Чтение онлайн

– Ах, да, этот свитер на сто процентов принадлежит вашему сыну.
– Эмма смотрит на свой свитер, а затем снова на маму.
– Кажется, в этом году он заставляет меня делать много безумных вещей.

На моих губах появляется ухмылка, наблюдая за обменом репликами между женщиной, которую я люблю больше всего на свете, и девушкой, от которой я никогда не ожидал, что захочу быть с ней, и которая вдруг стала единственной, кого я хочу видеть рядом. Той, кто вторгся в мои мысли и мое сердце. Мне чертовски нравится видеть их вместе.

– Ну, заходите. На улице холодно, а у нас полный дом людей, которые хотят официально познакомиться с тобой.
– Ма переплела свою руку с рукой Эммы и нежно похлопала ее.
– Не позволяй этим мальчишкам расстраивать тебя, Эмма. Они, конечно, будут подшучивать над тобой, но, если кто-то из них переступит черту, пусть знают, что никогда никто из них не будет слишком взрослым для моей деревянной ложки.

Эмма хихикает, кивая.

– Да, мэм.

Я благодарен маме за то, что она сказала это, прежде чем мы вошли в дом, чтобы немного успокоить ее нервы, потому что, как только мы переступим порог, начнется абсолютный, чистый хаос.

Когда мы заходим, моя младшая сестра Джози сидит на плечах нашего старшего брата Дженсена и раскачивается, пытаясь прикрепить звезду к верхушке елки. Она выглядит так, будто она в двух секундах от того, чтобы свалиться с его плеч, но по тому, как она смеется и дергает его за волосы одной рукой, этого никогда не скажешь.

Добро пожаловать в семью Пирс.

– О, Джози, будь осторожна! Ты ведь знаешь, что у нас есть лестница?
– говорит Ма, качая головой с язвительной ухмылкой.
– Я не пойду сегодня к доктору Гранту накладывать швы или лечить сотрясение мозга.

– Мы в порядке, ма!
– говорит Дженсен.
– Она весит сто фунтов, даже мокрая насквозь.

– Эй!
– говорит Джози и бьет его по голове.
– Сто двадцать пять, к твоему сведению.

Я просто качаю головой и иду на кухню за мамой и Эммой. В детстве это было мое любимое место в нашем доме. Здесь мы каждый вечер ужинали вместе. Здесь мы проводили семейные собрания, делали проекты, засиживались допоздна за домашними заданиями. Здесь мы вместе с мамой украшали печенье на Рождество, пили горячее какао и слушали ее любимую музыку. Это единственное место в доме, где вы всегда могли найти одного из нас. Стол, за которым сейчас сидят мой отец и другие мои братья, Джуд и Джеймсон, - это тот же самый стол, который стоял здесь, когда я был маленьким.

– Ух ты, смотри, что кот притащил, - говорит Джуд.
– О, он привел друга. Встав со стула, он подходит к Эмме и протягивает ей руку.
– Не думаю, что нас когда-либо официально представляли. Мы как бы… видели друг друга издалека. Я Джуд, младший брат этого говнюка. Кроме того, я самый привлекательный из всех братьев Пирс… очевидно.

Она вскидывает бровь.

– Очевидно, - говорит она с улыбкой.

За это он получает от меня подзатыльник.

– Следи за языком, придурок.

Эмме лучше думать, что я самый привлекательный Пирс. Хотя, черт возьми, если поставить нас четверых в ряд, то, наверное, нас трудно будет отличить друг от друга. Гены Пирсов сильные.

– Что? Она согласна! Я ничего не могу поделать, если я самый красивый.
– Он пожимает плечами.

Не обращая на него внимания, я снова переплетаю пальцы с пальцами Эммы, чтобы притянуть ее к себе и отодвинуть от брата, а затем иду к отцу и Джеймсону, чтобы познакомить их.

– Привет, Эмма.
– Папа тепло улыбается и пожимает ей руку.

Джеймсон… ведет себя как гребаный Джеймсон. Он просто кивает ей.

Это не имеет никакого отношения к ней и имеет отношение к тому факту, что он сварливый урод, но я все равно прищуриваю на него взгляд, предупреждая, чтобы он вел себя прилично.

– Эмма, милая, хочешь помочь мне с этими пирожками с мясом?
– спрашивает Ма от кухонного острова.

– Да, конечно.
– Она слегка сжимает мою руку, затем отпускает ее и идет через кухню к маме, которая заканчивает готовить ужин.

Джози входит в дверь в то самое время, когда я отодвигаю стул за кухонным столом и сажусь рядом с папой. Я наблюдаю, как она представляется, а затем они начинают говорить сначала о свитере Эммы, а потом разговор быстро переходит на праздничный декор.

– Я так и знала, что ты дизайнер интерьеров. Я так рада, что ты любишь Pottery Barn так же, как и я! Мне кажется, что их рождественские украшения вызывают ностальгию. Они возвращают меня в детство, - говорит Джози, мечтательно вздыхая.

Эмма кивает.
– Да! Мне нравится классический стиль. Подожди, ты тоже поклонница их классического трикотажа?

– Да!
– взволнованно отвечает Джози, и на этом я отключаюсь, потому что понятия не имею, что такое «классический трикотаж». Но я чувствую облегчение от того, что разговор между ними кажется легким, как будто они всю жизнь были друзьями, а не как будто мы две семьи, которые враждовали много лет.

Глупая вражда, как по мне. Особенно теперь, когда я узнал Эмму поближе.

– Ты уверен, что знаешь, что делаешь, брат? Уортингтон из всех людей?
– тихо говорит Джуд, кивая на Эмму.

На секунду я замолкаю, обдумывая, что сказать, и в этот момент у меня сводит челюсти. Мне не нравится, что он произносит ее фамилию как оскорбление. Часть меня хочет сказать ему, чтобы он отвалил, даже если он мой брат, но потом я вспоминаю… так всегда было в наших семьях, вражда прочертила линию четко по центру нашего города, где мы по одну сторону, а они по другую. И они еще не успели узнать ее так, как я. По правде говоря, мы даже почти никогда не общались с Уортингтонами, так что как они могут знать ее по-настоящему?

– Да, я знаю, - говорю я просто. Потому что в том-то и дело, что, как бы ни была близка мне моя семья, я не должен ни ей, ни кому-либо еще объяснять, что происходит между мной и Эммой. Что бы мы ни решили, что бы ни произошло, это останется только между нами.

– Она совсем не такая, как я думал. Знаешь, я всю жизнь судил о ней по глупой вражде между нашими семьями и думал, что точно знаю, кто она такая. И я чертовски ошибался, Джуд. Она умная и страстная. Амбициозная. Веселая. Она заставляет меня смеяться. Она не дает мне спуску, как и я ей. Она идеально мне подходит.