Чтение онлайн

Пройдя в подводном положении около 4 час., мы всплыли и взяли курс на запад против встречных волн бушующего моря. У о-вов Бонин мы вошли в полосу сильного шторма; волны перекатывались через носовую часть палубы, ударяясь о защитные стекла мостика. Я сдал вахту штурману и спустился вниз, чтобы сбросить с себя мокрую одежду. Внезапно в люк со звоном полетело вниз разбитое стекло и раздался голос о помощи. Я быстро поднялся на мостик и увидел всех находящихся там окровавленными, включая и командира. Волной разбило защитные стекла ходового мостика. Осколками ранило находившихся на мостике людей. Я должен был снова принять вахту и оказать первую помощь пострадавшим.

Одновременно с нападением на Пирл-Харбор и началом боевых действий у североамериканского побережья производились высадки десантов на Филиппинских о-вах и п-ве Малакка. Десять подводных лодок 4-й эскадры под командованием контр-адмирала И. Иоситоми, действовавшие у п-ва Малакка, были рассредоточены таким образом, чтобы предотвратить любые попытки английского флота, базировавшегося в Сингапуре, сорвать высадку японских десантов и снабжение их с моря. Почти все высадки японских десантов, произведенные на рассвете 7 декабря на восточное побережье п-ва Малакка, были успешными, за исключением высадки десанта в районе Кота-Бару. 7 декабря наши разведывательные самолеты донесли о том, что в Сингапуре стоят на якоре 2 английских линейных корабля. На следующий день в 15 час. 15 мин. подводная лодка «I-165» обнаружила 2 крупных корабля в Южно-Китайском море в 300 милях севернее Сингапура. Она опознала их. Это были линейный корабль «Принц Уэльский» и линейный крейсер «Рипалс». Корабли следовали полным ходом курсом на север с целью выйти на пути снабжения наших десантов. Хотя корабли были ясно видны, однако они были вне предела досягаемости торпед. Командир подводной лодки «I-165» капитан 3-го ранга Харада дал шифрованную радиограмму с указанием пеленга на обнаруженные корабли и курса их следования. Радиограмму своевременно получили в штабе сил, участвовавших в Малаккской операции. Все подводные лодки, находившиеся в этом районе, получив соответствующие указания, начали немедленно преследование противника, развивая максимальный надводный ход. Группировка японского флота в районе п-ва Малакка в составе линейных кораблей «Конго» и «Харуна» вместе с эскадрой крейсеров и эскадрой миноносцев под командованием вице-адмирала Набутакэ Кондо не могла фактически противостоять группировке противника, однако наши корабли полным ходом устремились вперед в надежде вынудить противника к ночному бою, в котором они могли рассчитывать на успех. Однако ночью контакт с противником былпотерян. 10 декабря в 3 часа 40 мин. подводная лодка «I-156» обнаружила и атаковала корабли противника, следовавшие курсом на юг, однако вследствие темноты выпущенные торпеды не попали в цель. На рассвете соединения авиации, окрыленные известием об успехе в Пирл-Харборе, также начали поиск кораблей противника, в результате чего бомбами, сброшенными с самолетов, 2 вражеских корабля были потоплены. Английскому военно-морскому флоту был нанесен жестокий удар. С этого дня линейные корабли уступили свое первенство (среди крупных боевых кораблей) авианосцам.

Хотя наша авиация по праву может гордиться той ролью, которую она сыграла при этом, все же подводные лодки первыми сообщили и подтвердили местонахождение двух упомянутых кораблей, следовательно, успех явился результатом совместных действий подводных лодок и авиации.

