Чтение онлайн

— Аня!

— Что Аня?! Имя мое запомнили… удивительно. Будьте спокойны. Я никуда идти не собираюсь. Я живу так, как и всегда. И предпочитаю не вспоминать ни о чем. Вы ехали к шлюхам в тот вечер. Но решили немного сэкономить. Что ж молодец. Ведь у Вас вся жизнь так измеряется. Захотел. Взял. Как Вы мне тогда сказали: что ты кобенешься? Сколько скажешь, я заплачу. Для Вас нет разницы шлюха, я, кто-то ещё. Всё соизмеримо деньгами, где-то больше, где-то меньше. Это как с цветами, которые Вы у меня покупаете. Кому-то простенькие. Кому-то подороже. А кому-то можно и раскошелиться. Я в Вашей иерархии кто? Очередная шлюха. Успокойтесь. Я не пойду ни к кому. Оставьте меня в покое. Не звоните мне больше никогда. Я забыла, я не помню. Ничего не было.

Он услышал короткие гудки. И ещё долго держал телефон у уха.

Анна же положила свой смартфон и громко выдохнула. Потом вытянула губы трубочкой и постаралась переварить всё ею сказанное. Прокручивала в голове всю тираду, думала о том, что можно было сказать это иначе, а вот это лучше было вообще не использовать. С этими мыслями медленно забралась под одеяло. И ещё долго прокручивала всё в голове.

Таким говном мужчина себя за всю жизнь не ощущал. По идее, ну, что она такого сказала… Ведь правда. С её точки зрения особенно. Давно ли он оценивал себя. Давно. Потому что считал, что не нуждается ни в чьей оценке. Он был человеком того уровня, для которого нет границ. Есть деньги, есть друзья, у друзей друзья и знакомые. Целая паутина связей. И нет не разрешаемых задач. Всё просто. Никто не может указывать. Тем более теперь, когда он был практически в паре шагов от должности. Привилегированная жизнь с приставкой VIP.

Вздрагивала от каждого звонка своего телефона. Ужинали с Сергеем, и он не выдержал и спросил, что стряслось.

— Меня изнасиловали. — Совершенно будничным тоном ответила Аня, не отвлекаясь от пережевывания салата.

Мужчина выронил вилку. И с трудом собрал упавшую челюсть со стола. Глаза его были огромными. Он понимал только то, что охреневает от услышанного.

— И теперь он. Нашёл мой номер и позвонил. Вот и всё.

Только сейчас она внимательно посмотрела на своего друга. Он сидел с белым лицом. В этой рубашке казался особенно нелепо-забавным. Потому что казалось, что она вот-вот пойдёт по швам, и его мышцы полезут изо всех щелей. В гладковыбритой лысине отражался отсвет ламп. Молчание было недолгим, но весьма выразительным.

— Я пошутила. — Улыбнулась девушка, и сама себе поверила. — Успокойся. А то я смотрю дышать перестал. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Медленно. Прости, глупая шутка. Всё хорошо, правда.

Сергей отвернулся в сторону, он много подумал тогда, но практически всё было нецензурной бранью. Поднялся. Достал деньги из бумажника, кинул на стол. И не глядя на подругу, пошёл на выход. В голове не укладывалось. Злился, нет. Он пребывал в бешенстве.

— Серёжа! — Крикнула она вслед, соскочив с места.

После чего тихо села на место. Внутри поджилки неприятно съёжились. Противное ощущение. Стало так неожиданно мерзко. Её беспокоил этот звонок. Боялась ли она-нет. Волновалась-безусловно. Стало тревожно. Потому что какое-либо появление депутата в жизни было ею не запланировано. В контексте своей жизни она была слишком жалка, чтобы ей уделяли повторное внимание после произошедшего. Сидела за столиком. Аппетит пропал напрочь. С Серёжей получилось совсем не хорошо. Удивительно, что он мог выдерживать её такой долгий промежуток времени. В этот момент зазвонил телефон. Вздрогнула. И теперь сверлила экран телефона. Пока не высветился пропущенный. И вновь внутри всё сжалось в тугой комок. Мелькнула мысль о том, почему она просила разнообразия в жизни… Ведь как всё было стабильненько, ровненько, серенько, а главное без стрессов. Теперь же боялась входящих. Побаивалась ходить на работу. И жутко боялась перспектив такой неожиданной настойчивости депутата.

