Чтение онлайн

— Ты меня давай не успокаивай… ай, — охранник чуть дёрнулся, когда иголка вонзилась меж двух панцирных пластин на сгибе локтя. — Я уже ничего не боюсь. Я своё уже пожил, так что если помру, не обижусь. Главное сейчас другим помочь. Так что давай, врубай свою шарманку.

— Хорошо, дядь Вить. Готов?

— Готов.

По трубочке побежал мутагеновый раствор. Зажужжал преобразователь. Дядя Витя сжал зубы и изогнулся всем телом, а Лампосвет Несутин достал из кармана флакон и попшикал на себя феромонами пчелиной матки.

Да, Лампосвет не собирался никого лечить. Вся эта эпидемия — просто досадная недоработка. Просчёт. Ошибка. Первый неудачный опыт; и в этом нет ничего удивительного, такое сплошь и рядом. Простите, а у кого из великих учёных всё получалось с первого раза? Можете назвать имена этих гениев? Не можете? Вот то-то же.

Лампосвет был уверен, что со второй попытки у него всё получится. Пришлось хорошенечко поломать голову, но он доработал свою схему; догнал её до ума и докрутил недокрученное. Теперь-то пчелиные гены встанут нужным образом и вместо неуправляемых пчелиноголовых клонов он получит самого управляемого дядю Витю на свете.

— Как ощущения? — спросил Лампосвет.

— Ох, — только и смог сказать дядя Витя. — Худо мне. Что-то вот прям совсем худо. Ох, сынок. А оно так и должно быть?

— Да-да, — ответил Несутин-младший. — Потерпи, дядь Вить.

— Ох ты ж, — дядя Витя зажмурился так, будто бы другой клон схватился клешнёй ему за причинное место. — Ох ты ж. Ох ты ж… а-а-а-а-а-А-А!!!

И снова та же самая картина, как и в прошлый раз. Чёрно-жёлтый мех, фасеточные глазки, жвала и усики. Прямо внутри преобразовательной капсулы, дядя Витя из обычного русского клона превращался в химерообразное чудище.

— Быз-быз? — спросил дядя Витя у Лампосвета, когда всё закончилось.

— Встань, — скомандовал учёный.

Дядя Витя не спешил слушаться и откровенно пустил приказ по бороде.

— Быз-быз, — ответил он.

— Встань, я сказал.

— Быз-быз.

— Я приказываю тебе! — закричал Лампосвет. — Слушайся меня, мразь! Встань! ВСТАНЬ!!!

И тут дядя Витя действительно встал. Вот только не так, как того хотелось бы учёному. Дядя Витя резко подскочил со стула, вырвал из руки катетер и прямо в шлеме, — его он просто вырвал с корнем, — бросился на Лампосвета.

Завязалась борьба. Создание восстало против создателя. Охранник дядя Витя сагрился на нерадивого учёного.

— Быз-быз! — быз-бызкал дядя Витя и клацал челюстями в считанных сантиметрах от горла Лампосвета. — Быз-быз!

— Твою-то мать, — шипел Лампосвет, кое-как удерживая тварь.

Да, пусть охранник был старым и дряблым, но и Лампосвет не особенно-то налегал на ЗОЖ и фитнесс. Силы оказались почти равны.

Почти.

Ведь главное отличие человека разумного от неразумного животного, — которым, по сути, и стал дядя Витя, — в умении первого пользоваться орудиями труда и, — ну конечно же! — убийства.

Лампосвет собрался с силами, оттолкнул дядю Витю, бросился к операционному столу, схватил с него скальпель, размахнулся и всадил его ошалевшему насекомому прямо в глаз.

— Быз-быз, — последний раз сказал дядя Витя и упал замертво.

Как и было оговорено заранее, охранник совсем не обиделся.

— Фу-х, — Лампосвет посмотрел на свои окровавленные руки.

Ну ничего, — подумал он. — Со второй попытки тоже не у всех получается. Мне просто нужно больше подопытных. Клоны будут меня слушаться. Я их заставлю…

ПРИМЕРНО ТО ЖЕ САМОЕ ВРЕМЯ. ТВЕРЬ. ЦЕНТР ГОРОДА.

Прямо во дворе элитной многоэтажки вместо детской площадки стоял дом. Одноэтажный, деревенский; с бревенчатыми стенами, крылечком на три ступеньки и резными наличниками на окнах.

А жил в этом доме один очень старый, очень упрямый и очень-очень-очень принципиальный помещик. Звали этого помещика Пётр Александрович Пиксаров.

Пиксаров ни за что не хотел отдавать свою землю подлым застройщикам. Ему не нужны были ни деньги, ни квартира в ЖК. Ни в какую не могли с ним договориться, ну хоть ты тресни. И гореть бы дому Пиксарова случайным пламенем, если бы не его давняя дружба с Сан Санычем Мясницким. Тверской князь ясно дал понять всем в городе, что Пиксаров будет жить в своём доме столько, сколько захочет, и никто его отсюда не выселит.

Дети Пиксарова давным-давно выросли и перебрались в Москву. Девять месяцев в году старик проводил в полном одиночестве, но вот сейчас, — на лето, — к нему приехал жирный внук. Тоже, кстати, Пётр.

— Петя! Ах-ха-ха-ха! Петенька! — дед залетел в комнату и застал внука играющим в приставку. — А ну-ка быстро заканчивай свои стрелялки! Нас ждёт приключение!

— Ну дееееед, — только и сказал внучок, не отводя глаз от экрана.

— Давай-давай! Поднимай свою жирную жопу и помоги дедуле! Ах-ха-ха-ха!

Да, Пиксаров был довольно эксцентричным человеком. И многие его затеи… м-м-м… скажем так: лежали в плоскости, недоступной для понимания большинства здравомыслящих людей. И вот как-раз одну из таких затей он собирался воплотить в жизнь прямо сейчас.

— Я наконец-то это сделаю! — орал возбуждённый Пиксаров. — Ну наконец-то! Я этого всю жизнь ждал! И как удачно всё срослось, Петь! Петя!? Ну где ты там, свинища малолетняя!?

— Ну дееееееед…

— В городе объявили карантин! На моём веку такого ещё не было, Петь, чтобы целый город закрыли по причине, не связанной с химерами! А ты понимаешь, что это значит!?

— Чего, дед?

— Это значит, что городу конец! Нас тут всех разбомбят! С землёй сровняют! Выпилят к чертям! уж я-то знаю методы Императора! Зна-а-а-аю! Помяни моё слово, Петь, к полудня от Твери камня на камне не останется!

— Ага, — внучок не впечатлился, а лишь активней защёлкал джойстиком.

— Но мы с тобой! Слышишь, Петь!? Мы с тобой спасёмся! Я всё предусмотрел! Я знал, Петь! Я как будто в воду глядел, знал, что может пригодиться! Так что не переживай, пухлёночек, наш дом специально оборудован как раз на такой вот случай! Как думаешь, что оборудовал дедушка!?

— Бомбоубежище? — предположил внук.

— Круче! На чердаке, прямо над кухней, ждёт своего часа сложенный купол воздушного шара! Мы улетим из города, Петь! Прямо на кухне и улетим! Представляешь!?

— Ага.

— Ага? — дед не поверил собственным ушам. — Ага!? Петя! Я с кем вообще разговариваю!? Тебе что, не интересно!?

— Очень интересно, дедуль.

— Ну тогда отложи уже свои игрушки и помоги дедушке спустить с чердака горелки! Нам нужно поторопиться, слышишь!? Нам ведь ещё крышу разбирать! Столько дел! Столько дел!