При разработке оперативного плана командующий Соединенным флотом должен был решить главное: прежде всего требовалось с достаточной точностью определить масштаб боевой деятельности противника, при этом особенно важно было определить те его группировки, которые, вероятнее всего, он мог противопоставить главным силам нашего флота. Существовали различные способы получения сведений по этому вопросу, из которых наиболее надежным и доступным являлась воздушная разведка. Так как радиус действия разведывательных самолетов был невелик, то особые надежды возлагались на самолеты, носимые подводными лодками. Размеры наших подводных лодок постепенно увеличивались, в результате чего увеличивался и радиус действия их самолетов. Японское командование приложило немало усилий в предвоенный период для того, чтобы совершенствовать этот класс подводных лодок. Предварительные испытания, проведенные с самолетом, выпускаемым с подводной лодки «I-5», привели к принятию на вооружение новой подводной лодки, на палубе которой возможно было устанавливать катапульту. К началу войны 11 подводных лодок были оборудованы в качестве носителей специальных самолетов, в том числе лодки «I-7», «I-8», «I-10», «I-15», «I-17», «I-19», «I-21», «I-23» и «I-26». Впоследствии были созданы новые типы специальных самолетов, носимых подводными лодками, и построено до конца войны в общей сложности 24 подводных лодки-носителей самолетов: от «I-27» до «I-45» и «I-54», «I-56», «I-58», «I-11» и «I-12».

Самолеты — одноместные гидропланы — могли совершать полеты продолжительностью до трех часов при скорости 165 км/час. Будучи очень малыми по размерам, они были снабжены только радиостанцией и не имели никакого вооружения, поэтому встреча с истребителями противника означала для них верную гибель.

Поскольку время подъема и закрепления самолета на палубе занимало около одного часа, то в отдельных случаях, когда подводным лодкам угрожала явная опасность, приходилось бросать самолет и спасаться путем срочного погружения.

Ввиду незащищенности этих самолетов их обычно спускали на воду перед рассветом и поднимали обратно на палубу с восходом солнца, используя, таким образом, крайне ограниченное время. В условиях плохой погоды и волнения на море самолетам трудно было совершать посадку на воду, вследствие чего этот способ ведения разведки был сопряжен со многими опасностями.

Тем не менее благодаря, усилиям опытных командиров и хладнокровию личного состава, много ценных донесений было быстро передано в адрес высшего командования. Из летчиков, поднимавшихся на самолетах с подводных лодок, наиболее опытным был мичман Фудзита. Он налетал 4 тыс. час., и его хладнокровие и мужество в значительной степени облегчали действия личного состава при запуске самолета с катапульты и подъеме его на палубу.

Так как при возвращении из разведки самолету было трудно заметить такой малый объект, как подводная лодка, то всегда назначались определенные места встречи, к которым должны были точно прибывать как подводная лодка, так и самолет.

Как правило, самолеты взлетали в воздух недалеко от территории противника, после чего подводная лодка ожидала возвращения самолета, непрерывно поддерживая с ним радиосвязь. Командира и команду подводной лодки постоянно тревожила мысль о том, что лодка могла быть внезапно обнаружена самолетом-разведчиком противника. Если, допустим, возвращение самолета ожидалось через полчаса, то после его посадки на воду требовалось еще около одного часа на подготовку лодки к погружению, так что лодке в общей сложности приходилось находиться на поверхности воды до двух с половиной часов.

Иногда во время подготовки к полету повреждались крылья самолета и их приходилось тут же ремонтировать. При тренировочных взлетах мотор самолета запускался спустя 10–15 мин. после всплытия лодки на поверхность, но в условиях непосредственной близости противника это делалось не раньше, чем через 30–60 мин., в течение которых имелась возможность убедиться в том, что подводная лодка не обнаружена противником.

Перед объявлением войны подводные лодки «I-10» и «I-26» получили приказание произвести разведку у о-вов Фиджи, Самоа, Тутуила и Алеутских и закончить ее к 5 декабря 1941 года. 16 и 19 ноября соответственно эти лодки вышли из Йокосука и выполнили поставленные задачи, не прибегая к использованию самолетов. 4 декабря в группе о-вов Фиджи подводная лодка «I-10» обнаружила американский крейсер «Астория», ничего больше ею обнаружено не было.

На рассвете 17 декабря 1941 года самолет с подводной лодки «I-5», летая над Пирл-Харбором, произвел разведку и доставил ценные сведения о повреждениях, нанесенных базе и кораблям противника нашими оперативными соединениями в самом начале войны.