— Прекратите мне звонить. — Ответила она спустя несколько дней, уже лёжа в тёплой постели.

— Ты не оставляешь мне выбора. Я прошу хотя бы выслушай меня! Это важно! Дай мне второй шанс!

— Второй шанс на что? — Старалась она отвечать как можно более спокойным тоном. — Ответьте же. На что второй шанс? На изнасилование? На то унижение, которому Вы меня подвергли? Что мне уготовано в этот раз? Может быть сразу смертная казнь, ну а что. Вы же готовы платить. Будем играть по принципу всё включено или как? — У неё перехватило дыхание. — Всё чего я прошу, это оставить меня в покое. Вы уже сделали всё, что могли. У меня нет к Вам никаких претензий. Живите спокойно. Бог Вам судья. Главное оставьте меня. Мне жаль. Жаль, что я ошиблась в Вас, хотя до сих пор склонна считать Вас неплохим человеком… Жаль, что так глупо тогда все сложилось. Если хотите, пусть я сама буду во всем виновата! Только отстаньте ради Бога!

После он продолжал звонить. И если она брала трубку разговор всегда складывался подобным образом. Она потом долго прокручивала все фразы в голове, обдумывая, как и что можно было ответить, и почему она этого не сказала.

Ночь через ночь ей всё снился тот странный невесомый мужской образ. Нашла в интернете информацию о местной городской думе. И теперь с интересом читала о достижениях Александра. С фото смотрел представительный мужчина, достаточно плотного телосложения. Лысый, гладковыбритый. Его лицо с правильным носом было запоминающимся. Везде в очках, из чего напрашивался вывод, что носил он их постоянно. Был ли он красив? Она бы ответила нет. В ее представлении он был скорее харизматичен, обаятелен и походил на какого-то актёра. Странным образом он внушал доверие. Такому мужчине хотелось верить. Возможно даже ей хотелось с ним быть, хотя она ни за что бы не призналась себе самой в этом. Он выглядел внушительно, статно и очень дорого. За таких и голосуют, подумала Анна в тот момент, причём с какими бы лозунгами они не выступали. За всеми этими мыслями память выстрелила предательски, гнусно окуная в воспоминания того вечера, в запах алкоголя, мерзкой вседозволенности и его мощной хватки, не оставляющей выбора.

Это был выходной. Анна особенно ненавидела эти дни. Они тянулись бесконечностью. Хотя в свете недавних событий она побаивалась ходить на работу. Боялась однажды увидеть Александра. Это было своеобразным маленьким кошмаром. Звонил телефон, осторожно взглянула на экран. Выдохнула.

— Почему я? — Долго слушав, спросила она. — Обычно этим занимаются их помощницы, секретарши не знаю. Да, большая дата. Да, конечно, я всё понимаю. Вы ведь знаете, что я сделаю все в лучшем виде. Хорошо. Разумеется. Спасибо. Да-да. До встречи. До свиданья.

Философски вздохнула. Но была рада перспективе, что будет занята хоть чем-то часть дня.

