготовлению колье, которое на самом деле оказалось ожерельем-нагрудником, велись из давальческого сырья по так называемому давальческому договору, потому что камни Леонид Константинович подбирал сам и дизайн тоже делал сам, принес камни и эскизы на фирму и сдал по договору на изготовление изделия из сырья заказчика.

– Вы поймите, – говорил начальник производства, – сделать точно такое же ожерелье практически невозможно, потому что подбор камней уникален. Леонид Константинович подбирал камни для этого изделия почти полтора года, на все выставки ездил, даже за границу.

– Почему? – требовательно спросил Дзюба. – Что здесь уникального?

– Вот Нонна сделает вам описание, вы почитаете и все поймете. По замыслу Леонида Константиновича, ожерелье должно было изображать восход солнца над морем. То есть нужно было подобрать камни, которые могли бы передавать игру цвета морской воды, когда на нее падают лучи восходящего солнца. В общем, поверьте мне, это невероятно трудная и долгая работа – подобрать нужное количество камней по качеству, цвету и размеру. А после того как камни подобрали, начинается сама работа: восковки, мастер-модель, литье, сборка. Все это тоже требует времени, и немалого. Так что если вы, молодые люди, намекаете на то, что кто-то из наших мастеров украл дизайн, то есть либо сделал копию эскизов, либо скопировал восковки, то тут вы сильно ошибаетесь.

– Что, вы так уверены в честности ваших сотрудников? – бестактно спросил Дзюба, чем заслужил неодобрительный взгляд Антона и немедленно залился краской.

– Да нет, юноша, – вздохнул Араратян. – Я уже слишком давно живу на свете, чтобы головой поручиться за чью-то честность, кроме своей собственной. Но я знаю точно, что сделать второе такое ожерелье быстро невозможно. Леонид Константинович принес камни и эскизы в мае этого года. Даже если кто-то что-то скопировал или украл, невозможно за такое короткое время подобрать нужные камни в потребном количестве, а потом еще и изделие изготовить. Нет, нет и нет. Чудес не бывает, молодые люди. И потом, сам процесс работы над этим ожерельем полностью исключал возможность что бы то ни было украсть.