Чтение онлайн

– Хорошо, Иван, Финляндия – ближайшая соседка России. Из Москвы туда недалеко лететь. Так что на работе я мог бы отпроситься на следующий уикенд, чтобы в Финляндии с тобой встретиться, поговорить. Но не ожидай, что я изменю своего мнения!

– Хорошо, Гриша! В Хельсинки я прилечу на корпоративном самолете своего друга. Моя секретарь тебе пришлет точный адрес рыбацкой хижины на Инари и авиабилеты для перелета Москва – Хельсинки и обратно. Так что, Гриша, до нашей встречи на Инари! Надеюсь, что до озера ты и сам доберешься.

Отключив свой мобильник, я с облегчением вздохнул, Гриша все же согласился на мое предложение встретиться под Хельсинки. Мне же было бы немного неприлично по телефону с ним неожиданно заговорить о тех деньгах, которые он мог бы получить за свою работу менеджером на «Финикс Фармацевтикал Лабораториз»! От такого предложения мало у кого хватит моральных и физических сил отказаться!

Теперь мне предстояло переговорить со спецагентом ФБР Джо Фишером по тому же самому вопросу. Только от Джо мне большей частью могла бы потребоваться помощь в получении информации о том, где сейчас находится и чем занимается сенатор Питер Малколм. Когда Джо Фише меня разрабатывал в старые и добрые времена, то мы с ним крепко подружились. Еще в те времена мне Джо по дружбе, а также за небольшие деньги частенько говорил о том, что ФБР пристально наблюдает не только за простыми гражданами и врагами Америки, но и держит под своим колпаком всех конгрессменов и сенаторов и даже самого американского президента!

Джо Фишер сразу же ответил на мой звонок по сотовому телефону.

– Джо Фишер, вас внимательно слушает! – Произнес хорошо знакомый мне голос.

В свое время я вместе с Джо проработал в одном кабинете круглый год. Так что у меня было более чем достаточно времени к нему привыкнуть и его голос узнавать через многие годы.

– Привет, Джо! Это я, Карл, решил тебя побеспокоить. Хочу тебе напомнить о своем существовании.

– Привет, Карл! Я всегда помню о тебе и о твоей доброте. Так что я очень рад тебя снова услышать! Похоже, что у тебя возникли небольшие проблемы. Ты хочешь, чтобы я тебе помог их решить.

– Да, ты прав Джо. Я рассматриваю возможность свой фармацевтический бизнес расширить на такие страны, как на Израиль и на Россию. Так что, Джо, ты сам понимаешь, что без твоей неоценимой помощи советами и консультациями по этим странам мне не обойтись.

– Но я буду вынужден, Карл, тебе отказать. Как бы я не хотел с тобой вместе поработать, но мое начальство мне, почти наверняка, не разрешит покинуть стены родного бюро даже и на один день! Да и к тому по этим странам я не специалист. Меня больше интересуют американские граждане и враги моей Америки. Тебе следует подыскать другого работника по этим странам и кого-нибудь из ЦРУ.

– Чем же ты, Джо, так занят, что тебя не выпускают из стен офиса бюро?

– Понимаешь, внезапно и неизвестно куда запропало семейство хорошо тебе известного Карла Донована, миллиардера и мецената. Вот начальство сформировало целую группу из сотрудников бюро и мне поручило возглавить эту группу. Так что сам понимаешь, что я теперь не могу на долгое время отлучаться и заниматься посторонними делами.

Итак, Джо Фишер меня только что проинформировал о том, что моим делом теперь официально занимается и ФБР. Хорошо, что мой друг стал во главе фэбээровской группой. Тем самым я получил возможность в какой-то степени манипулировать ходом расследования, инициируемым ФБР. Но этот факт еще раз подтвердил, что мне следует все же поторопиться с разрешением ситуации, в рамках которой генерал Терентьев совместно с сенатором Питером Малколмом пытался изобличить господина Никто. Эта ситуация вот-вот могла бы стать совершенно неуправляемой! Николай Иванович Терентьев в архивах КГБ выискивал все больше и больше новых документов о господине Никто. Но он пока еще не разыскал первичного документа, в нем раскрывалось истинное имя и лицо этого все сущего господина Никто.

По версии самого генерала Терентьева, этот господин Никто был главным советским секретным агентом в США. Он якобы был способен провернуть любое дело, провести любую операцию и выкрасть из тайников любой секретный документ. На основании получаемых оригинальных кегебевских документов американская пресса под эгидой сенатора Малколма прямо-таки штамповала одну за другой статьи об этом господине Никто и о его делах. Его приключениями зачитывалась едва ли не вся Америка, тиражи газет и журналов росли не по дням, а по часам. Популярность сенатора Малколма порой поднималась до такого уровня, что даже американский президент ей начинал завидовать. Бывший советский, а теперь российский генерал лично от сенатора получал такие большие суммы денег, что генерал не спешил бежать и скрываться в Америке. Ему хотелось заработать еще больше денег для своего американского будущего!

