Чтение онлайн

Черт. Мысль о том, что Энцо снова отшлепает меня… подействовала на меня. Я смутилась под его взглядом, но потом сглотнула, потому что, черт возьми, да.

— Хорошо, — прошептала я, наблюдая, как слегка раздуваются его ноздри.

— Я собираюсь выйти, чтобы ты могла собраться.

— Потому что иначе мы не уедем? — спросила я, удивляясь хриплому тону собственного голоса. Вот что, однако, делает с тобой первоклассный, лучший в твоей жизни оргазм. Заставляет почувствовать себя богиней секса, которая может прочитать телефонный справочник и сделать это красиво. Ну, это была моя рабочая теория. Чтобы убедиться в этом, мне нужно получить еще несколько оргазмов от этого мужчины.

Взгляд Энцо переместился на мое декольте.

— Потому что я сделаю тебе ребенка, если мы останемся, я могу тебе это пообещать.

Ооо. Хорошо тогда. Я думаю…

Он поднял подбородок, устремив взгляд в потолок.

— Господи, помоги мне, женщина, я не знаю, как мне пережить эту неделю у родителей, не прикоснувшись к тебе.

— А кто сказал, что ты не сможешь?

Его внимание вернулось к моему лицу, и он зажал краешек губы между зубами. Он не ответил и только смотрел на меня с оттенком неуверенности в глазах.

— Так что, мне не надевать красное платье на ужин? — поддразнила я.

— Огонь, — прохрипел он.

Огонь, да? Он приглашал меня поиграть с огнем или предостерегал от этого? Я не всегда понимала, когда дело касалось его.

Он протянул руку и одним быстрым движением сорвал пушистое белое полотенце с моего тела, а затем бросил его на пол.

По коже пробежали мурашки, и я стояла голая, с телефоном в руке.

— Холодно? — Его рука провела по твердой линии челюсти.

— Да.

— Мокрая? — Его взгляд скользнул между моих ног, где я все еще была розовой и набухшей.

— Очень, — пробормотала я, а затем почувствовала запах его одеколона. Он всегда пах так чертовски хорошо. Хотя я понятия не имела, как определять запахи. Сандаловое дерево? Кедр? Ягоды можжевельника? В смысле, чем, черт возьми, пахнет можжевельник? Максимум, что я могла сделать, это определить лаванду и ваниль.

Мои плечи опустились. Ваниль была моей жизнью до появления Энцо. И я не хотела этого. Мне хотелось чего-то темного и пряного. Смелого и соблазнительного.

Энцо.

Я просто хотела Энцо.

— Ты опять не со мной. — Энцо обхватил мой подбородок, напоминая, что я все еще голая и замерзшая. И немного потерявшая дар речи, хотя мой мозг работал без остановки все время.

— Я говорила, что ты хорошо пахнешь, да?

Он улыбнулся.

— Может быть, ты об этом подумала.

— Ох. — Мое смущение вырвалось наружу в виде ухмылки, и я, вероятно, выглядела нелепо. — А что это за одеколон, которым ты пользуешься?

Он закрыл один глаз, как будто не был уверен.

— Я забыл название. Но он пахнет черными орхидеями и нотками трюфеля, и возможно…

— Конечно, шеф-повар описал бы свой одеколон, как еду, заставив меня одновременно и проголодаться, и… Возбудиться.

Я вздрогнула от внезапного раската грома. Неужели, пока мы были здесь, набежали тучи? И почему надвигающаяся гроза и зловещее серое небо так подходят для сегодняшнего дня?

Он отпустил меня.

— Я должен дать тебе собраться.

— Мм. Да, пожалуйста, оставь меня одну, когда я голая и мокрая. — Издевка сорвалась с моих губ в тот самый момент, когда небо застонало, угрожая дать волю аду.

И по тому, как Энцо смотрел на меня сейчас, было похоже, что он тоже хочет дать себе волю. Но его челюсть была плотно сжата, и это означало, что он не позволит себе. Один из нас должен вести себя прилично, подумала я.

— Мария.

Я подняла руку между нами и сказала:

— Я знаю, знаю. Огонь. И тебе нужен телефон, потому что у тебя, наверное, куча важных звонков, которые ты не можешь пропустить, а я — отвлекающая заноза в заднице.

Он схватил меня за бедра, его руки пробрались к моей спине, и он сжал мою задницу до той точки боли и наслаждения, которую он, похоже, так хорошо знал.

— Ты отвлекаешь. И заноза в моей заднице. Но я…

Ты что?

Его глаза закрылись, и там шла битва. Война. Неужели он никогда не уставал бороться с собой? Я устала за него, а я лишь наблюдала со стороны, улавливая проблески то тут, то там.

Он освободил меня от своих сильных рук и повернулся. Но перед дверью он остановился, и его руки потянулись к раме. Они превратились в кулаки, когда он склонил голову.

— Надень красное платье. Без трусиков, — приказал он и ушел.

Раздосадованная тем, что он уходит, но в то же время возбужденная его приказом, я поспешно собрала все необходимое и пошла в ванную.

Возможно, он был прав, что ушел. Мы прилетели в Нью-Йорк, чтобы найти убийцу его сестры, а не для того, чтобы воплотить в жизнь список моих сексуальных фантазий. Энцо у меня между ног, конечно, был в списке, но я никогда не представляла себе, что это произойдет таким горячим, как грех, способом.

Не церемонясь, я бросила свои вещи на тумбу и расчесала свои дикие волосы. Я была в полном беспорядке. И внутри, и снаружи, как мне казалось.

Уложив мокрые волосы, я заплела их в косу, чтобы не сушить, и надела бюстгальтер и скромное, но немного сексуальное красное платье.

Я наконец-то разблокировала телефон и увидела, что все сообщения Натальи остались непрочитанными, что означало, что Энцо видел только уведомления и не вторгался в мою личную жизнь.

Наталья: Я звонила пять раз. Ты не отвечаешь. Я волнуюсь.

Наталья: Ладно, Энцо тоже не отвечает. Мне нужно позвонить Константину?

Отлично, если она позвонила Константину, и он не смог дозвониться до брата, почему у меня такое чувство, что он пришлет кавалерию?

Я: Извини. Я отвлеклась.

Наталья: О, слава Богу. Я была в двух секундах от того, чтобы обзвонить всех знакомых Коста.

Я: Нам нужно было заехать к Энцо, и я оставила свой телефон в машине, а его намок.