Чтение онлайн

Ее руки обвивают меня, дыхание начинает замедляться, и Мия широко зевает. Это так по-домашнему, так обыденно. Это нечто такое, что я всегда отвергал, но теперь, когда она здесь, лежит, прижавшись ко мне, пока на улице льет дождь… все не так уж и плохо.

– Сегодня мне было весело, – сонно бормочет Мия.

– Ты имеешь в виду кубик льда на кухне?

– Да, идиот.

На этот раз зеваю я. Тепло ее тела и стук капель дождя по стеклу убаюкивают меня.

– Отлично. Мне тоже.

Ее ладонь скользит вниз по моим штанам. Я вздрагиваю и хватаю ее за руку прежде, чем Мия успевает что-то сделать. Как бы ни заманчиво было поиграть снова, я не хочу лишать себя сна, тем более что у меня уже слипаются глаза.

– Завтра, – шепчу я ей. – Мы еще поиграем завтра.

– Ладно, – отвечает она и снова зевает.

Касаясь губами ее виска, я говорю:

– Я приготовил для тебя небольшое развлечение.

– Если это то, что ты имел в виду, я не впечатлена, – жалобно произносит Мия, останавливаясь на обочине тропы. Она наклоняется, упирается ладонями в колени и хватает ртом воздух.

Я смеюсь и похлопываю ее по спине.

– Хватит ныть. Все не так уж плохо.

В нескольких минутах ходьбы от дома пролегает пешеходная тропа с умеренным уклоном и захватывающими дух видами. Но мы идем сюда… ради уединения.

Мы часто ходили в этот поход, когда только начали приезжать в родительский домик у озера, и мой извращенный разум уже много лет цепляется за фантазию о возможностях, какие дарят такие уединенные леса. И вот теперь я готов воплотить все это в жизнь. Причем с той, кого я вообще не представлял в подобной роли.

Но меня все еще смущает мысль о том, что, столкнись я с Мией в баре или даже в клубе, посмотрел бы на нее такими же глазами, как сейчас? Была бы она в подобном случае просто очередной красивой женщиной, с которой я не сумел бы найти общий язык? Или наша связь – это результат многих лет глубинной химии и близких семейных отношений?

Мне очень хочется верить, что Мия привлекла бы меня, независимо от того, в каких обстоятельствах или в какой вселенной мы бы встретились, и это не какая-то жуткая одержимость сводной сестрой, которую я развил в себе. Или, возможно, мне так комфортно с ней лишь потому, что я трус, что слишком боюсь даже попытаться построить отношения с другим человеком.

Эта мысль до сих пор не дает мне покоя. Что, если я до конца своей жизни так и не смогу ни с кем найти взаимопонимание? Я привык к одиночеству, но с каждым днем эта мысль угнетает все больше и больше.

– О чем ты думаешь? – спрашивает Мия, толкая меня локтем.

– Ни о чем, – разумеется, я лгу.

– Ты не… не сожалеешь?..

– Не сожалею о чем? Что тискался со своей сводной сестрой? Нет. А ты?

– Не так сильно, как следовало бы, – отвечает Мия с улыбкой. – Мы оба взрослые люди. Не связанные кровным родством. Я имею в виду… как ты думаешь, наши родители были бы в шоке?

На моем лице явно написан этот самый шок.

– Да. Твой отец наверняка даже попытался бы утопить меня в озере. Люди воспринимают нас как брата и сестру, я на тринадцать лет старше, Мия. И знаю тебя с детства. – Я морщусь. – Добром это не закончится.

– Я не дам ему утопить тебя, – говорит она. – При условии, что этот поход оправдает себя, потому что скажу честно: это не тот сексуальный сюрприз, о котором я думала.

Мия толкает меня в грудь, но по тому, как она прикасается, я подозреваю, что вообще-то она предпочла бы обнять меня за талию. Объятия в моей постели прошлой ночью были иными. Они не в счет. И когда мы проснулись этим утром, то снова стали прежними. Никаких прикосновений или интимного шепота. Мы снова… враги со взаимной выгодой, если можно так выразиться.

– Тогда скажи мне, вебкамщица… – дразню я Мию, оттесняя ее к краю тропы. – Ты когда-нибудь трогала себя на публике?

Ее глаза вспыхивают, она удивленно смотрит на меня. Но непонимание на ее лице тут же сменяется озорной улыбкой.

– Нет…

Я сильнее прижимаюсь к ней, и Мия вновь отступает назад, пока мы не оказываемся вместе в лесу. Она оглядывается и видит густую рощу деревьев, скрывающих нас от посторонних взоров. Ее лицо озаряется пониманием.

– Здесь?

– Да, здесь, – отвечаю я и, наклонившись к ее уху, шепчу: – Я хочу посмотреть, как ты кончишь, когда всего в нескольких шагах от нас будут посторонние люди. При этом ты должна молчать. Нельзя, чтобы они тебя услышали.

Ее улыбка становится шире, но когда я толкаю ее дальше в лес, Мия напрягается и внимательно смотрит на меня.

– Нет, – заявляет она.

Я отвечаю не сразу.

– Что ты имеешь в виду под словом «нет»?

Это не тот ответ, которого я ожидал. Мия – эксгибиционистка, и я хочу быть тем, кто доведет ее до предела, до исступления, чтобы увидеть, сколько она может выдержать. И почти пустынная пешеходная тропа в лесной глуши вряд ли способна этому помешать.

Не срывай мои планы, Мия.

К моему удивлению, она не спорит. Вместо этого она хватает меня за брюки и тянет дальше, в глубь лесной чащи, но не слишком далеко – так, чтобы мы все еще могли видеть тропу, но держались в стороне.

– Что ты делаешь?

– Мне больше не хочется трогать себя. Не хочешь ли посмотреть… как я буду трогать тебя?

Мое сердце готово выпрыгнуть из груди. Я ошарашенно гляжу на нее сверху вниз: закусив губу, Мия начинает расстегивать на мне брюки.

– Что? Нет.

С ее губ срывается смешок, сладкий и коварный.

– Что ты имеешь в виду под словом «нет»? – отвечает Мия, дразня меня.

Ее пальцы возятся с молнией, проскальзывают мне в трусы. У меня мгновенно перехватывает дыхание.

– Мия…

Я почти готов признаться ей, что прошло очень, очень много времени с тех пор, как к моему члену прикасался кто-то другой, и что я морально не готов к тому, что сегодня он будет в центре внимания. Но я зашел слишком далеко. Одно только упоминание о том, что она хочет прикоснуться ко мне, заставляет меня нервничать и одновременно сгорать от желания.

Вряд ли мой член мог стать еще тверже, но Мия быстро доказывает, что я ошибался. Она тянется ко мне и сжимает его теплой рукой.

С моих губ срывается стон, такой же громкий, как и у нее. Черт, это просто фантастика! Я уже забыл, какими же приятными могут быть чьи-то мягкие, теплые прикосновения.

– Ты лучше молчи, – хихикнув, говорит Мия. – Не хватало еще, чтобы люди тебя услышали.

Даже не надейся… я не смог бы молчать, даже если бы очень захотел.

Эх, знала бы она, как давно женщина не касалась моего члена. Тогда бы Мия поняла, насколько происходящее особенное. Но она понятия не имеет. В ее глазах для меня это просто очередной минет. Но это не так.