Лично я не особо опасался подобного разоблачения, что должно произойти – всегда произойдет. Но я очень сильно опасался того, как американское правосудие могло бы обойтись с моей семьей, с моими детьми и со всеми моими друзьями. Беспощадная американская Фемида могла бы всей силой обрушится не только на меня, но и на всю мою семью! Ведь, по мнению этой же американской богини правосудия, моя Салли виновата в одном уж том, что сознательно за меня вышла замуж, что я стал отцом ее детей! Эта простая американка всем своим женским сердцем меня полюбила, но ни тогда, ни сейчас она не знал всей моей биографии! Но по американским законам ее любовь ко мне, ее выход замуж за такого, как я человека, уже является серьезным преступлением! Мои дети были бы виноваты в том, что он были моими детьми. Их, наверняка, отдадут на перевоспитание в настоящие американские семьи и постараются сделать так, чтобы они меня и Салли полностью бы позабыли! Вместе с Салли на скамью преступников американское правосудие также, наверняка, посадили многих моих близких друзей и знакомых. Они могли бы получить такие сроки тюремного наказания, что никогда уже не смогли бы покинуть тюремных камер! Всего этого я не должен был бы допустить!

– Джо, как по твоему мнению я должен буду поступить, если ты не сможешь ко мне присоединиться? –

– Я ждал твоего звонка и разговора примерно на эту тему, Карл. Как мне кажется, что лучше всего будет, если я останусь в Вашингтоне Д.С. У меня есть человек, он мне не друг, но, по-моему, он очень неплохой и способный агент ЦРУ. И он сможет тебе помогать, находясь рядом с тобой. Ведь ты не будешь сиднем сидеть в своем чертовом Финиксе, сейчас тебе будет лучше всего путешествовать по всему свету, подолгу не задерживаясь в одном месте.

– Я глубокого ценю твой совет, Джо! Сегодня же покину Финикс и пределы Штатов.

– Но только улетай не на своем корпоративном самолете, Карл.

– Разумеется, Джо. У меня имеется достаточное количество и других больших и маленьких самолетов. Так что полечу на одном из них. Но ты мне так и не назвал имя своего друга из ЦРУ, который мог бы меня сопровождать. И как бы я смог с ним связаться. Да, ты мне подскажи не изменился ли твой банковский счет.

Завершив разговор с Джо Фишером, я тут же отключил свой сотовый телефон, из аппарата вынул симку и ее зашвырнул в утилизатор. Из ящика стола достал новую симку, ее вставил в аппарат и набрал нью-йоркский номер некого Джека Смита. Автоответчик мне тут же ответил и сказал:

– В данный момент Джек Смит находится на очень важном совещании, и он недоступен. Но сегодня вечером Джек обязательно с вами свяжется.

Таким образом, у меня появилось еще немного времени поразмыслить над сложившейся ситуацией. Ведь, в данный момент я все еще находился в Лас Вегасе. И только что договорился с Гришей о встрече в Финляндии предстоящим уикендом. То есть я сделал первый шаг на пути выполнения планов в отношении того, что я могу в этой ситуации сделать, чтобы навсегда прервать поток секретной информации, которой чуть ли не каждый день обменивалась Москва и Вашингтон Д.С.! По моему мнению, сенатор Питер Малколмом был самым важным звеном во всей этой цепочки передачи информации между нашими странами. И по нему я должен буду спланировать, нанести свой первый удар. Только с его исчезновением весь этот поток порочащей меня информации может быть прерван.

На деле все это реально означало бы полное прекращение огласки нежелательной для меня информации в американских СМИ. К своему сожалению, я не мог попросту взять в руки свой любимый Desert Eagle и сенатора пристрелить на каком-либо из мероприятий, проводимым Конгрессом. Так как осуществлением подобной акции я как бы открыто и перед всем американским сообществом признавал свою вину. Тогда уже независимо от меня все мои соратники, моя жена и мои дети попадали бы в руки американского правосудия. И все они, наверняка, понесут тяжелейшие наказания. В моем случае оставалась еще одна возможность, организовать и провести скрытую операцию по устранению этого сенатора. Мне следовало ее провести таким образом, чтобы ни один человек не заподозрил бы меня в том, что она мною организована и профинансирована, что я в ней принимал самое непосредственное участие!