В январе 1942 года самолет с подводной лодки «I-9», возвращавшейся от побережья Северной Америки в Кваджелейн, также произвел разведку, совершив полет над Пирл-Харбором.

В феврале 1942 года подводная лодка «I-25» вышла из Кваджелейна и в течение двух месяцев вела разведку у восточного побережья Австралии и основных портов Новой Зеландии, достигнув при этом значительных успехов. В начале апреля лодка возвратилась в Японию. Самолет, находившийся на ее палубе, летал над Сиднеем, Мельбурном, Хобартом (о. Тасмания), Веллингтоном, Оклендом, Сувой и Паго-Паго (о. Тутуила).

Командир подводной лодки «I-17» получил приказание произвести воздушную разведку порта Коломбо и базы Тринакомали в Индийском океане, но так как эти пункты сильно охранялись противником, лодка не смогла выполнить поставленной задачи.

В период боевых действий у о. Мидуэй и Алеутских о-вов в мае 1944 года для ведения воздушной разведки района о. Кодьяк (Алеутские о-ва) из Йокосука были направлены подводные лодки «I-25» и «I-26». Находясь недалеко от Датч-Харбора, лодка «I-25» готовилась запустить самолет. Но в это время был обнаружен крейсер противника. Командир был в затруднительном положении, однако решил послать самолет в разведку, согласно плану. Крейсер прошел, не заметив лодку, но несколько позже появился эскадренный миноносец противника. К счастью, самолет уже был принят на лодку и она могла погрузиться на безопасную глубину. Примерно в то же время подводную лодку «I-19» обнаружил вражеский самолет в момент, когда команда лодки готовила к запуску свой самолет. Лодка вынуждена была срочно погрузиться, оставив самолет на поверхности воды.

Воздушная разведка, производившаяся самолетами с подводных лодок, продолжалась до 1944 года. Но по мере усиления активности сторожевых кораблей и патрульных самолетов противника вести такую разведку становилось все опаснее. 19 августа 1943 года самолетом противника была атакована и потоплена подводная лодка «I-17», проводившая разведку у базы Нумеа (о. Новая Каледония). В августе 1942 года в ответ на налет на Токио американских самолетов типа «В-25» были предприняты действия против американского материка. Намечалось сбросить зажигательные бомбы на лесные массивы штата Орегон, используя при этом небольшие самолеты с подводных лодок, приспособленные каждый к подъему двух зажигательных бомб весом по 75 кг. 15 августа 1942 года из Йокосука вышла для этих целей подводная лодка «I-25» под командованием капитана 3-го ранта Тагами, имея на борту 6 специальных бомб. Следуя по дуге большого круга, лодка после двухнедельного перехода достигла побережья штата Орегон, но из-за плохой погоды и, следовательно, невозможности запуска или принятия на палубу самолета направилась на юг к мысу Бланке, ожидая улучшения погоды. В один из дней середины сентября, за полчаса до восхода солнца, когда лодка находилась в шести милях к югу от маяка мыса Бланке, с лодки поднялся самолет, пилотируемый летчиком Фудзита. На лесной массив, находящийся в 80 км к юго-востоку от мыса, было сброшено 2 бомбы, после чего в районе цели наблюдался белый дым. Самолет возвратился к подводной лодке, которая ожидала его на поверхности воды в течение двух часов. Сброшенные зажигательные бомбы были особого типа, они создавали очень высокую температуру, эффективно поражая цели. Предполагалось, что возникли значительные пожары, поскольку американское радио сообщало, что имелись человеческие жертвы.

Два часа спустя после захода солнца самолет совершил второй вылет. На этот раз бомбы были сброшены в 16 км к западу от мыса Бланке. Когда Фудзита возвратился к условленному месту встречи (в 80 км восточнее мыса) с лодкой, то ему было трудно определить ее местонахождение. К счастью, он смог найти ее по масляному следу, оставшемуся на поверхности воды.

В конце сентября стояли сильные туманы. В связи с дальнейшим ухудшением погоды в октябре месяце, когда запуск самолета и подъем его на палубу стали чрезвычайно затруднительными либо совершенно невозможными, указанные выше действия были прекращены.