Много разных организаций постоянно сотрудничали с салоном цветов. И этот случай был не исключением. Юбилей адвокатской конторы-дело нешуточное. Через пару часов, она уже встретилась с курьерами. Сколько раз она это делала. Казалось, что миллионы. Офисное здание. Переступила порог. Здесь пахло деньгами, первое о чем она подумала. Вокруг лоск, блеск. Чище, чем в хирургическом кабинете. За стеклянными дверями кабинетов, переговорных кипела жизнь. Мужчины в идеальных костюмах. А женщины и девушки, как на подбор, статные, строгие. Здесь не было шума и суеты. Просторный коридор опутывала тишина, было слышно, как тикают настенные часы. Прозрачное стекло не пропускало никаких звуков, отчего происходящее за ним выглядело, как немое кино. Девушка знала куда идти, и что делать. И теперь курьеры-молодые парнишки только успевали подтаскивать букеты и композиции. Она же сама расставляла всё согласно плану в большом зале, огороженном такими же прозрачными стёклами вместо стен. Работу практически закончила, и теперь сверяла с высланным планом. Цветочек к цветочку, букетик к букетику, цветовое сочетание создавало плавный градиент от темного к светлому. Получилось идеально. В такие минуты, испытывала гордость за то, что делала. Фото для отчетности и можно уходить. Тихий коридор. Заметила на темном полу зелёный листок, светящийся ярким пятном в этих стенах. Видимо отвалившийся при транспортировке. Машинально наклонилась за ним, чтобы поднять. Стеклянная дверь открылась не слышно, впуская в коридор шелест разговоров. И ударяя цветочницу прямо в лоб, не давая забыть о собственном прозвище-ходячее недоразумение. Кто кроме неё, мог попасть бы в такую неловко-забавную ситуацию. Было не то, чтобы больно. Ухватилась за лоб, поднимаясь. Мужчина в идеальном костюме слегка придерживал ее за локти и извинялся. Признаться, она и не разбирала, что там говорил. Потому что привыкла сталкиваться с нелепостями.

— Я сама виновата. — Ответила она, убирая руку от лица, намереваясь уйти.

В этот момент в глотке пересохло, девушка забыла, как моргать. Она смотрела огромными глазами в лицо мужчине, чьё легкое карандашное очертание сводило ее с ума ночами. Кровь в голове запульсировала, оглушая. Ноги в один момент стали ватными. Этот незнакомец будто имел над ней какую-то неведомую власть. Эти секунды были вечностью. Опомнившись, понимая, что краска заливает лицо, она бросилась прочь, даже не помня, что сказала на прощанье. Выскочила на улицу, закружилась голова, а сердце заходилось, как после марафонской пробежки. Казалось, что ещё секунда и лишится чувств. Жизнь была весьма коварной, и нанесла удар под дых столь неожиданно, что Анна никак не могла прийти в себя. Это был Он. Только в этом она не сомневалась. Невесомый туман окутал голову. Она шла пешком по тротуару еле волоча ноги, а губы так предательски расплывались в тупой, ничего не значащей, но такой счастливой улыбке. Мир разверзся под ней. Земля ушла из-под ног. Но всё это не имело никакого значения. Лишь его лицо. Этот день надолго врежется в её память. Лёжа в своей постели, так и не сможет заснуть. Воспоминания от едва уловимого прикосновения его рук в тот момент, когда он хотел ей помочь… будоражат память. И по телу разливается мягкое, нежное тепло. Старалась образумить себя, поставить на место. Перед глазами теперь четкий образ настоящего человека, а не мимолётное видение. Стройный, высокий мужчина. Шатен с аккуратной шевелюрой. Густые брови. Щетина, плавно переходящая в ухоженную бороду, что-то среднее между ними. Темно-карие пронзительные глаза. Взгляд, приковывающий к месту. Тонкая линия губ и выразительный нос. В ее голове, в ее мыслях он был идеален, как статуя древнегреческого бога Аполлона. Закрывала глаза, уткнувшись лицом в подушку. Ночь наполнилась сладострастной мукой. Утром звонил Сергей после достаточно долгого молчания.

— Доброе утро. — Серьезно сказал он.

Анна улыбалась, слыша его родной голос, после бессонной ночи.

— Я так понимаю, что ты не собиралась мне звонить.

Прозвучало с нотками обиды. Они не разговаривали с того вечера в ресторане.

— Ты ведь всё равно не стал бы брать трубку. А слушать гудки мне не хотелось. — Мужчина улыбнулся на другом конце города. — Я ведь отлично знаю, что ты успокоишься и простишь меня, и позвонишь сам. Я скучала по тебе.

— Хорошо же ты меня знаешь. Я тоже скучал. Ты не спала всю ночь?