Чтение онлайн

— Нам не спасти и половины, — пробормотал он, наклоняясь, чтобы осмотреть рептилий в следующем ящике. Потом выпрямился. — Как Фейн это проделал? Как ему удалось приручить человека, которого он когда-то мучил и даже пытался убить?

— Я не уверена, что он его приручил, — возразила я. За последние несколько часов я не раз задумывалась над тем, каким образом Фейн влиял на окружающих его людей. — Вначале, вероятно, это были страх и зависимость. Я думаю, Альфред боялся Джоэля Фейна. Кажется, он помнил, какую власть Фейн имел над людьми, когда они оба были молодыми. И все те ужасные вещи, которые Фейн заставил односельчан сделать с Альфредом… Откуда нам знать, чем Фейн ему пригрозил?

— Он явно снабжал его едой, — заметил Шон, бросая взгляд на остатки консервов и разбитые бутылки с прокисшим молоком.

— И топливом, — согласилась я, кивая на баллоны с газом. — Здесь открытый огонь не разведешь. И, разумеется, оба помешались на змеях.

Шаги сообщили о возвращении Крэга и полицейского. Мы молча принялись пересаживать живых особей в контейнеры. Когда Крэг и полицейский вновь ушли, Шон посмотрел на меня.

— Мы закончили, — сказал он. — Мне нужно осмотреть церковь, возможно, я найду старшего брата Шипящей Клары. Сомневаюсь, что он далеко уполз в такую бурю. А тебе нужно поспать.

— Если удастся. Детектив Таскер опять хочет со мною побеседовать, а с самого утра папа и сестра каждые полчаса оставляют сообщения на автоответчике.

— Ну, полицейские могут и подождать. Я отвезу тебя домой.

Я покачала головой.

— Я поеду в больницу, — сказала я. — Хочу посмотреть, как он.

Шон поджал губы.

— Ничего не прояснится по крайней мере до вечера, — ответил он. — Тебе придется долго ждать.

— Я имела в виду: посмотреть, как Альфред.

Вчера Фейн пытался задушить Альфреда, но парни Таскера подоспели вовремя. Альфред незамедлительно был доставлен в больницу и теперь находился в палате недалеко от палаты интенсивной терапии, где лежал Мэт. Фейна поместили в тюремную камеру.

— Альфред обладает тем даром, о котором ты мне рассказывал, — сказала я, когда теплые руки Шона коснулись моих плеч. — Он имеет власть над змеями. Я уверена, вчера он что-то сделал с тайпаном. Я знаю, это звучит смешно, но именно поэтому змея меня не укусила.

— Я был свидетелем и более странных вещей. Пошли, мы здесь уже достаточно насмотрелись.

Я стала взбираться по лестнице. Оказавшись наверху, я позволила Шону вывести меня по коридору, вниз по лестнице, прочь из дома со змеями.

Благодаря солнечной погоде, стоявшей последние несколько дней, распустились георгины. Я сорвала семь и присоединила их к красным розам, таким же как и те, из которых когда-то, давным-давно, был составлен свадебный букет девушки с волосами цвета воронова крыла. Я попыталась думать о ней только хорошо, об этой красивой, психически нездоровой женщине. Попыталась порадоваться тому, что она познала любовь хорошего человека.

К сожалению, вскоре после моего визита Уолтер умер, не приходя в сознание. Только что в соседней церкви Святого Николая закончилась заупокойная служба по нему. Я уехала раньше, опередив похоронную процессию, чтобы в последний раз посетить его сад. Через несколько минут он упокоится рядом с Эделиной.

Казалось, со времени моего последнего посещения с дома Уитчеров было снято заклятие. Глицинии отцветали, но ярко-розовые плетущиеся розы, растущие возле главного входа, был и в самом цвету. Цветы и яркое солнце украсили этот дом. Я представляла, как уютно когда-то было здесь. Больше дому таким уже не быть.

Дело в том, что недавно дом Уитчеров официально был признан опасным для жизни и теперь его снесут, а землю продадут. Будет построен новый дом, чуть дальше от края карьера. В саду смогут играть дети. И, возможно, ужасная история семьи Уитчер будет навсегда забыта.

— Я так и думал, что найду тебя здесь.

Я обернулась. К створке ворот прислонился заместитель начальника полиции Дорсета. Форма висела на нем мешковато, и держался он как-то скованно. Он двинулся ко мне, осторожно ступая по неровной дорожке, и я снова, как когда-то, почувствовала, что сердце мое затрепетало. Последний раз, по сути, я видела его в шлюпке, уносимой быстрым течением. Сегодня, чуть раньше, в церкви, я лишь разглядывала его затылок. Встретиться лицом к лицу — совсем другое дело.

— Отличный костюм, — выдавила-таки я, глядя на его туфли.

— Уж кто бы говорил! — отозвался он. — А ты мне нравишься в зеленом!

На клумбе у моих ног раскрывался восточный мак, но я знала, что эти цветы поникнут, как только их сорвут. Есть цветы, которые гибнут, оказавшись в неестественной среде.

— Салли поводила меня по магазинам, — призналась я.

Черные туфли остановились всего в метре от моих, и я заставила себя поднять глаза. На фоне снежно-белой рубашки лицо Мэта выглядело чересчур серым.

— Ты вернулся на работу? — спросила я, прекрасно зная, что этого не произошло.

Салли каждый день рассказывала мне о его состоянии. Пройдет еще несколько недель, а возможно и месяцев, прежде чем Мэт сможет вернуться на службу.

— Боже, нет, конечно! Я едва на ногах стою. Не следовало мне уходить так далеко.

— Присядь на минутку, — предложила я, не надеясь, что он согласится.

Но он кивнул, и мы направились к деревянной скамье в зарослях роз. Когда мы сели, на нас дождем посыпались крошечные лепестки персикового цвета. Минуту-другую мы оба молчали.

— Альфреда выписали из больницы, — наконец сказал Мэт. — Слышала? Он вернулся в лечебницу.

— Мне об этом не сообщили, — ответила я, поддев лепестки носком туфли. — Я до сих пор чуть ли не каждый день наведываюсь в участок Лайм-Риджис, но они только спрашивают, а сами ничего не говорят.

— Спрашивай, — разрешил он. — Я сейчас не прочь поболтать.

И внезапно мне пришло в голову, что, если я посмотрю ему прямо в лицо, мой шрам будет не слишком заметен. Как я не додумалась до этого раньше? Я повернулась к нему. Пожелтевшие белки его глаз были покрыты сеточкой красных сосудиков, глаза были воспаленными.

— Что случилось с тобой тем вечером? — спросила я.

В темно-серых глазах вспыхнул крошечный огонек.

— Ты имеешь в виду — до того как ты связала меня, словно цыпленка, и швырнула в люк, так что я сломал два ребра?

— Не сломал. В них просто трещины. Это не одно и то же. — Я смотрела на него, осознавая: не так уж это и трудно.

— А болели, как сломанные. Но раз уж ты спросила: после нашего разговора мне позвонил Клайв, я отправился к нему. Он хотел поговорить со мной о человеке, который жил у него.