Чтение онлайн

Нет, такие качели я не хочу. Поэтому, как только вышла на работу, я написала заявление на увольнение и передала своему начальнику через секретаря. Зайти и подписать его лично, не хватило духа.

В тот же день, после окончания рабочего дня я не стала дожидаться лифта, рискуя столкнуться с Максимом, а пошла по лестнице. Почти у выхода меня схватили за руку и резко остановили.

Я в недоумении обернулась. Передо мной стоял Максим с моим заявлением в руках.

— Не делай этого, — тихо попросил мужчина, а в глазах застыла растерянность.

Я впервые вида его таким: потерянным и удрученным.

— Я не уйду, — продолжил мужчина, — но и ты останься. Даю слово, что не буду пытаться завязать с тобой разговор, не буду вызывать к себе в кабинет, давать поручения. Ты просто будешь выполнять свою работу, а я свою.

— Зачем так все усложнять? — не поняла я его мотивов.

— Сейчас начнутся суды. Лезть не буду, но хочу видеть, что с тобой все в порядке.

— Снова присматриваешь? — усмехнулась я.

Вот только зачем?

— Лиза, один месяц. Останься хотя бы на это время.

Я заглянула в родные глаза и поняла, что была согласна выполнить его просьбу уже после первых слов.

Я молча кивнула, забрала заявление и ушла.

Максим оказался прав, начались заседания по делу с поджогом, мошенничеством и преднамеренным причинением вреда человеку, что очень усложнило судьбу Дениса.

Как только я съехала от Леры, то первым делом созвонилась с Сергеем и забрала свою машину. Стекло было вставлено, и я даже догадалась кем. К ни го ед . нет

Второе, что я сделала — это подала документы на развод. Не хочу тянуть, тем более становиться женой преступника. Хочу освободиться, снять с себя все оковы этого человека. Пока мы в браке, я чувствую себя, словно, в клетке.

Самым тяжелым временем были суд, на который я обязана была прийти.

Я рассказала все, что знала, ответила на все вопросы, но было такое чувство, что судили меня.

Но это не так. Я сама себя грызла изнутри, сама себя корила, что причастна к аресту мужа, что приложила руку к тому, чтобы ему увеличили срок пребывания в тюрьме.

Денис все заседание сверлил меня глазами. Он словно затаившийся хищник, который запомнил запах жертвы, и будет преследовать ее, пока не поймает.

Мурашки по коже. Я бесполезно пыталась унять дрожь в руках, но мандраж проходил только тогда, когда я уезжала подальше от здания суда.

Я сидела одна. Лере на заседаниях быть нельзя, а Максим и Сергей устроились в другом ряду. Максим лишь изредка кидал в мою сторону контрольные взгляды, но подойти, как и обещал, не смел.

Мне показалось, он изменился: осунулся, глаза потухли, на лице небритость. Сердце больно сжалось. Наверно я выглядела не лучше.

Я старалась не смотреть в его сторону, но взгляд так и цеплялся за широкую спину.

Это было последнее заседание, на котором я должна была присутствовать и с нетерпением ждала его окончания.

Когда судья сказал заключительную речь, все встали, а конвой вывел Дениса из камеры.

Не оглядываясь, я направилась к выходу. Хотелось сделать глоток свежего воздуха, стряхнуть с себя весь груз последних пары часов.

Сзади раздался шум, я обернулась и ахнула: Денис с невероятной силой оттолкнул полицейских и ринулся в мою сторону.

Я оцепенела, страх сковал все тело и не позволил сдвинуться с места. Перед лицом неожиданно возникла широкая спина Максима, готовый защитить меня и перехватить Дениса.

Я успела лишь испугаться. Военные быстро схватили Дениса и, заломив руки, повалили на пол. Он больше не вырывался, поднял голову и, улыбаясь, посмотрел прямо на меня. Этот жуткий оскал я не забуду никогда.

Дениса подняли и потащили к дверям, а по залу пронесся бешеный рык:

— Помни, однажды я выйду на свободу!

Я стояла столбом. Это не мне, пусть эти слова предназначались кому-то другому.

Максим взял меня за плечи и слегка встряхнул, заглядывая в глаза.

— Ты в порядке?

Я молча кивнула, высвободилась из захвата и вышла из помещения.

В этот момент я приняла окончательное решение.

Я выбежала из здания суда и быстро села в свою машину.

Я не оглянулась, боясь увидеть Максима, который бросился за мной. Если он заговорит со мной, если попытается обнять, я сдамся.

Я завела машину и нажала на газ. Проезжая мимо дверей суда, я притормозила: на ступеньках стоял Максим, сокрушенно опустив руки вдоль тела и не отводя пристального взгляда.

«Прости, но я не готова все забыть, не готова простить обман и поверить снова».

Но как же болело в груди, давило и не давало дышать. Я стиснула зубы, отвернулась и выкрутила руль в другую сторону.

Я приняла решение уехать. Уехать из города, насовсем.

Слова Дениса, которые он выкрикнул в зале суда, окончательно меня добили. Я боялась его, и сейчас казалось, что сбежать, скрыться от всех — лучшее решение.

Я подъехала к гостинице и поднялась в номер. Собрала свои вещи и сдала ключи. Мне нужно забрать из этого города все.

Не давая себе передумать, я поехала на старую квартиру, где жила с Денисом и забрала оставшиеся вещи.

Нужно что-то решить с работой и Лерой. Уехать, не попрощавшись, я не могла, она слишком дорога мне. Но встречаться с ней было нельзя, она не отпустит, убедит, что я приняла опрометчивое решение. Поэтому я нашла ручку и листок и написала заявление на увольнение.

По дороге из города я заехала на почту, отправила документ на адрес газеты и написала подруге сообщение.

Да, это было трусливо, но по-другому я не могла. Я не выдержала бы ее слез, да и сама бы разрыдалась.

Заправив полный бак, я последний раз посмотрела назад и поехала из города.

Я сидела на широком стеклянном балконе, на маленьком стульчике и пересаживала цветы.

Прошел месяц, как я жила в чужом городе. Я так и не привыкла к нему. Узкие улочки, невысокие, но красивые здания, большой, ухоженный парк в самом центре населенного пункта.